в области промышленной безопасности. Так, пунктом 16 Правил определено, что для ХОПО, связанных с получением, использованием, хранением, транспортированием, уничтожением химически опасных веществ, должны предусматриваться меры и средства, максимально снижающие попадание химически опасных веществ в атмосферу производственного помещения (рабочей зоны), а также контроль содержания химически опасных веществ в воздухе. В пункте 190 Правил указано, что для контроля загазованности по ПДК в производственных помещениях, рабочей зоне открытых наружных установок ХОПО должны быть предусмотрены средства автоматического непрерывного газового контроля и анализа с сигнализацией, срабатывающей при достижении предельно допустимых величин и с выдачей сигналов в систему противоаварийной защиты. При этом все случаи загазованности должны регистрироваться приборами с автоматической записью и документироваться. Места установки и количество датчиков или пробоотборных устройств анализаторов следует определять в документации на ХОПО с учетом требований нормативных технических документов по размещению датчиков контроля загазованности (пункт 191 Правил). Таким образом, пункты 16, 190, 191, 256, 257 Правил закрепляют необходимость контроля содержания химически
вопроса о соответствии закону сложившейся практики применения оспариваемой нормы, не учел содержание понятия «другая местность», используемого в трудовом законодательстве, в частности в части второй статьи 57, статье 72, части третьей статьи 72 ТК РФ, и запрещающего переводить работника на работу в другую местность без его согласия. В апелляционной жалобе ссылаются на то, что предусмотренная в абзаце втором пункта 7 Особенностей возможность не включать время проезда работника к новому месту работы, расположенному на значительном удалении от постоянного места работы, в рабочее время нарушает права работника на отдых и соблюдение установленной законом продолжительности рабочего времени (часть 5 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статьи 21, 91, 94 ТК РФ). Административный истец ФИО2, представитель Министерства юстиции Российской Федерации, привлеченного к участию в деле в качестве заинтересованного лица, в судебное заседание Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены в установленном законом порядке. Проверив материалы административного дела,
Арбитражного суда Свердловской области от 05 сентября 2023 года в удовлетворении заявленных требований отказано. Не согласившись с решением суда, заявитель обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт. В жалобе заявитель ссылается на то, что судом проигнорирован факт отсутствия доказательств, подтверждающих трудовые отношения заявителя с гражданином ФИО4, расходы общества на обеспечение гражданина ФИО4 соответствующими условиями «труда» (ст.56,57 Трудового кодекса Российской Федерации), в том числе на содержание рабочего места и транспорта, на приобретение оргтехники, инвентаря и расходных материалов, на обучение и повышение квалификации, на научно-исследовательские работы по управлению субъектом предпринимательской деятельности, переговоры, командировочные и представительские расходы и т.п. экономически обоснованные расходы. Представленные заявителем доказательства самостоятельного несения ФИО4 названных расходов налоговым органом и судом проигнорированы. Вывод суда об отсутствии экономической обоснованности размера вознаграждения ИП ФИО4, основанный на показателях бухгалтерской отчетности заявителя «Отчет о финансовых результатах» является некорректным, так как названная форма отчетности не
температурой, поддаваемой в отопительную систему; пуск, остановка, смазка насосов, моторов, вентиляторов и других вспомогательных механизмов; очистка топок котлов, поддувал и дымовых коробок от золы, шлака и гари; чистка арматуры и приборов котла; поддержание давления и температуры воды; регулирование и наблюдение за работой тяговых и шлако-золоудаляющих устройств, экономайзеров, воздухоподогревателей и питательных насосов; бесперебойное снабжение потребителей теплом; обслуживаемых агрегатов в схемах теплопроводов; деаэрация воды; учет тепла, отпускаемого потребителям; предупреждение и устранение неисправностей в работе оборудования; содержание рабочего места в чистоте, инструмента в исправном состоянии (пункт 6 Технического задания). Согласно пункту 7.4. договора в случае ненадлежащего исполнения исполнителем условий договора, несоответствия результатов услуг обусловленным сторонами требованиям исполнитель уплачивает заказчику штраф в размере 1% от цены договора. Абзацем 2 пункта 7.4 договора предусмотрено, что в случае возникновения у заказчика убытков в результате ненадлежащего оказания услуг, исполнитель возмещает заказчику убытки в полном объеме. На объекте установлен водогрейный угольный котел КЧМ, требующий в отопительный период
шумов в топочном пространстве и тягодутьевого NP оборудования, насосов присоса воздуха в местах прохода труб и конструкций в топку, через трещины в обмуровке, между частями ручных и механических топок; проверка повреждений реперов теплового расширения элементов котла, изоляции трубопроводов; проверка состояния неподвижных опор креплений коллекторов, запорной и регулирующей арматуры, предохранительных клапанов, спускных кранов, водоуказательных стекол; контроль за работой измерительных приборов и приборов автоматики; учет тепла, отпускаемого потребителям; предупреждение и устранение неисправностей в работе оборудования; содержание рабочего места в чистоте, инструмента в исправном состоянии. Актом осмотра состояния дымососа котла №1 по участку котельной ст. Пивань ПЧ-16 выявлена аварийная остановка котла №7940648, произошедшая в результате выхода из строя тягодутьевого устройства типа Д-3,5, а именно: деформации крыльчатки рабочего колеса вентилятора. Ввиду критического характера повреждений дальнейшая эксплуатация указанного тягодутьевого устройства не представлялась возможной. В соответствии с комиссионным актом осмотра от 23.01.2023, составленным с участием представителя ООО «Миларус», поломка тягодутьевого агрегата произошла из-за его перегрева
трудовым договором ..... от 14.03.2017. В период с 02.10.2017 он был переведен на должность проходчика подземного 5 разряда на УПР-3, что подтверждается дополнительным соглашением к трудовому договору ..... от 14.03.2017 от 02.10.2017. Протоколами заседания совета участка за период с ноября 2017 года по июнь 2018 года ему установлены следующие размеры КТВ, которые были применены при начислении заработной платы: ноябрь 2017 года - 0,9 (за отсутствие инициативы в работе, негрубые нарушения трудовой дисциплины, ненадлежащее содержание рабочего места ); декабрь 2017 года - 0,9 (за отсутствие инициативы в работе, негрубые нарушения трудовой дисциплины, ненадлежащее содержание рабочего места); январь 2018 года - 0,9 (за отсутствие инициативы в работе, негрубые нарушения трудовой дисциплины, ненадлежащее содержание рабочего места); февраль 2018 года - 0 (ввиду фактического отсутствия на рабочем месте/отпуск); март 2018 года - 1 (базовый уровень КТВ); апрель 2018 года - 0 (ввиду фактического отсутствия на рабочем месте/больничный); май 2018 года - 0 (ввиду
депо ФИО3 - Сортировочный - структурного подразделения Свердловской дирекции тяги - структурного подразделения Дирекции тяги - филиала ОАО «РЖД» на основании трудового договора № 67 от 10.01.2006. Считает, что ответчиком незаконно не начислено ему вознаграждение за обеспечение безопасности движения по итогам работы за 2020 и 2021 годы. Указывает, что по итогам работы за 2021 год ему не выплачено данное вознаграждение в связи с тем, что при подсчете баллов не учтен показатель «6» (« содержание рабочего места и вверенных устройств в образцовом состоянии по заключению комиссионных осмотров»), дающий право на 10 баллов, в нарушение п. 18 Положения о вознаграждении работников структурных подразделений филиалов ОАО «РЖД» за обеспечение безопасности движения, утвержденном распоряжением от 30.12.2011 № 2887р, распоряжением № ЦТ-202 от 03.09.2020 «Об утверждении Порядка подведения итогов, оценки деятельности работников Дирекции тяги и распределения средств для выплаты вознаграждения за обеспечение безопасности движения по итогам работы за год». При условии отсутствия к нему