Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.09.2013 № 3330/13. Кроме того, доказательств, свидетельствующих о том, что доля ООО «Техцентр Люкс ДВ» выбыла из владения ФИО7 в результате противоправных действий третьих лиц или помимо ее воли, в материалы дела не представлено. Также заслуживает внимания вывод суда первой инстанции об отсутствии правового и документального подтверждения довода ФИО7 о том, что заключая спорный договор, она действовала под давлением ФИО5, являющегося представителем ФИО3 Утверждение ФИО7 о заключении спорной сделки под давлением третьих лиц правомерно не принято судом, поскольку при рассмотрении дела указанное лицо пояснила, что ее воля при заключении оспариваемого договора направлена именно на продажу доли в уставном капитале общества, в связи с чем не считала ее мнимой. В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление
и дополнений к ней ООО «ДПВМ» указало на несоразмерность стоимости предмета залога с ценой договора поставки №НП230616-СПб по основному обязательству, а также превышении стоимость залога размера задолженности по поставкам ГСМ, при этом ответчик указал, что договор залога №1-22-0-2016 был заключен по требованию истца на заранее невыгодных для ответчика условиях. По мнению подателя жалобы, при наличии срочной необходимости в ГСМ автотранспорта ответчика, времени на принятие условий было отведено недостаточно и ответчик согласился на эту сделку под давлением обстоятельств, в связи с чем на основании статей 167 и 179 ГК РФ сделка может быть признана недействительной. Вместе с тем, ООО «ДПВМ» указало, что ответчиком признается задолженность перед истцом в размере 841 000 руб., при этом судом первой инстанции не учтено, что неисполнение основного обязательства, обеспеченного залогом, возникло не по вине ответчика, а из-за неисполнения денежных обязательств по государственным контрактам, что привело неплатежеспособность ответчика по другим сделкам и введение его затруднительное финансовое
недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). Суд первой инстанции обоснованно отметил, что сделка заключена 18.06.2009, то есть 13 лет назад, никаких оснований считать что истец заключил сделку под давлением , не отдавая отчета в правовом смысле сделки, не имело возможности определиться с субъектным составом оспариваемой сделки, нет. Как указал сам истец, и подтвердил в отзыве третье лицо - ГУ МЧС России по Самарской области, имеет место только не желание исполнять истцом заключенную сделку. В этой связи суд первой инстанции верно исходил из того, что заявление истца, что при заключении сделки неверно определен субъектный состав сделки, при том, что при заключении сделки, и
к субсидиарной ответственности установлено, что уже на 9 января 2014 года ООО «Техцентр Люкс ДВ» имело кредиторскую задолженность в общем размере 73 222 337,03 рублей. Таким образом, само по себе наличие в собственности ООО «Техцентр Люкс ДВ» объектов недвижимости и ежемесячное поступление денежных средств от арендаторов имущества не свидетельствует о значительном превышении рыночной стоимости доли в уставном капитале общества определенной сторонами по номиналу величины (4 801 191 рублей). Утверждение должника о заключении спорной сделки под давлением представителя ФИО3 обоснованно не принято судом, поскольку при рассмотрении дела должник не оспаривал, что его воля при заключении оспариваемого договора была направлена именно на продажу доли в уставном капитале общества. Доказательства, подтверждающие факт обращения ФИО1 с иском о признании договора от 20 июня 2015 года недействительным по указанному основанию, в материалы дела не представлены. Доводу заявителя об отсутствии доказательств наличия реальной финансовой целесообразности продажи в доли в размере 51 % ООО «Техцентр Люкс
09.10.2015 № 305-КГ15-5805). Утверждение ответчика о том, что УПД подписаны ФИО3 под давлением, является голословным, какими-либо доказательствами не подтверждено. Сведений об оспаривании сделок купли-продажи по данному мотиву у суда не имеется. Участие ФИО3 и ОАО «РУК ЖКХ» в составе учредителей ООО «ЖКХ «Онохой» с долями в уставном капитале по 20%, а также передача ОАО «РУК ЖКХ» имущества в субаренду ООО «ЖКХ «Онохой» само по себе в отсутствие иных доказательств не свидетельствует о совершении сделки под давлением или в условиях явной зависимости. Сомнения в реальности поставок, оформленных 17.11.2015 и 20.11.2015, данные обстоятельства сами по себе также вызывают, учитывая, что поставки угля между сторонами в 2015 году в действительности имели место, что подтверждается материалами дела и самим ответчиком не оспаривается. Как следует из материалов дела, 19.03.2019 между ОАО «РУК ЖКХ» (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор № 12 (далее - договор № 12), в соответствии с пунктом 1.1 которого продавец обязуется
С.С., в соответствии с ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств подтверждающих обстоятельства, влекущих в силу ст. 179 ГК РФ признание договора поручительства недействительным. При этом суд правильно исходил из того, что из трудовой книжки Макаренко С. С. усматривается, что уволилась она из ООО «Зенит» 14.10.2010 года, однако в суд о расторжении договора поручительства № от 13.11.09 и признания пункта кредитного договора № от 13.11.09 не обращалась, о том, что ей была совершена сделка под давлением Сабирова А. М. ни в суд, ни в прокуратуру, ни в органы полиции не заявляла, что свидетельствует об отсутствии какого-либо психологического насилия со стороны Сабирова A.M. в отношении Макаренко С.С. при подписании указанных договоров. При этом позиция Сабирова А.М. признавшего, что оказывал давление на Макаренко С.С. с целью понуждения к заключению договора поручительства, не может быть принята во внимание. Его пояснения о том, что он, угрожал увольнением Макаренко С.С., не свидетельствуют о вынужденности
установлено. Доводы жалобы о невиновности ФИО1, о том, что она не получала у Г. деньги, об оговоре ее А. и о необоснованности взыскания с них солидарно неподтвержденной материалами дела суммы ущерба противоречат материалам дела и полностью опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств. Как видно из показания свидетеля У., поведение обратившихся в агентство А. и ФИО1 вызвало у нее подозрения и она обратилась к знакомому работнику уголовного розыска Л. с просьбой выяснить, не совершается ли сделка под давлением А. Через некоторое время Л. привез ФИО1 с ее сыном Р. в агентство и та пояснила, что А. ей не угрожает, он является ее давним знакомым. После этого Л. оставил ФИО1 номер своего телефона, чтобы она, в случае чего, ему позвонила, и уехал. Впоследствии ФИО1 продала дом Л. Деньги в сумме *** руб. Л. передавал в агентстве в присутствии А. и ФИО1. А. с ФИО1 сообщили, что Г. передумал покупать дом и уехал
кодекса РФ, п. 21 ст. 3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», постановление Президиума ВАС РФ от 19.03.2013 № 12668/12, указала, что выкуп земельного участка не допускается, если строительство объектов недвижимости, для возведения и эксплуатации которых земельный участок был предоставлен, не завершено. Истец просил признать договор аренды недействительным, поскольку был вынужден заключить договор аренды земельного участка на крайне невыгодных условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств (кабальная сделка), под давлением администрации городского поселения «Емва», и возложить на ответчика обязанность по заключении с ним договора купли-продажи испрашиваемого земельного участка. Разрешая спор в части признания недействительным договора аренды земельного участка от 06.08.2019, суд первой инстанции, полно исследовав все обстоятельства по делу, руководствуясь нормами статей 166, 168, 179 Гражданского кодекса РФ, статей 22, 35, 39.6, 65 Земельного кодекса РФ, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора аренды земельного участка недействительным. При этом суд
кассационного суда общей юрисдикции от 26 июля 2023 года решение Ракитянского районного суда Белгородской области от 30 сентября 2022 года и апелляционное определение Белгородского областного суда от 31 января 2023 года оставлены без изменения, кассационная жалоба ИП ФИО11 без удовлетворения. Судами установлено, что ФИО19 распорядилась при жизни своим имуществом, доказательств порока воли ФИО19 при составлении завещания, которым она все свое имущество завещала своей дочери ФИО16 нарушения порядка его составления, а также совершения ФИО19 сделки под давлением , не представлено. Согласно договорам дарения от 14 декабря 2022 года переход права собственности от дарителя ФИО16 к одаряемым ФИО15, ФИО17 зарегистрирован в установленном законом порядке 26 декабря 2022 года, что подтверждается выписками из ЕГРП (т.1 л.д.105-109, т.2 л.д.8-9). Таким образом, титульными владельцами спорных земельных участков являются ответчики ФИО15 и ФИО17, которые приобрели в собственность земельные участки на основании заключенных договоров дарения между ними и ответчиком ФИО16 (их матерью), а ответчик ФИО16 ранее