исполнения обязательств по договорам доверительного управления, передача Управляющему в полном объеме заполненных надлежащим образом и подписанных клиентами заявлений о присоединении к договору доверительного управления и др.). Предоставление физическому лицу, имеющему намерение заключить с управляющим договор доверительного управления, достоверной информацию о таком договоре, в том числе о его условиях и рисках, связанных с его исполнением, в данном случае не обусловлено оказанием информационных или консультационных услуг, поскольку установленная статьей 5 Закона о рынке ценных бумаг обязанность профессионального участника рынка ценных бумаг, применительно к обстоятельствам настоящего дела, возложена на Банк в связи с совершением им как поверенным перечисленных выше действий, направленных на заключение договора доверительного управления, по поручению Управляющего. Ответственность за нарушение поверенным управляющего законодательства Российской Федерации и нормативных актов Банка России несет управляющий (статья 5 Закона о рынке ценных бумаг). Установленный пунктом 3.2.6 Договора № 1 запрет Банку вести расчеты с клиентами также не изменяет правовой природы правоотношений сторон, поскольку совершаемые Банком
содержание услуг по договору и их объем определяется в техническом задании (п. 1.2), в соответствии с условиями которого в объем услуг исполнителя входили: «услуги по проведению анализа запасов угля, действующей проектной документации, ретроспективы, текущего положения и оценки перспектив развития Объекта, рисков, связанных с его работой, а также по построению финансовой модели проекта развития объекта на основании документов, переданных ООО "Краснобродский Южный" по согласованию с Банком». При определении характера правоотношений между истцом и ответчиком стороны договора об оказании услуг: а) прямо определили цель и существо договора уже в его преамбуле, поименовав его как «договор на оказание консультационных услуг по проведению аудита проекта развития разреза "Краснобродский Южный"»; б) по тексту договора использовали для характеристики предмета обязательства термин «услуга» (п. 1.2-1.4, 2.1.1-2.1.4, 2.2.1, 2.2.2, 2.3.1-2.3.4, 2.4.1, 2.4.2, 3.1-3.3, 4.1), который должен толковаться в буквальном значении; в) в п. 9.4 договора прямо сослались на п. 1 ст. 782 ГК РФ; г) определили в
- 125). Таким образом, в результате исполнения договора налогоплательщик получил квалифицированные консультации относительно потенциальной экономической эффективности строительства огромного терминального комплекса на территории Калининградской области с учетом региональных особенностей (определение макро- и микроэкономическое окружение потенциального терминала), с учетом существующего рынка по услугам перевалки сельскохозяйственных культур, а также получить информацию о возможных спонсорах/инвесторах подобного объекта (банковские организации, сторонние инвесторы), о сопутствующих рисках (валютных, инфляционных и проч.). Указанные вопросы нашли отражение в «Технико-экономическом обосновании проекта строительства глубоководного терминала на территории объединенного порта Калининград». Данный документ является результатом оказания консультационных услуг в рамках договора № УКС-1001-27-2 с ООО «УК «Содружество». Аналогичным образом налогоплательщик получил консультации в рамках договора от 24.06.2010 № 9W1458 с ООО «Хасконинг Консультанты, Архитекторы и Инженеры» - указанная компания оказывала консультационные услуги по анализу вероятных бюджетных расходов по строительству терминала. Таким образом, вышеприведенные консультации представляли собой предварительные экономические расчеты, маркетинговые и технические исследования, свод общей информации, которые были предназначены исключительно
таким сделкам не могут рассматриваться как обычные предпринимательские риски. Таким образом, действия истца фактически были связаны с участием в биржевой игре, которая основана на взаимном риске и ее результат зависит от наступления или не наступления случайных обстоятельств, в связи с чем денежные средства, заявленные ФИО1 ко взысканию, были им утрачены в результате игры. При таких данных, поскольку требования ФИО1 основаны на игровой сделке, не подлежат судебной защите, поэтому оснований для удовлетворения иска о взыскании утраченной в связи с этим денежной суммы не имеется. При этом, истцом не представлены доказательства того, что решение об участии в игре было принято им под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения ответчика с другими лицами. Истец не ссылается на заключение с ответчиком ООО «Консультационный центр» какого-либо конкретного вида договора – договора на оказание информационно-консультационных услуг, договора оказания образовательных услуг, услуг на обслуживание счетов или иных. В обоснование исковых требований истцом был представлен лишь один
года в размере ... рублей ... копейки, из которых платеж по страхованию риска причинения вреда жизни и здоровью заемщика составляет ... рублей ... копеек, платеж по страхованию рисков прекращения права собственности на квартиру, а также обременения (ограничения) права собственности на нее правами третьих лиц ... рубля ... копеек, всего в сумме ... рубль ... копеек. Таким образом, с АО «Коммерческий банк ДельтаКредит», в случае признания сделки недействительной, в пользу истцов подлежит взысканию страховая премия ... рубль ... копеек. Обоснована позиция суда о взыскании с ответчика оплаченных за счет кредитных средств затрат на информационно-консультационные услуги в сумме ... рублей, банком не представлены доказательства, заключения между сторонами сделки, предусматривающей обязанность заемщика по оплате указанных услуг ( пункт 2 статьи 307 ГК РФ). Кредитный договор не содержит указанных обязательств потребителя, представитель АО «Коммерческий банк Дельта Кредит» БЕБ в апелляционной инстанции не смогла объяснить в соответствии с какими договоренностями истец обязан нести указанные
