Как следует из материалов дела, распоряжением Леноблкомимущества от 22.12.93 № 253 утверждены акты раздела имущества, в том числе Всеволожского районного узла связи, между ГПСИ «Россвязьинформ» и вновь создаваемым на его базе Управлением федеральной почтовой связи Ленинградской области (далее - УФПС). В соответствии с актом раздела имущества на балансе ГПСИ остались склады № 5, 2, 7, а также гараж РУС. На баланс УФПС переданы склады № 8, 4 и 6, а также гаражный блок 2 с диспетчерской. В дальнейшем ГПСИ «Россвязьинформ» приватизировано путем преобразования его в акционерное общество (в настоящее время - ОАО «Ленсвязь») в соответствии с планом приватизации, утвержденным Леноблкомимуществом 24.05.94. В состав приватизированного имущества по акту оценки стоимости зданий и сооружений вошли здания склада-эстакады (лит. Г) и гаража (лит. Г2). На основании плана приватизации ГПСИ «Россвязьинформ» и акта раздела имущества между ним и УФПС ЛОРП зарегистрировала 20.08.98 право собственности ОАО «Ленсвязь» на комплекс зданий, находящихся по адресу: <...>,
с кадастровым номером 66:58:0111001:2268 с обременением в виде аренды в пользу истца. Таким образом, в результате раздела земельного участка с кадастровым номером 66:58:0111001:208 были определены конкретные земельные участки, расположенные под объектами, принадлежащими истцу и которые могут быть приватизированы в соответствии со ст. 39.20 ЗК РФ, в данном случае - с кадастровыми номерами 66:58:0111001:2267 и 66:58:0111001:2268. Из указанного следует, что фактически земельный участок с кадастровым номером 66:58:0111001:208 был разделен, перестал существовать (п. 2 ст. 11.2 ЗК РФ), что также свидетельствует о завершении процесса приватизации именно земельного участка с кадастровым номером 66:58:0111001:208 по заявлению от 20.01.2014. При разделе земельного участка у его собственника возникает право собственности на все образуемые в результате раздела земельные участки (п. 2 ст. 11.4 ЗК РФ). Таким образом, при разделе земельного участка с кадастровым номером 66:58:0111001:208 возникли новые объекты недвижимого имущества - земельные участки с кадастровыми номерами 66:58:0111001:2267 и 66:58:0111001:2268, которые являются самостоятельными объектами права с определенными
изменения решения в части преамбулы и раздела V договора о правах и обязанностях в отношении объектов гражданской обороны. Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы. В силу части 1 статьи 31 Федерального закона от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» при отчуждении государственного или муниципального имущества в порядке приватизации соответствующее имущество может быть обременено ограничениями, предусмотренными названным Федеральным законом или иными федеральными законами, и публичным сервитутом. Ограничениями могут являться обязанность содержать имущество, не включенное в состав приватизированного имущественного комплекса унитарного предприятия и связанное по своим техническим характеристикам, месту нахождения (для объектов недвижимости), назначению с приватизированным имуществом , обязанность содержать объекты гражданской обороны,
не устанавливало запрет на переход имущества из государственной собственности в частную; полагает, что вывод суда первой инстанции о том, что спорные объекты отнесены к объектам исключительной федеральной собственности на основании пункта 2 раздела III Приложения №1 к постановлению Верховного Совета Российской Федерации №3020-1 от 27.12.1991, не обоснован. Кроме того, ответчик считает необоснованным вывод суда первой инстанции о том, что из акта оценки стоимости зданий и сооружений по состоянию на 01.07.1992 нельзя сделать вывод о том, что указанное здание приватизировано вместе с помещениями подвала. Обосновывая указанный довод, апеллянт ссылается на пункт 10 Положения о коммерциализации государственных предприятий с одновременным преобразованием в АООТ, согласно которому с момента регистрации акционерного общества активы и пассивы предприятия принимаются акционерным обществом. Состав имущества акционерного общества на момент его учреждения отражается в акте оценки, ввиду того, что в акте оценки указано здание бытового корпуса со столовой без изъятия каких-либо помещений, полагает, что в уставный капитал АО
ничтожной как посягающая на публичные интересы. Более того, последующий раздел участка, приватизированного исключительно для эксплуатации расположенного на нем здания, и расположение объекта на меньшей части одного из образованных участков, свидетельствует о чрезмерной площади приватизированного земельного участка. С учетом указанных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что договор купли-продажи земельного участка № 606-П от 27.04.2017 является ничтожным, поскольку заключен с нарушением явно выраженного запрета, установленного ЗК РФ, посягает на публичные интересы. В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом , выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость,
Гражданский кодекс РФ, Закон РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" и Федеральный закон "О товариществах собственников жилья". В этой связи содержание ст.3 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" не может толковаться как предусматривающее исключение из общих норм гражданского законодательства и создающее новый вид права собственности - собственность на комнату в квартире без предварительного реального раздела этой квартиры. В соответствии со ст.3 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" собственнику приватизированного жилого помещения в коммунальной квартире принадлежит доля в праве собственности на общее имущество в коммунальной квартире. Поскольку общим имуществом в данном случае является вся квартира в целом, данная норма должна толковаться как прямо предусматривающая создание именно общей долевой собственности при приватизации комнат в коммунальной квартире. Положения той же статьи Закона о том, что доля собственника приватизированного жилого помещения в коммунальной квартире в праве собственности на общее имущество в коммунальной квартире пропорциональна доле
представлено, в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу о том, что спорные доли в квартире по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> следует признать совместным имуществом бывших супругов ФИО6 и ФИО5, подлежащим разделу в равных долях. При этом суд счет имеющим значение при разделе имущества то обстоятельство, что истец отказался от участия в приватизации квартиры по Английскому проспекту в Санкт-Петербурге, вследствие чего ФИО5 сохранял право пользования данной квартирой до ее отчуждения и вправе претендовать на жилое помещение, которое было приобретено в том числе за счет вырученных от продажи приватизированного жилого помещения денежных средств. Соглашаясь с выводами суда относительно наличия у истца права требовать раздела совместно нажитого имущества в виде долей в праве собственности на спорную квартиру, судебная коллегия полагает ошибочными выводы суда первой инстанции, что совместно нажитым имуществом, подлежащим разделу, является ? долей в праве собственности на спорную квартиру. В силу ч.1 ст. 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из
