страховых программ, предлагаемых заемщикам при потребительском кредитовании, с ценой и условиями страховых программ, предлагаемых иным категориям страхователей. Условия, не относящиеся к предмету договора, определены пунктом 3 части 1 статьи 10 и пунктом 1 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции. 2. В целях обеспечения конкуренции Законом о защите конкуренции установлен ряд запретов, в том числе: - запрет на злоупотребление доминирующим положением (статья 10 Закона о защите конкуренции); - запрет на ограничивающие конкуренцию соглашения и согласованные действия (статьи 11, 11.1 и 16 Закона о защите конкуренции); - запрет на недобросовестную конкуренцию (статья 14 Закона о защите конкуренции). Антимонопольные органы возбуждают дела по признакам нарушения антимонопольного законодательства только в том случае, если при осуществлении потребительского кредитования кредитными организациями нарушаются запреты, установленные Законом о защите конкуренции. 3. Согласно пункту 2 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган выдает хозяйствующим субъектам обязательные для исполнения предписания, в том числе о прекращении
- 4 статьи 11, статьей 11.1 настоящего Федерального закона, сделки, иные действия, предусмотренные статьями 27 - 29 настоящего Федерального закона, а также соглашения о совместной деятельности, заключенные между хозяйствующими субъектами-конкурентами, могут быть признаны допустимыми, если такими действиями (бездействием), соглашениями и согласованными действиями, сделками, иными действиями не создается возможность для отдельных лиц устранить конкуренцию на соответствующем товарном рынке, не налагаются на их участников или третьих лиц ограничения, не соответствующие достижению целей таких действий (бездействия), соглашений и согласованных действий , сделок, иных действий, а также если их результатом является или может являться: (в ред. Федеральных законов от 17.07.2009 N 164-ФЗ, от 06.12.2011 N 401-ФЗ, от 28.12.2013 N 423-ФЗ, от 05.10.2015 N 275-ФЗ) (см. текст в предыдущей редакции) 1) совершенствование производства, реализации товаров или стимулирование технического, экономического прогресса либо повышение конкурентоспособности товаров российского производства на мировом товарном рынке; 2) получение покупателями преимуществ (выгод), соразмерных преимуществам (выгодам), полученным хозяйствующими субъектами в результате действий (бездействия),
требованиям или при расследовании в случае предположения о фальсификации продукции должны быть доступны заказчику и точно определены в его соответствующих процедурах. 7.17. В соглашении должно быть предусмотрено право заказчика на аудит деятельности, которая выполняется исполнителем или взаимно согласованной третьей стороной. Глава 8. Претензии, дефекты качества и отзывы продукции Принцип В целях защиты здоровья людей и животных должны быть в наличии системы и соответствующие процедуры по регистрации, оценке, расследованию и рассмотрению претензий, в том числе потенциальных дефектов качества, и (при необходимости) по эффективному и оперативному отзыву из сети распределения лекарственных средств для человека или ветеринарных лекарственных средств и исследуемых лекарственных средств. Принципы управления рисками для качества должны применяться при расследовании и оценке дефектов качества, а также в процессе принятия решений в отношении отзыва продукции, корректирующих и предупреждающих действий и других мер по снижению риска. Руководство в отношении этих принципов содержится в главе 1 настоящих Правил. Все заинтересованные уполномоченные органы (организации) государств-членов
суд. Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями Закона о контрактной системе, Порядком проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке, утвержденным приказом Федеральной антимонопольной службы от 28.04.2010 № 220, пришли к выводу о том, что ненормативные акты управления соответствуют положениям действующего законодательства и не нарушают права и законные интересы заявителей, с чем согласился суд округа. Судебные инстанции исходили из доказанности управлением наличия между указанными лицами соглашения и согласованных действий , которые создали препятствия для осуществления предпринимательской деятельности иным субъектам, действующим в сфере оказания услуг по хранению изъятых товаров, а также ограничивают права потребителей услуг по хранению товара - участников внешнеэкономической деятельности. Суды указали, что отсутствие иных хозяйствующих субъектов, оказывающих таможне услуги по хранению изъятых вещей, наличие гарантированного нахождения у ООО «Валро» и ООО «Партнер» товара на хранении после изменения его статуса, позволили указанным лицам взыскивать с участников внешнеэкономической деятельности стоимость услуг за
с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения, а равно участие в нем или осуществление хозяйствующим субъектом недопустимых в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации согласованных действий. Перечень недопустимых соглашений установлен положениями статьи 11 Федерального закона № 135-ФЗ «О защите конкуренции», который принят 26 июля 2006 г. Положениями части 1 статьи 11 данного Федерального закона в указанной редакции установлен запрет на соглашения между хозяйствующими субъектами или согласованные действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, если такие соглашения или согласованныедействия приводят или могут привести, в том числе к: установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат), наценок; разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков); сокращению или прекращению производства товаров, на которые имеется спрос либо на поставки которых размещены заказы при наличии возможности их рентабельного производства. При рассмотрении заявления ОАО «Единая торговая компания» об оспаривании решения административного органа судебные инстанции исходили
в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации согласованных действий. В соответствии с пунктами 1 и 3 части 1 статьи 11 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (в редакции, действовавшей до изменений, внесенных Федеральным законом от 6 декабря 2011 г. № 401-ФЗ) (далее – Федеральный закон от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ) запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами или согласованные действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, если такие соглашения или согласованныедействия приводят или могут привести, в частности, к установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат), наценок, разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков). Соглашение это договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме (пункт 18 статьи 4 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ). В силу положений статьи 8 Федерального
11 Закона о защите конкуренции. Суд кассационной инстанции указал, что антимонопольный орган квалифицировал в качестве антиконкурентного соглашения именно договоренность в устной форме, наличие и реализация которой может быть установлена исключительно посредством проведения комплексного анализа поведения заявителей на первом и втором этапах КОМ, синхронного внесения изменений в параметры ценовых заявок, оказавшего влияние на формирование итоговой цены второго этапа КОМ, а равно экономическую и технологическую необоснованность поведения при этом со стороны ОАО «Волжская ТГК», ОАО «ТГК-62, ЗАО «ТГК Уруссинская ГРЭС». Принимая во внимание закрытый характер процедуры проведения КОМ, а равно аккумулирование сведений исключительно у ОАО «СО ЕЭС», доказательства недобросовестности которого в материалах настоящего дела отсутствуют, подобное фактическое поведение и достигнутый результат были возможны исключительно ввиду взаимной осведомленности заявителей о действиях друг друга. Однако ссылаясь на пункт 2 постановления № 30, который разъяснил возможность доказывания согласованныхдействий через их результат в отсутствие документального подтверждения наличия договоренности об их совершении, суд кассационной инстанции не
неотделимы друг от друга, являются взаимозаменяемыми составами и факт заключения картельного соглашения может быть доказан через установление отдельных элементов состава согласованных действий (единообразия и синхронности). При этом суд первой инстанции неправильно истолковал часть 2 статьи 8 Закона о защите конкуренции, согласно которой совершение лицами, указанными в части 1 этой статьи, действий по соглашению не относится к согласованным действиям, а является соглашением. Из данной формулировки следует, что Закон о защите конкуренции разделяет понятия « соглашение» и «согласованные действия ». Так, под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме (пункт 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции). Под согласованными действиями Закон о защите конкуренции понимает действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке при отсутствии соглашения, удовлетворяющие совокупности условий, перечисленных в части 1 статьи 8. О разграничении указанных составов свидетельствует также то, что им посвящены отдельные статьи Закона о защите конкуренции (статья 11
«Перекресток» и ООО «Ашан» могли и должны были зафиксировать наценку в абсолютном выражении на каком-то определенном уровне для сдерживания роста розничных цен, признаны не состоятельными, поскольку законодательство не накладывает на торговые организации таких обязанностей, а, кроме того, коммерческая практика не предполагает управления наценкой в абсолютном выражении. Довод антимонопольного органа относительно того, что картельноое соглашение возможно заключить путем совершения конклюдентных действий, обоснованно отклонен судом апелляционной инстанции. Поскольку Закон о защите конкуренции разделяет понятия « соглашение» и «согласованные действия ». Кроме того, о разграничении указанных составов свидетельствует также то, что им посвящены отдельные статьи Закона о защите конкуренции (статья 11 - антиконкурентным соглашениям, статья 11.1 согласованным действиям). Каждый из указанных составов имеет различные квалифицирующие признаки и предмет доказывания. Пункт 2 статьи 158 Гражданского кодекса Российской Федерации регулирует формы сделок по гражданскому праву и не подлежит применению к понятию «соглашение», используемому в Законе о защите конкуренции. В соответствии с пунктом 18 статьи 4
заключения контракта) в пользу ООО ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА», что позволяет последнему стать победителем при минимальном снижении начальной (максимальной) цены контракта. Анализ имеющихся в материалах дела документов свидетельствует о том, что фактически действия участников ООО « ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА и ООО «ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА имели между собой согласованный характер, направленный на поддержание начальной (максимальной) цены контракта. При этом участие ООО «ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА реальных целей получения прав на заключение муниципальных контрактов не носило. В рассматриваемом случае понятия « соглашение» и «согласованные действия » имеют идентичный характер, поскольку действия Обществ являлись единообразными как при заключении устного соглашения, так и при осуществлении согласованных действий. Таким образом, ООО «ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА и ООО ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА» нарушили п.1 ч.1 ст.11 ФЗ «О защите конкуренции», в соответствии с которым признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к установлению или поддержанию цен
отказывается от победы (и последующего заключения контракта) в пользу ООО «Вега», что позволяет последнему стать победителем при минимальном снижении начальной (максимальной) цены контракта. Анализ имеющихся в материалах дела документов свидетельствует о том, что фактически действия участников ООО «Вега» и ООО «Спецэлектромонтаж» имели между собой согласованный характер, направленный на поддержание начальной (максимальной) цены контракта. При этом участие ООО «Спецэлектромонтаж» реальных целей получения прав на заключение муниципальных контрактов не носило. В рассматриваемом случае понятия « соглашение» и «согласованные действия » имеют идентичный характер, поскольку действия Обществ являлись единообразными как при заключении устного соглашения, так и при осуществлении согласованных действий. Таким образом, ООО «Вега» допустило нарушения п.1 ч.1 ст.11 ФЗ «О защите конкуренции», в соответствии с которым признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат)
