не содержит вывода о том, создает ли спорный объект угрозу жизни и здоровью граждан, поскольку такой вопрос не был поставлен перед экспертом судом апелляционной инстанции. Между тем установление данного обстоятельства имеет существенное значение для правильного разрешения спора. Кроме того, суды не дали оценки тому обстоятельству, что ФИО2 и ФИО1 являлись сособственниками жилого дома, доли в праве общей долевой собственности которых составляли 3/5 и 2/5 соответственно, и не определили юридическую судьбу жилого дома после сноса части жилого дома и возведения на его месте другого строения. Указанные нарушения повлекли за собой вынесение судебного постановления, не отвечающего требованиям статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Допущенные нарушения норм права являются существенными, они повлияли на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя. С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что решение Боровского районного суда Калужской области
бытового назначения, объектами инженерной инфраструктуры). Согласно части 3 названной правовой нормы решение о развитии застроенной территории может быть принято, если на такой территории расположены многоквартирные дома, признанные в установленном Правительством Российской Федерации порядке аварийными и подлежащими сносу; многоквартирные дома, снос, реконструкция которых планируются на основании муниципальных адресных программ, утвержденных представительным органом местного самоуправления. Таким образом, положения части 3 статьи 46.1 Градостроительного кодекса, по мнению предпринимателя, определяют условия принятия решения о развитии застроенной территории, на которой расположены многоквартирные дома и не распространяются на собственников нежилых помещений. Данный вывод, по ее мнению, подтверждается также муниципальной адресной программой, которой планировался снос многоквартирного жилого фонда, не пригодного для проживания в количестве около 4900 жилых домов и переселение граждан в благоустроенные жилые помещения (ориентировочно - 28400 семей). Целями указанной программы определены: реализация градостроительной политики в отношении застроенных территорий, нуждающихся в реконструкции, и приведение в соответствие требованиям градостроительного регламента; комплексное решение проблемы перехода к устойчивому развитию
подлежащего сносу аварийного дома и должна возвратить Обществу денежные средства, уплаченные им при заключении договора. Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, сославшись на статьи 166, 167, 168, 309, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 42, 46.1, 46.2, 46.3 ГрК РФ, статью 86 Жилищного кодекса Российской Федерации, разъяснения, приведенные в пунктах 70, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Генеральный план муниципального образования город Владимир, утвержденный решением Совета народных депутатов города Владимира от 05.11.2009 № 223, пришли к выводу об обоснованности первоначального иска Администрации и отсутствии оснований для удовлетворения встречного требования Общества. Суды исходили из следующего: на территории, подлежащей развитию, в отношении которой Администрация и Общество (застройщик) по результатам аукциона 26.12.2014 заключили договор о развитии застроенной территории, находится многоквартирный жилойдом ,
выкупной стоимости принадлежащего им имущества (т. 1, л.д. 6-16). Разрешая спор и удовлетворяя заявленные истцом требования, суд первой инстанции исходил из того, что право собственности на спорное жилое помещение приобретено ответчиками по договору купли-продажи после признания многоквартирного дома по адресу: , аварийным и подлежащим сносу. Федеральный закон от 27 декабря 2019 года № 473-ФЗ, которым в Жилищный кодекс Российской Федерации введена часть 8.2 статьи 32, вступил в силу с 28 декабря 2019 года, особенностей применения данной нормы в зависимости от даты возникновения права собственности на изымаемое жилое помещение не предусмотрено, под ее действие подпадают все случаи перехода права собственности (кроме наследования) после даты признания многоквартирного дома аварийным. Учитывая, что на момент вступления в силу данного федерального закона никаких соглашений о выкупе спорной квартиры между истцом и ответчиками заключено не было, фактически вопрос об изъятии жилого помещения разрешается в судебном порядке, то есть после 28 декабря 2019 года, суд пришел к
<...>, в результате которого было установлено, что указанное помещение занимает ООО «ЮГ-В». Фактическое использование – мини-отель. Выявлено наличие переустройства без оформления разрешительных документов (л.д. 76). Письмом от 25.07.2012 г., направленным ответчику, Управа района Люблино сообщила, что в нежилом помещении по адресу: <...>, арендованном ООО «ЮГ-В» под размещение магазина продовольственных товаров, открыт мини-отель «Отдых-6». Произведена перепланировка помещений без оформленных в установленном порядке документов. В письме также указано, что 22.07.2012 г. ООО «ЮГ-В» осуществило самовольный снос части жилого дома по данному адресу, документы на проведение таких работ организацией не представлены (л.д. 86). Принимая решение, суд исходил из следующего. Согласно ст. 621 ГК РФ, если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок (статья 610). В силу положений ст. 610 ГК РФ, если срок аренды в договоре не определен, договор аренды считается заключенным на неопределенный срок. В
поселений, вид разрешенного использования - под размещение многоквартирных жилых домов, расположенный по адресу: <...> поз. 8, корп. 1, корп. 2, корп. 3, находящийся в аренде у ООО «Мособлжилстрой», обременен арендой в пользу физических и юридических лиц, являющихся участниками долевого строительства. Приняв во внимание изложенное, а также установив, что площадь использованной части земельного участка истца составляет 69,7 кв. м., в то время как площадь посадки жилого дома составляет около 2 000 кв. м., а снос части жилого дома приведет к разрушению всего здания, суды пришли к выводу о том, что в случае удовлетворения исковых требований будет уничтожен предмет залога, что приведет к нарушению прав третьих лиц - участников долевого строительства, а вызванные этим последствия будут несоразмерны последствиям нарушения прав истца. Кроме того, судами установлено, что место размещения многоквартирного жилого дома по адресу: Московская область, Раменский район, с.п. Островецкое, <...>, было согласовано в 2004 г., то есть до момента постановки земельного участка
жилого дома (без учета площади дорог, площадок и озеленения) составляет 1 250кв. м. Учитывая незначительную площадь наложения, суд считает, что в спорной ситуации следует учитывать погрешность в определении площадей земельных участков, которая в отношении земельного участка истца составляет +- 16кв.м. Истцом не представлено доказательств возможности сноса части жилого дома, с сохранением остальной части здания и использования оставшейся части без соразмерного ущерба ее назначению. Ходатайство о проведении соответствующей экспертизы истцом заявлено не было. Следовательно, снос части жилого дома приведет к разрушению всего здания и вызванные этим последствия будут несоразмерны последствиям нарушения прав истца. Из системного толкования ст. ст. 1, 2, 10 ГК РФ следует, что предоставляя физическим и юридическим лицам возможность осуществлять принадлежащие им гражданские права по своему усмотрению, законодатель в целях обеспечения прав и интересов других участников гражданского оборота устанавливает рамки дозволенного поведения, выход за которые не допускается. Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить
