Расторжение договора аренды транспортного средства по соглашению сторон - гражданское законодательство и судебные прецеденты

к выводу, что передача спорного имущества происходила на основании договора аренды транспортных средств, в связи с чем положения статьи 234 Гражданского кодекса не подлежат применению. Суд округа, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов об их применении установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, оставил решение суда первой инстанции, постановление суда апелляционной инстанции без изменения, указав иные мотивы отказа в удовлетворении требований. Так, после расторжения договора аренды в части спорных транспортных средств на основании дополнительного соглашения от 13.02.2017 Компания не только не совершило никаких действий, направленных на получение от Общества спорных транспортных средств, но и не проявила какого-либо интереса к имуществу. Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301, 305 Гражданского кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункт 4 статьи 234 Гражданского кодекса в редакции по

867 руб. 76 коп. не имеется. Статья 614 Гражданского кодекса РФ предусматривает обязанность арендатора по своевременному внесению арендной платы за пользование имуществом. Факт передачи имущества для фактического пользования арендатору установлен судом на основании имеющихся в деле документов и не был оспорен ответчиком. Исследуя вопрос о периоде фактического пользования транспортным средством, судом установлено, что в материалы дела представлены: копии соглашения от 01.04.2013 о расторжении договора аренды транспортного средства от 10.02.2011, акта возврата транспортного средства от 01.04.2013, соглашение о расторжении договора аренды транспортного средства от 11.07.2014, подписанные уполномоченными представителями сторон , и в установленном законом порядке не оспоренные. В соответствии со статьей 450 Гражданского кодекса РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По результатам оценки указанных доказательств, судом области установлено, что, не смотря на подписание сторонами 01.04.2013 соглашения о расторжении договора аренды транспортного средства от 10.02.2011, арендованное имущество не было

договор заключался на шесть транспортных средств. АО «САХ по уборке города» указало на то, что расценило указанное предложение о расторжении договора аренды в отношении части транспортных средств в связи с чем договор в соответствии с п. 8.3 должен считаться расторгнутым с 31.08.2020, однако, действия ООО «ЭкоСтройСервис» и содержание предлагаемых к подписанию дополнительных соглашений свидетельствовали о том, что арендатор не имеет намерения расторгать договор в полном объеме с 31.08.2020 в соответствии с п. 8.3 договора, а предлагает изменить его (прошлыми числами) и в измененном виде расторгнуть с 17.08.2020, подписав соответствующее соглашение. Вместе с тем доказательств соблюдения процедуры надлежащего изменения условий договора, в связи с уменьшением количества транспортных средств, путем своевременного направления и подписания соглашений, ООО «ЭкоСтройСервис» не представлено. Требование о расторжении договора в части одного транспортного средства не соответствует установленному сторонами порядку расторжение договора в целом. При этом ООО «ЭкоСтройСервис» не представлено надлежащих доказательств соблюдения п. 2.1.2 договора, согласно которому

неотъемлемой частью настоящего договора (приложение № 2). Спора относительно передачи имущества в аренду у сторон не имеется. Согласно пункту 10.2 договора стороны предусмотрели, что договор может быть досрочно расторгнут по взаимному соглашению сторон. Как указывает истец, 20.01.2020 ответчику было вручено уведомление о расторжении договора аренды от 05.09.2019, в котором указал на расторжение договора с 31.01.2020 и сообщил передаче арендованного имущества по акту приема-передачи. В соответствии с пунктом 10.2 договора 03.02.2020 стороны подписали дополнительное соглашение № 1 о проведении взаимных расчетов по договору аренды комплекса недвижимого имущества, оборудования и транспортных средств от 05.09.2019. В пункте 5 данного соглашения стороны указали, что считают договор аренды от 05.09.2019 расторгнутым с 31.01.2020; по возврату арендованного имущества претензий друг к другу не имеют. В пункте 7 соглашения стороны установили, что в дату подписания соглашения ООО «Билд» перечисляет 650 000 руб., после чего дополнительное соглашение вступает в силу и действует до полного исполнения сторонами принятых

цены простоя по цене услуг, которые оказаны реально, неправомерно. Ссылается на заключение сторонами соглашения о расторжении договора аренды с 01.07.2019, в котором стоимость услуг определена в размере 67 200 рублей. В отзыве истец просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылаясь на статью 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, считает, что спорный договор правомерно квалифицирован судом как договор аренды транспортного средства с экипажем, поскольку им установлена обязанность истца предоставить транспортное средство во временное владение и пользование ответчику на определенный срок, установлена арендная плата исходя из часов работы техники и плата за ее простой. Сообщает, что предложенная истцом редакция соглашения о расторжении договора не была подписана ответчиком, транспортное средство до августа 2019 года не возвращалось арендодателю, в результате чего ООО «Лига» впоследствии в одностороннем порядке отказалось от договора. В судебном заседании представители сторон поддержали позиции, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее. Изучив материалы дела и доводы

факту, согласно представленным актам, подписанным истцом и субарендатором - ответчиком-2, из которых стороны не исходили при заключении договора и эвакуации, арендованных транспортных средств по требованию субарендатора ответчика - 3 в количестве шести штук от ответчика - 1 к субарендатору- ответчику - 2, и то, что расторжение договора противоречит общественным интересам и повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты. 6. Возложить на ответчика-1, и субарендаторов ответчика - 2, 3 солидарное обязательство по погашению задолженности за просрочку выплаты штрафных санкций за май 2019 при перемене сторон в договоре аренды 19.10.2016 путем открытого хищения арендованных транспортных средств и неисполнения принятых обязательств, установленных на основании пункта 5 дополнительного соглашения от 22.07.2016 к договору аренды от 15.07.2016, и взыскать денежные средства в размере 5 399 535 руб. 98 коп. солидарно в пользу истца в следующем порядке: с ответчика-1 государственную пошлину в размере 49 998 руб. за подачу исковых требований и в связи с отсутствием имущества

положениями ст. 450 ГК РФ, достаточных доказательств в обоснование заявленных требований об отмене соглашения о расторжении договора аренды ввиду заключения его на крайне невыгодных условий истцом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено, в связи с чем, в иске об отмене соглашения о расторжении договора аренды было отказано. Из пункта 2 соглашения о расторжении договора аренды транспортного средства без экипажа от 15.05.2015 следует, что образовавшаяся задолженность в размере 22500 руб. подлежит выплате арендатором в течение 30 дней с момента подписания соглашения. Пунктом 3 установлено, что претензий по исполнению договора аренды у сторон не имеется. Актом приема-передачи транспортного средства без экипажа от 15.05.2015 подтверждается передача автомобиля, находящегося в исправном состоянии, пригодном для эксплуатации, от арендатора к арендодателю ФИО1 Таким образом, учитывая, что соглашение о расторжении договора аренды транспортного средства без экипажа от 26.01.2015 действительно, и принцип свободы договора, установленный ст. 421 ГК РФ, стороны определили сумму задолженности. Разрешая

2018 - 160 000 руб., что подтверждается платежным поручением № от 25.04.2019, - за ноябрь, декабрь 2018 - 160 000 руб., что подтверждается платежным поручением № от 26.06.2019. Из соглашения от 01.01.2019 следует, что ФИО1 - арендодатель и ООО «Ижморская ТСК» - арендатор заключили настоящее соглашение о расторжении договора аренды транспортного средства без экипажа № от 29.12.2017, который расторгается с 01.01.2019 (п. 1). Стороны по исполнению договора претензий друг к другу не имеют (п. 2). Обязательства сторон по договору прекращаются с момента расторжения (п. 3). Настоящее соглашение составлено в 2 экземплярах, имеющих одинаковую юридическую силу, по одному экземпляру для каждой из сторон . Соглашение подписано ФИО1 и директором Общества - ФИО3 В претензии, направленной ФИО1 в ООО «Ижморская ТСК» от 03.12.2020, истец указывает, что автомобиль находится во владении и пользовании арендатора, он мог им пользоваться в соответствии с назначением и извлекать прибыль. В случае утраты интереса в использовании автомобиля

кем, ФИО1 или другим лицом выполнена исследуемая подпись, не представляется возможным. В уточненном исковом заявлении (том 2 л.д. 158-161) от 21.07.2021 ФИО1 также не отрицается факт подписания ею вышеуказанного Соглашения и содержится просьба о признании его недопустимым на основании того, что оно основано на несогласованном пункте 4.3. договора аренды. С учетом изложенного, исходя из совокупности представленных доказательств, судебная коллегия считает что между сторонами было достигнуто соглашение о расторжении договора аренды транспортного средства без экипажа и данное соглашение было подписано как со стороны ООО «Ижморская тепло-сетевая компания», так и со стороны ФИО1, следовательно, данный договор прекратил свое действие с 01.01.2019. Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отказе во взыскании задолженности по арендной плате за период до 01.01.2019. Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к вышеуказанному выводу, подробно со ссылкой на установленные судом обстоятельства и нормы права изложены в оспариваемом решении, и их правильность не вызывает у