установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, в том числе подтверждающие многочисленное отчуждение принадлежащего должнику имущества в пользу третьих лиц после даты принятия к производству заявления уполномоченного органа о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по долгам общества, свидетельствующие о создании ответчиками схемы бизнеса , при которой осуществлялось уклонение от налогообложения с целью получения необоснованной налоговой выгоды в результате фиктивного документооборота, заключение супругами ФИО3 брачного контракта, направленное на сбережение активов семьи от обращения на них взыскания, учитывая решение налогового органа о привлечении должника к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 10, 61.11 Закона о банкротстве в соответствующих редакциях, суды констатировали, что действиями ответчиков должник доведен до банкротства и ему причинены убытки
обстоятельств дела апелляционным судом установлены обстоятельства, указывающие на то, что экономический источник вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком в части стоимости строительно-монтажных работ по муниципальным контрактам, сформированный организациями, входящими в группу компаний Росстрой, заявившими недостоверные сведения о результатах финансово-хозяйственной деятельности, в бюджете не создан; действия лиц, входящих в указанную группу, были направлены на вывод денежных средств. Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что общество с целью завышения налоговых вычетов по НДС осуществило построение такой схемы бизнеса , в которой наличие единого управления, вовлечение множества взаимозависимых лиц, обладающих формальной самостоятельностью, а также лиц, обладающих признаками «фирмы-однодневки», и применение фиктивного документооборота между ними, позволило привлекать в качестве фактических исполнителей контрактов подконтрольные себе организации с целью увеличения несуществующих расходов внутри группы, что в конечном итоге позволило всем входящим в нее организациям создать видимость рыночных отношений и искусственные условия для уменьшения налоговых обязательств (уплачивать налоги в минимальных размерах). Суд округа поддержал выводы суда апелляционной
применяемого заявителем механизма реализации товара общества через розницу с использованием ИП ФИО5 в сопоставлении с ситуацией, когда аналогичный товар был бы реализован обществом в розницу самостоятельно, суд первой инстанции правомерно установил, что налоговая выгода общества с использованием первого варианта механизма в зависимости от наименования товара составляет 5 рублей 22 копейки (10 рублей 73 копейки; 45 рублей 85 копеек) налогов с одной единицы товара или 23,38% (41,57%; 15,21%). Налоговым органом в материалы дела также представлена схема бизнеса , составленная в результате анализа полученных в ходе выездной проверки документов и сведений, отражающая установленные налоговым органом факты, свидетельствующие о дроблении деятельности ООО «ТД «Овалтун» путем выделения розничной реализации из оборотов общества через взаимозависимое лицо, находящееся в прямом подчинении у руководителя общества и применяющее упрощенную систему налогообложения, без фактического деления товара между указанными субъектами предпринимательской деятельности. С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции признает обоснованным вывод налогового органа о том, что у заявителя, имеющего в
10.01.2011 № 1-11/5 (ВОУ), от 19.01.2012 № 1-12/6 (ВОУ) предпринимателем даны показания о том, что фактически услуги, предусмотренные перечисленными договорами, по требованию ЗАО «ЭлиМет» (формирование, согласование, оформление документов и иные действия, связанные с экспортными операциями) ФИО2 не выполнялись, равно как, не выполнялись в интересах ЗАО «ЭлиМет» работы договору от 10.01.2010 № 10-2/10 ППР. Предпринимателем также пояснено, что она не была на территории ООО «ЗМИ-Профит». По утверждению ФИО2, представителями ЗАО «ЭлиМет», ей была предложена данная схема бизнеса , за что ей перечислялось 6 % от полученных на ее расчетные счета денежных средств, предназначенные для уплаты единого налога, взимаемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения; по усмотрению ЗАО «ЭлиМет», предпринимателю. выплачивалась сумма в пределах 100 000 руб. в год, оставшиеся денежные средства (за вычетом 6 % налога) ею в 2010 году «обналичивались» и возвращались ЗАО «ЭлиМет»; начиная с 2011 года перечислялись на расчетные счета организаций, указанных ЗАО «ЭлиМет» (ООО «Профит-Ойл», ООО
должника лица, которые совместно причинили вред, солидарной. Учитывая изложенное, отказ в применении срока исковой давности по своему смыслу соответствует пункту 2 статьи 10 ГК РФ и выступает в настоящем случае как санкция за злоупотребление правами, иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства, установленным статьей 1 ГК РФ, а именно равенству участников регулируемых Кодексом отношений. В то же время, проанализировав обстоятельства дела, установив, что ФИО12 обладает статусом фактически контролирующего должника лица, непосредственно ФИО2 организована схема бизнеса таким образом, что должник фактически самостоятельную деятельность не осуществлял, финансировался за счет средств иных подконтрольных ФИО12 лиц, в последующем часть полученных денежных средств обналичивалась, при этом, на должника в период контроля ФИО12 приобретались активы (земельный участок, право аренды иного земельного участка) без цели фактического их использования; в результате совершения сделки по заниженной стоимости должник лишился актива, за счет которого могли исполняться обязательства по аренде, проводиться мероприятия по освоению арендованного участка, апелляционный суд согласился с
налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122, пункту 1 статьи 119 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в виде штрафа в общем размере 24 646 708 руб. Не согласившись с начисленными суммами налогов, должник обратился в суд с заявлением о признании незаконным решения от 11.09.2017, в удовлетворении которого отказано вступившим в законную силу решением суда от 16.04.2018 по делу № А70-463/2018. В указанном решении суда от 16.04.2018 сделаны выводы о том, что схема бизнеса , установленная налоговым органом при проведении выездной налоговой проверки, была возможна только при подконтрольности группы лиц единому центру управления, которым является ответчик. Дело о банкротстве должника возбуждено 17.11.2017. Решением суда от 23.04.2018 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, утвержден управляющий. В реестр требований кредиторов должника включены требования: - управляющего в размере 76 881 руб. 62 коп. (решение суда от 23.04.2018); - индивидуального предпринимателя ФИО4 в размере 673 081 руб. (определение суда от 12.12.2017); -
состоянии должника ответчик был осведомлен, данных бухгалтерских балансов. При этом суд принял во внимание, что в большинстве случаев ежемесячный платеж в пользу ответчика превышал совокупный размер платежей, предусмотренных условиями договоров от 01.01.2018 и 01.12.2018 субаренды здания, расположенного по адресу: <...>, а также то, что согласно пояснениям ФИО5 и общества с ограниченной ответственностью «Артхостелс Екб» (арендодатели) – они не давали согласия на сдачу ответчиком арендуемых им помещений в субаренду. Заключив, что должником была построена такая схема бизнеса , при которой путем заключения цепочки взаимосвязанных сделок общество «Артхостелс» на постоянной основе получало от общества «Уралотель» денежные средства, вырученные от деятельности по предоставлению гостиничных услуг в отелях, расположенных по адресу <...> ул. Хомякова, д.23, отметив, что после формальной передачи должнику имущества по договорам субаренды от 01.01.2018 и 01.12.2018 ответчик продолжал получать выручку от предоставления гостиничных услуг по указанному адресу, суд первой инстанции пришел к выводу, что подобной соподчиненности действий невозможно было бы добиться
