связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», исходил из того, что оспариваемые операции совершены 22.05.2015, то есть в пределах месяца до назначения временной администрации по управлению должником (01.06.2015), в обход неисполненных требований иных клиентов банка. При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о правомерности заявленных требований, с чем согласился суд округа, указав на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции материалам дела о банкротстве должника. Доводы заявителя о совершении сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности подлежат отклонению, поскольку совершение сделки в период, когда у кредитной организации имелась картотека неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете, исключает возможность совершения сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности банка. Иные доводы кассационной жалобы выводы судов не опровергают, направлены на переоценку представленных доказательств и потому не свидетельствуют о наличии в обжалуемых судебных актах существенных нарушений норм права, повлиявших на исход обособленного спора. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6,
постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и исходили из того, что оспариваемая сделка совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом, и в результате ее совершения общество «Тамбовские коммунальные системы» получило предпочтительное удовлетворение своих требований. При этом с учетом установленных по спору обстоятельств суды обоснованно отклонили возражение общества «Тамбовские коммунальные системы» о совершении сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности . Изложенные в жалобе доводы были предметом рассмотрения судов, не свидетельствуют о неправильном применении ими норм права, сводятся к переоценке доказательств и установлению иных обстоятельств по обособленному спору, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказать. Судья Д.В. Капкаев
управляющего возложены на агентство. Руководствуясь положениями статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и полагая, что вышеуказанные платежи имеют признаки сделок, влекущих оказание предпочтения фонду перед другими кредиторами должника, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением. Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия причин для удовлетворения требований конкурного управляющего должником по заявленным основаниям, указав в том числе на совершение сделок в рамкахобычнойхозяйственнойдеятельности . Отменяя определение суда первой инстанции и удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанций, напротив, исходил из того, что в результате совершения спорных перечислений произошло преимущественное удовлетворение требований одного кредитора (фонда) перед иными кредиторами должника; при этом суд пришел к выводу, что оспариваемые операции выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности должника, с учетом установленных судом заинтересованности фонда и банка. Суд округа поддержал выводы апелляционного суда. Между тем судами не учтено следующее. В
связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснений следует, что бремя доказывания совокупности условий, составляющих одну из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и, как следствие, доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Поэтому, обращаясь с требованием о признании соответствующей банковской операции недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должен привести мотивы, по которым он считает оспариваемое им исполнение распоряжения клиента выходящим за пределы обычной деятельности банка, а также представить обосновывающие данный довод доказательства. Суды первой и апелляционной инстанций проверили доводы ответчика о совершении спорных банковских операций в рамкахобычнойхозяйственнойдеятельности и установили, что более 80% сумм перечислений со счета ЗАО «СТ-Авто» в «НОТА-Банк» (ПАО) за 2015 год на сумму 182 701 000 руб. были произведены на те же собственные счета в других банках и с тем
смыслу указанной нормы и содержащихся в пункте 35.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснений, бремя доказывания совокупности условий, составляющих одну из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и, как следствие, доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Суды первой и апелляционной инстанций при новом рассмотрении обособленного спора проверили доводы ответчика о совершении спорных банковских операций в рамкахобычнойхозяйственнойдеятельности и установили, что более 80% сумм перечислений со счета ЗАО «СТ-Авто» в «НОТА-Банк» (ПАО) за 2015 год на сумму 182 701 000 руб. были произведены на те же собственные счета в других банках и с тем же назначением платежа «Перечисление собственных денежных средств», что и спорные сделки. Оспариваемые операции имели системный характер и обусловлены разумной экономической
интересам должника и намерении ООО «Агролэнд» уклониться от исполнения решения суда по делу № А63- 7250/2011; об отсутствии у ООО «Агротранс» собственных средств для расчетов по оспариваемой сделке. Кроме того, предложено оценить действия сторон при заключении договора комиссии на предмет их добросовестности, проанализировать представленные в дело доказательства в целях определения сферы обычной хозяйственной деятельности общества, исследовать вопрос о том, направлена ли данная сделка на осуществление основного вида деятельности общества, совершена ли оспариваемая сделка в рамках обычной хозяйственной деятельности . Решением от 31.03.2015 (судья Чернобай Т.А.) ФИО1 отказано в проведении судебной экспертизы и в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств. Исковые требования удовлетворены. Признан недействительным договор комиссии, заключенный между ООО «Агролэнд» и ООО «Агротранс» от 05.03.2012. Судебный акт мотивирован тем, что исходя из данных анализа финансового состояния ООО «Агролэнд» за период с 01.09.2010 по 03.06.2013, произведенного ФИО2, договор комиссии от 05.03.2012 является разовой сделкой и существенно отличается от сделок, неоднократно совершенных обществом
видно из материалов дела, истица являясь акционером ЗАО «Юникс» обратилась в суд с иском о признании сделки по выдаче последним двух простых векселей недействительной с применением последствий в виде признания ФИО5, лицом, несущим обязанности по двум векселям. Истица указала, что сделка является крупной, у генерального директора ЗАО «Юникс» ФИО5 отсутствуют полномочия на совершение сделок (статья 183 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также сделка по выдаче векселей является безвозмездной. Для определения, совершена ли сделка в рамках обычной хозяйственной деятельности и требуется ли соблюдение установленного законом порядка ее одобрения, прежде всего должны быть выявлены правовая природа сделки и цель ее совершения. Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии с пунктом 1 статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» крупной сделкой считается сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько
у ответчика перед истцом по данным бухгалтерской отчетности ответчика. По мнению ответчика, суд первой инстанции при рассмотрении встречного иска должен был проанализировать представленные в дело доказательства в целях установления и признания крупной для ответчика оспариваемой сделки и определения сферы обычной хозяйственной деятельности общества, сопоставить содержание данной деятельности с условиями и целью заключения оспариваемого договора поставки, исследовать вопрос о том, направлена ли данная сделка на осуществление основного вида деятельности общества, совершена ли оспариваемая сделка в рамках обычной хозяйственной деятельности ; однако, указанные обстоятельства судом первой инстанции не были исследованы. Истец отзыв на апелляционную жалобу не представил. В арбитражный суд апелляционной инстанции поступило ходатайство общества «Мончегорский механический завод» об утверждении заключенного сторонами мирового соглашения. Согласно ч. 3 ст. 141 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае неявки в судебное заседание лиц, заключивших мировое соглашение и извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, вопрос об утверждении мирового соглашения не рассматривается арбитражным
после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, в пределах срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Суд установил, что у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами, в том числе перед ООО «Факторинговая компания Фонда поддержки предпринимательства» по договору финансирования под уступку денежного требования № 8/2017 от 04.08.2017 (договор факторинга), что явилось основанием для подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом. Суд указал, что доказательства совершения сделка в рамках обычной хозяйственной деятельности в спорном случае ответчиком не представлены. Руководствовуясь положениями статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с учетом пункта 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), принимая во внимание дату совершения оспариваемой сделки, а также периоды
на совершение данной сделки, по смыслу абз. 2 п. 2 ст. 35 СК РФ, возложено на супруга, заявившего требование о признании сделки недействительной, то есть на истца. Из п.12.4 устава ООО ЧОП «Бастион АП» следует, что директор общества вправе без доверенности действовать от имени общества, в том числе представлять его интересы и совершать сделки (л.д.20-31). Таким образом, из устава ООО ЧОП «Бастион АП» не усматривается необходимость согласования или получения разрешения на осуществление сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности с супругой директора (единоличного исполнительного органа) в соответствии с положениями статей 33-35 Семейного кодекса РФ. По смыслу п.2 ст. 34 Семейного кодекса РФ сделка между юридическими лицами не относится к совместной собственности супругов, к ней может относиться только доход от ее совершения. Так, в производстве арбитражного суда Свердловской области находится дело №* по иску ООО ЧОП «Бастион АП» к АО «КУМЗ» о взыскании 5 924 642 руб. 91 коп. по договору оказания
для него как крупная сделка. Полагает, что заявление ФИО4, с которым согласился и суд первой инстанции, о том, что ГК РФ разделяет понятия строительного подряда (ст. 740) и подрядных работ для государственных и муниципальных нужд (ст. 763) в качестве разных видов предпринимательской деятельности, не соответствует действительности, поскольку не вытекает из содержания ст.ст. 763, 740, 758, 702, 703, и параграфов 1 и 5 главы 37 ГК РФ, ст. 2 Федерального закона от 27 декабря 1995 г. № 213-ФЗ «О государственном оборонном заказе», а поэтому выполнение работ по строительству 10-ти этажного жилого дома, являвшегося предметом размещаемого заказа, должно было быть расценено как обычная хозяйственная деятельность ЗАО «607 УНР». Считает необоснованным вывод суда о том, что в составе заявки ЗАО «607 УНР» в соответствии с подпунктом 34 пункта 13.2 Устава должно было быть представлено одобрение сделки на сумму более 1 млн. рублей, совершаемой в рамкахобычнойхозяйственнойдеятельности , поскольку в соответствии
для него как крупная сделка. Полагает, что заявление ФИО4, с которым согласился и суд первой инстанции, о том, что ГК РФ разделяет понятия строительного подряда (ст. 740) и подрядных работ для государственных и муниципальных нужд (ст. 763) в качестве разных видов предпринимательской деятельности, не соответствует действительности, поскольку не вытекает из содержания ст.ст. 763, 740, 758, 702, 703, и параграфов 1 и 5 главы 37 ГК РФ, ст. 2 Федерального закона от 27 декабря 1995 г. № 213-ФЗ «О государственном оборонном заказе», а поэтому выполнение работ по строительству 10-ти этажного жилого дома, являвшегося предметом размещаемого заказа, должно было быть расценено как обычная хозяйственная деятельность ЗАО «607 УНР». Считает необоснованным вывод суда о том, что в составе заявки ЗАО «607 УНР» в соответствии с подпунктом 34 пункта 13.2 Устава должно было быть представлено одобрение сделки на сумму более 1 млн. рублей, совершаемой в рамкахобычнойхозяйственнойдеятельности , поскольку в соответствии
Вместе с тем, к договору поручительства не приложено решение об одобрении данной сделки учредителем ООО «ФК Деловой Партнер+» ФИО7. Между тем данная сделка подлежит одобрению как сделка с заинтересованностью, поскольку ФИО2 является на момент заключения договора поручительства директором и единственным учредителем ООО «ФК «Фрегат», т.е. должником, и директором ООО «ФК Деловой Партнер+», т.е. поручителя. Решений об одобрении сделки поручительства от <дата> единственный участник ООО «ФК Деловой Партнер+» не принимал. Данная сделка не является сделкой в рамкахобычнойхозяйственнойдеятельности организации. О существовании договора поручительства учредитель ООО «ФК Деловой Партнер+» узнал при ознакомлении с материалами настоящего дела. В деле находится оригинал оспариваемого договора. Таким образом, ФИО2, будучи директором ООО «ФК Деловой Партнер+» подписал договор поручительства от <дата> в обеспечение своих обязательств (обязательств принадлежащей ему организации ООО «ФК «Фрегат») перед ФИО1 без одобрения единственного участника ООО «ФК «Деловой Партнер+», а, значит, данная сделка является недействительной. Более того, ФИО2, будучи директором ООО
