также отсутствие документов, свидетельствующих о невыполнении или выполнении не в полном объеме, или ненадлежащем исполнении (привлечение к дисциплинарной и иной ответственности) Волиным О.Б. обязанностей, предусмотренных трудовым договором. Выводы суда первой инстанции об уклонении Общества от предоставления его участнику (истцу) оспариваемых договоров, апелляционный и окружной суды признали ошибочными, поскольку на поступившее в адрес юридического лица требование о предоставлении документов и информации, в том числе дополнительного соглашения от 09.01.2017 к трудовому контракту, хозяйствующий субъект направил истцу предложение явиться по месту нахождения Общества для заключения договора о нераспространенииинформации (соглашения о конфиденциальности), но соответствующий договор не заключен. Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, возражениях на нее, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу о том , что решение Арбитражного суда Московской области от 30.07.2018, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2018 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.02.2019 подлежат отмене, а дело – направлению на новое
следует, что размер должностного оклада ФИО2, установленный оспариваемыми сделками, соответствует средней заработной плате по аналогичной должности (с учетом объема должностных обязанностей) по региону. Выводы суда первой инстанции о том, что Общество уклонялось от предоставления его участнику (истцу) оспариваемых договоров, суд апелляционной инстанции и суд округа признали ошибочными, поскольку на поступившее в адрес юридического лица требование о предоставлении документов и информации, в том числе дополнительного соглашения от 09.01.2017 к трудовому контракту, хозяйствующий субъект направил истцу предложение явиться по месту нахождения Общества для заключения договора о нераспространенииинформации (соглашения о конфиденциальности), но соответствующий договор не заключен. Выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами, ФИО1 ссылается на то, что суды апелляционной и кассационной инстанций неправильно применили положения статьи 45 Закона № 14-ФЗ (не учли презумпции, установленные абзацами 4 – 6 пункта 6 статьи 45 Закона № 14-ФЗ); не применили пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации; проигнорировали представленные истцом доказательства, подтверждающие причинение ущерба
ссылаясь на то, что приложенная к требованию копия нотариальной доверенности на представителя не заверена в установленном порядке. В ответ на требование от 01.10.2020 Общество также отказало, ссылаясь на то, что запрошенные документы относятся к конфиденциальной информации Общества, предоставление которой повлечет нарушения прав и законных интересов самого Общества как самостоятельного субъекта гражданского оборота, заинтересованного в сохранении конфиденциальности коммерчески значимой для него информации. По мнению ФИО1 запрошенная документация к конфиденциальной информации не относится, предложение подписать соглашение о нераспространении информации , либо проект данного соглашения Обществом не представлены, в обществе отсутствует утвержденный его общим собранием внутренний документ, устанавливающий режим конфиденциальности информации (коммерческой тайны) и форму соглашения о нераспространении информации (соглашения о конфиденциальности). Непредставление Обществом запрашиваемых документов явилось основанием для обращения ФИО1 в суд с требованиями по настоящему делу. Частично удовлетворяя исковые требования, судебные инстанции исходили из нижеследующего. В соответствии с пунктом 2 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с
разбирательство назначены на 22.01.2020. От ответчика 21.01.2020 в суд поступил отзыв на исковое заявление, в котором ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что ответчиком запрошен значительный объем документов, оцениваемый ответчиком примерно 50000 – 70000 листов, с целью затруднить деятельность общества. Также ответчик указал, что большая часть запрошенной информации, в частности сведения о размерах выплат по заработной плате, трудовые договоры, сведения о предоставленных кредитах, были отнесены к коммерческой тайне, при этом соглашение о нераспространении информации между истцом и ответчиком не подписано. Кроме того ответчик также указал, что запрошенная истцом информация о размере вознаграждения главного бухгалтера, и лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, содержит персональные данные, в связи с чем такие данные не могут быть представлены истцу. Вместе с тем ответчик указал, что он частично исполнил обязанность по передаче истцу документацию, направив по адресу истца посылку, содержащую копии счетов – фактур на отгрузку продукции за шесть месяцев, которая вернулась
самостоятельно получить документы и передать их аудитору с соблюдением положений Устава Общества о соблюдении коммерческой тайны в отношении полученных сведений, при этом в случает передачи документов Общества аудитору, то согласно части 5 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) срок предоставления документов, содержащих конфиденциальную информацию, исчисляется не ранее чем с момента подписания договора о нераспространении информации, а поскольку третье лицо не подписало соглашение о нераспространении информации , то и право требования исполнения в пользу третьего лица на момент рассмотрения дела не наступило. В этой связи, общество также указало, что вопрос о соблюдении коммерческой тайны в данном случае имеет практическое значение, поскольку между участниками Общества имеется корпоративный конфликт, возникший после расторжения Обществом договора на выполнение работ по текущему ремонту и аварийному обслуживанию с ООО «Техсервис», в котором через долю супруга (ФИО5) истец также является бенефициаром, в связи с чем у
требования истца направлены на реализацию прав участника Общества, тогда как ответчик препятствует в получении информации, касающейся деятельности Общества. В судебном заседании 28.09.2020 истец представил письменные пояснения по делу, поддержал ходатайство о фальсификации доказательства в виде Положения о конфиденциальной информации от 04.07.2017, путем проведения судебной экспертизы на предмет определения давности изготовления документа, поскольку данное положение, по мнению истца, изготовлено лишь в августе – сентябре 2020 года. Истец указал, что посредством почтовой связи направил ответчику соглашение о нераспространении информации , однако ответчик на почту не является, корреспонденция находится в почтовом отделении связи. При этом, наличие положения о конфиденциальной информации не может являться основанием для отказа в предоставлении документов участнику Общества. Суд не находит оснований для проведения судебной экспертизы указанного истцом документа, поскольку данное доказательство не является основным в рамках рассматриваемого дела и от результатов рассмотрения поставленного истцом вопроса разрешение спора по существу не зависит. Изучив материалы дела, заслушав доводы сторон, суд находит
по договору. Ссылка на установление срока для исполнения судебного акта 5 дней, что является неразумным в виду большого объем документов, копии которых подлежат изготовлению и передаче истцу, также не принимается, поскольку данный срок соотносится с положениями пункта 3 статьи 50 корпоративного Закона. Кроме того, следует отметить, что срок исполнения обязательства по предоставлению документов, содержащих конфиденциальную информацию, не может исчисляться ранее подписания между обществом и обратившимся с требованием о предоставлении доступа к документам участником соглашения о нераспространении информации по форме, принятой в обществе. Между тем, поскольку требование АО «Универмаг» в части возложения на ответчика обязанности передать книги покупок, книги продаж; отчет о движении денежных средств за 2016, 2017, 2018,2019 гг.; отчет об изменении капитала за 2016, 2017, 2018, 2019 гг.; пояснительные записки к бухгалтерскому балансу и отчету о финансовых результатах за 2016, 2017, 2018, 2019 гг. удовлетворено судом необоснованно, то в соответствии с пунктами 1, 3 части 1 статьи 270 Арбитражного
средства и внести на реквизиты АО «Альфа-Банк» через ПАО «Сбербанк» двумя суммами для погашения кредита. При этом сотрудник ПАО «Сбербанк» ФИО2 предоставил ему документы за подписью и печатью ПАО «Сбербанк», в связи с чем, сомнений по поводу мошеннических действий, совершаемых в отношении него, у него не возникло. Так, ему было предоставлено письмо на бланке ПАО «Сбер» исх. № об уведомлении о совершаемых в отношении него мошеннических действиях и предоставлении гарантии по финансовым активам; соглашение о нераспространении информации , согласно которой, ПАО «Сбербанк» обязался не разглашать конфиденциальную информацию и принять меры по ее сохранению; договор АО «Альфа-Банк» о создании сейфовой ячейки по номеру счета 2202 2023 0733 0385 на его имя; договор АО «Альфа-Банк» о создании сейфовой ячейки по номеру счета 2202 2023 0896 4083 на его имя. После получения официальных документов о совершаемых в отношении него мошеннических действиях, им была оформлена онлайн заявка на кредит в сумме 5000000 рублей, после
