рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Признавая оспариваемые сделки недействительными, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, руководствовался статьями 61.3, 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», учел разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и исходил из расторжениядоговоров поручительства за два дня до погашения долга по кредиту путем совершения внутрибанковских проводок в условиях неплатежеспособности банка при осведомленности ФИО1 о нарушении спорными сделками интересов банка и его кредиторов. Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по спору, не подтверждают существенных нарушений судами норм права, рассматривались ими и получили соответствующую оценку. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда
люковых закрытий, не требует каких-либо испытаний, и устанавливается визуально. Имеющееся в деле свидетельства судна «Волго- Балт 144» не содержат данных о переоборудовании, либо модернизации элемента конструкции судна, что подтверждает неправомерность и самопроизвольный характер установки водобарьеров и, как следствие, невыполнение ответчиком требований Российского Речного Регистра. Вопреки принятым на себя обязательствам компания не обеспечила пригодность судна для целей, предусмотренных договором аренды, не предприняла мер по приведению судна в годное состояние, что повлекло вынужденное расторжениедоговора аренды 12.07.2016. Оплата лоцманской проводки и услуг катера по доставке лоцмана в размере является по своей юридической природе уплатой лоцманского (портового) сбора и в соответствии с договором не входит в обязанности фрахтователя. Тарифное регулирование лоцманской проводки осуществляется исключительно в отношении субъектов естественных монополий, к которым лоцманская компания ООО «СК "Торнадо"» не относится. Следовательно, приведенный в апелляционном постановлении приказ не применим к лоцманским услугам, оказанным в отношении судна «Волго-Балт 144». Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2018
а нежилое помещение приведено в прежний вид за счета арендатора в срок, определенный односторонним предписанием арендодателя (л.д. 6, 7 т. 1). Таким образом, договором был предусмотрен порядок проведения перепланировок арендуемого нежилого помещения, а также последствия его нарушения. При этом, в договоре не указано на то, что нарушение порядка проведения перепланировок предоставляло арендодателю право на расторжениедоговора в одностороннем порядке. С учетом анализа представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено достаточных доказательств, подтверждающих, что в период действия договора аренды от 27.08.2015 года ответчиком была произведена реконструкция арендуемого нежилого помещения, прокладывалась проводка и коммуникации. Кроме того, истцом в качестве основания для расторжения договора указано на несвоевременное внесение арендатором арендной платы. Указанный довод был предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно им отклонен в связи со следующим. Предусмотренное подпунктом 3 пункта 1 статьи 619 ГК РФ основание расторжения договора аренды, а именно, не внесение арендной платы более
ответчику с требованием о предоставлении этих документов, суд апелляционной инстанции посчитал истца недобросовестным. Суд апелляционной инстанции указал, что неисполнение ответчиком (лицензиаром) условий лицензионного соглашения при определенных условиях может являться основанием для его расторжения, но не основанием для признания этого соглашения недействительным. Суд апелляционной инстанции также сослался на представленный ответчиком в материалы дела лицензионный договор от 10.04.2012 № 20120410-1, заключенный компанией «CAMPTON CENTRAL CORP.» (КЕМПТОН ЦЕНТРАЛ КОРП.) (лицензиаром) с ФИО1 (лицензиатом) на предоставление неисключительной лицензии на произведения и фонограммы, перечень которых указан в Приложении № 1 и соответствует перечню к оспариваемому лицензионному соглашению; дополнительное соглашение от 30.04.2014 № 01 к названному договору, акты выполненных работ по этому договору, акты сверки взаимных расчетов от 30.05.2014, отчет по бухгалтерским проводкам . Кроме того, апелляционным судом отмечено, что правомерность действий истца по использованию объектов интеллектуальных прав и получению от абонентов денежных сумм, из которых исчислены и перечислены проценты в качестве авторского вознаграждения, поставлено
517,37 руб. должна быть включена в состав внереализационных доходов в 2007 году по результатам расторжения договора цессии. Апелляционная коллегия отклоняет довод Общества о том, что названная сумма не связана с договором цессии и его расторжением, поскольку предметом договора уступки права требования № 17 от 12.07.2006 является права требования задолженности на сумму 264 248 517, 37 руб. Поскольку в результате заключения указанного договора сумма 264 248 517, 37 руб. отнесена на расходы, результатом расторжения данного договора методом обратных проводок налогоплательщику подлежало вернуть указанную сумму во внереализационные доходы. Учитывая используемый налогоплательщиком метод начисления не имеют правового значения и отклоняются доводы Общества об отнесении на доходы поступающих от должника сумм задолженности. Учитывая изложенное, у коллегии отсутствуют основания для изменения решения суда первой инстанции по указанному эпизоду. 1.2 ОАО ЭиЭ «Камчатскэнерго» не согласно с мотивировочной частью суда первой инстанции по эпизоду завышения внереализационных расходов на общую сумму 3 441 949,76 руб. в виде отчислений
из четырех подписаны им с Банком только в мае 2015 года, а уже 04.09.2015 ФИО2 написал заявления о досрочном расторжении всех срочных депозитные договоров с АО «Зернобанк» на общую сумму 27 605 900 руб., потеряв при этом проценты, подлежащие уплате по вкладам. Остальные заинтересованные лица являлись клиентами АО «Зернобанк» и имели остатки на своих счетах открытых в банке. Начиная с 27.08.2015 финансовые проблемы АО «Зернобанк» стали широко известны из материалов, размещенных и публикуемых как в СМИ, так и в сети Интернет. ФИО2 также стало известно о финансовых проблемах АО «Зернобанк», после чего 04.09.2015 вкладчик досрочно расторг все срочные депозитные договоры с АО «Зернобанк» на общую сумму 27 605 900 руб. и оформил договор займа с заемщиком по кредитному договору АО «Зернобанк» - ООО «Домстрой-Барнаул», который в свою очередь, внутрибанковскими проводками оформил погашение кредитных обязательств перед банком на указанную сумму. ФИО2, понимая, что с неплатежеспособного АО «Зернобанк» получить всю сумму
помещения: разборка плинтусов, демонтаж металлоконструкций дверей, демонтаж дверных коробок в каменных стенах с выломкой четвертей в кладке и другие. Данные виды работ для помещения характеризуются как разрушающие. 10 апреля 2015 года между истцом и ответчиком подписано соглашение о расторжениидоговора аренды помещения, при этом истица акт приема-передачи, в котором указано, что на момент передачи (возврата) помещение позволяет осуществлять его нормальную эксплуатацию и что претензий по состоянию помещения стороны не имеют, не подписала, указав, что помещение не соответствует санитарно-техническим нормам. В заявлении от 10 апреля 2015 года истица просила ответчика привести помещении в надлежащее состояние: демонтировать внутреннюю стену и фундамент, восстановить деревянные полы, постелить линолеум, плинтусы, покрасить потолок, поклеить обои, заделать внутреннюю проводку , повесить плафоны освещения и выключатели, а также уплатить задолженность по арендной плате за апрель 2015 года и процентов на просрочку в соответствии с договором аренды. В соответствии с договором подряда № 120/2015 от 06 июля 2015 года,
серебра оформлялись около часа - до <данные изъяты> часов, несколько раз переписывалось заявление на продажу драгметалла. За это время в <данные изъяты> часов произошло снижение котировки до <данные изъяты> рублей за 1 грамм, о чем ей не сообщили и не разъяснили последствий. На ее последующие требования о перерасчете количества приобретенного серебра по курсу за <данные изъяты> рубль ей отказали, она требовала письменно расторжениядоговора, в чем ей также отказали, а суд этих обстоятельств не учел. Суд не дал оценки противоречиям представленных ответчиком доказательств в фиксации времени проводок , наличию дублирующих проводок, удалению проводок, что отражено в скриншотах, необоснованности отказа в ее требованиях о расторжении договора. Суд не учел противоречия в показаниях свидетелей И. и У. о месте расположения информации о котировках продажи серебра, необоснованно отказал ей в удовлетворении ходатайства о допросе в качестве свидетелей работников банка Л. и Ф. Считает, что суд неправильно применил закон и сделал выводы в
