в соответствии с требованиями действующего законодательства. Судом учтено, что общество в нарушение положений абзаца 2 пункта 6 статьи 11 Закона о регистрации не представило в регистрирующий орган сведения и документы, подтверждающие осуществление юридическим лицом реальной хозяйственной деятельности, с участием и под руководством ФИО1 Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.10.2018 № 2616-О, внесение в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений о юридическом лице выступает элементом правового механизма, обеспечивающего реализацию принципа публичной достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений и, не затрагивая права контролирующих организацию лиц, способствующих своевременному представлению в регистрирующий орган достоверных сведений о ней, и не могут расцениваться как нарушающие права заявителя. Доводы заявителя являлись предметом изучения судов, получили надлежащую правовую оценку, отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения. Основания для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8, 291.11 Кодекса, судья определил: отказать обществу
и процессуального права, соответствие выводов об их применении установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, отменил решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, направил дело на новое рассмотрение, констатировав, что содержащиеся в обжалуемых актах выводы сделаны без установления и соответствующей правовой оценки всех обстоятельств, значимых для разрешения вопроса о законности решения инспекции по внесению регистрационной записи в ЕГРЮЛ в отношении общества о недостоверности сведений, выводы судов сделаны без учета принципа публичной достоверности реестра. Нарушений норм права судом кассационной инстанции не допущено. Постановление суда округа принято в соответствии с полномочиями и пределами их осуществления судом кассационной инстанции, предусмотренными статьями 286, 287 Кодекса. Изложенные заявителем доводы основаны на ином толковании законодательства и не свидетельствуют о неправильном применении судом округа норм права. При таких обстоятельствах оснований для постановки вопроса о пересмотре постановления от 14.07.2021 в Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в порядке кассационного производства не
имущества в многоквартирном доме и иных услугах, связанных с достижением целей управления многоквартирным домом, в том числе сведения о стоимости указанных работ (услуг) и иных услуг. Управляющие организации раскрывают информацию путем обязательного опубликования на официальном Интернет-сайте, определяемом уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, а также на одном из указанных в постановлении Интернет-сайтов. Таким образом, наличие неосновательного обогащения и его размер могут быть установлены на основании отчетов управляющих компаний о выполнении договора управления многоквартирным домом. Их публичная достоверность считается подтвержденной, пока не доказано обратное. В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. На основании статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Как установили суды и следует из материалов дела,
Российской Федерации о порядке их проведения в материалы дела не представлены. Апелляционной коллегией также учитываются разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в определениях от 17.07.2015 N 305-ЭС15-1788, от 01.12.2015 N 305-ЭС15-7931 и от 22.05.2017 N 303-ЭС16-19319, в соответствии с которыми сведения единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН) обладают свойством публичной достоверности, а подлежащее государственной регистрации право считается существующим с момента внесения соответствующих сведений в реестр и до момента их исключения из реестра в установленном порядке. Публичная достоверность реестра является мерой по поддержанию стабильности гражданского оборота как необходимого элемента экономики государства. Согласно выписке из ЕГРН от 28.04.2023 № КУВИ-001/2023-100316554 в базу регистрирующего органа внесены изменения относительно квартиры № 20 (изменен кадастровый номер объекта и актуализирована его площадь, уточнен почтовый адрес (добавлена литера А)). При этом, уже на дату проведения инвентаризации имущества, данные квартиры уже представляли собой единое помещение, которое использовалось под гостиничный комплекс на целом этаже. Актуальная информация о фактической перепланировке реализуемых
изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 17.07.2015 N 305-ЭС15-1788, от 01.12.2015 N 305-ЭС15-7931 и от 22.05.2017 N 303-ЭС16-19319 сведения Единого государственного реестра недвижимости обладают свойством публичной достоверности, а подлежащее государственной регистрации право считается существующим с момента внесения соответствующих сведений в реестр и до момента их исключения из реестра в установленном порядке. Публичная достоверность реестра является мерой по поддержанию стабильности гражданского оборота как необходимого элемента экономики государства. С учетом изложенного, установив, что в спорный период в Едином государственном реестре недвижимости в качестве собственника спорных помещений зарегистрирован ответчик, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что муниципальное образование «город Пермь» в силу прямого указания закона, как собственник помещения должно нести расходы, связанные с оплатой оказанных ему коммунальных услуг, в том числе по оплате потребленных тепловых ресурсов, в
изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 17.07.2015 N 305-ЭС15-1788, от 01.12.2015 N 305-ЭС15-7931 и от 22.05.2017 N 303-ЭС16-19319 сведения Единого государственного реестра недвижимости обладают свойством публичной достоверности, а подлежащее государственной регистрации право считается существующим с момента внесения соответствующих сведений в реестр и до момента их исключения из реестра в установленном порядке. Публичная достоверность реестра является мерой по поддержанию стабильности гражданского оборота как необходимого элемента экономики государства. С учетом изложенного, установив, что в спорный период в Едином государственном реестре недвижимости право собственности в отношении спорного нежилого помещения было зарегистрировано за муниципальным образованием «Город Пермь», суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что муниципальное образование «город Пермь» в силу прямого указания закона, как собственник помещения должно нести расходы, связанные с оплатой оказанных коммунальных услуг, в том числе
5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. В то же время ст.8.1 ГК РФ установлено, что в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации. Государственная регистрация прав на имущество осуществляется уполномоченным в соответствии с законом органом на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра. Публичная достоверность реестра означает, что для третьих субъективно добросовестных лиц право на вещь, внесенное в реестр, равно как и отсутствие обременений в отношении недвижимой вещи, признается истинным. Обычно это свойство реестра именуют позитивной и негативной достоверностью. Позитивная достоверность означает, что права, записанные в реестр, считаются существующими; негативная – что отсутствие записей о правах в реестре дает основание для предположения об их действительном отсутствии. Публичная достоверность слагается из двух свойств реестра – публичности (открытости третьим лицам) и
случае невыполнения юридическим лицом данной обязанности, а также в случае, если представленные юридическим лицом документы не свидетельствуют о достоверности сведений, в отношении которых регистрирующим органом направлено уведомление о недостоверности, регистрирующий орган вносит в единый государственный реестр юридических лиц запись о недостоверности сведений. Согласно пункту 1 статьи 53 ГК РФ, юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. Публичная достоверность сведений, содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, в силу положений Федерального закона № 129-ФЗ, статей 48, 49, 53 ГК РФ предполагает обязанность руководителя юридического лица, а также его учредителя (участника), обладающего необходимой долей участия в юридическом лице и полномочиями, принять входящие в его компетенцию и зависящие от него меры по внесению в реестр достоверных сведений. Данная обязанность вытекает в том числе из принципа презумпции добросовестности участников правоотношений. Требование о предоставлении
а лицом, допущенным к управлению машиной, в числе прочих указан истец ФИО1 Ни одна из указанных выше сделок не оспаривается, как правильно указали кассаторы, однако в данном случае речь идет о преимуществе одних доказательств перед другими. Обстоятельства составления 15.02.2009 г. договора купли-продажи машины в простой письменной форме вызывают вопросы, тогда как нотариально удостоверенная доверенность и полис ОСАГО, оформленные в установленной форме позже той даты, которая указана в договоре купли-продажи машины, обладают таким свойством, как публичная достоверность . Проанализировав указанные документы, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что из бесспорных доказательств по делу следует, что собственником машины на момент наложения на нее ареста перед независимыми участниками данных правоотношений себя позиционировала именно ФИО2, а ФИО1, приняв от нее доверенность и оформив договор страхования от ее имени, как собственника машины, этого не оспаривал. Исходя из этого, не могут быть приняты во внимание доводы кассаторов о том, что суд неверно применил
