суды руководствовались положениями статей 15, 168, 180, 400, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», и исходили из того, что изложенное в пункте 5.6 договора соглашение об ограничении ответственности не противоречит требованиям законодательства, а совокупность условий для взыскания с ответчика убытков в виде упущенной выгоды истцом не доказана. Выводы судов подробно мотивированы, основаны на представленных в материалы дела доказательствах и установленных на их основании фактических обстоятельствах. Доводы кассационной жалобы не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке. По существу они направлены на переоценку
того, что размер начисленных истцом процентов за пользование чужими денежными средствами противоречит порядку исчисления соответствующей неустойки, предусмотренному пунктом 9.3 настоящих договоров, что в данном случае размер требований о взыскании процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации ограничивается периодом их начисления и не может превышать трех месяцев. Довод заявителя о неприменении пункта 4 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции, поскольку названная норма устанавливает ничтожность соглашения об ограничении ответственности при умышленном нарушении обязательства. Такие обстоятельства судами не установлены. Изложенные в кассационной жалобе доводы о наличии оснований для начисления процентов в течение более продолжительного, против установленного судами, сроков не опровергают выводы судов, сделанные по результатам исследования и оценки представленных по делу доказательств. Указанные доводы по существу сводятся к переоценке доказательств и установленных фактических обстоятельств спора и не могут являться основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке в Судебной коллегии Верховного Суда Российской
истец вносил в банк в виде процентов за пользование кредитом на приобретение транспортного средства с существенными недостатками, квалифицируется судом как убытки (реальный ущерб), возникшие по вине ответчика. Вместе с тем, в пункте 7.8 договора купли-продажи от 25.11.2019 №39\11АА стороны установили пределы ответственности продавца: размер ответственности продавца не может превышать 3% от стоимости товаров. Данное условие принято истцом при заключении договора и в соответствии со статьей 421 ГК РФ является свободной волей истца на соглашение об ограничении ответственности продавца. Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 601 182 руб. 51 коп. убытков, вместе с тем 3% от стоимости товара 5 211 520 руб.) составляет сумма 156 337 руб. 50 коп. Учитывая вышеизложенное, требования о взыскании убытков в виде уплаченных процентов по кредитному договору правомерно было признано судом первой инстанции обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению в сумме 156 337 руб. 50 коп. Истцом также заявлено требование о взыскании убытков в виде разницы
отсутствуют; факт того, что истец на момент заключения Договора был осведомлен об условиях предоставления гарантии, содержащих ограничение ответственности поставщика, ответчиком также не доказан. Напротив, истцом представлены пояснения, что на момент заключения Договора он о них осведомлен не был, равно как не был осведомлен о любых документах, ограничивающих гарантийные обязательства, предусмотренные ТУ 5260-001-98722400-2012, заявленные при поставке. При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает правомерными выводы суда первой инстанции о том, что сторонами не заключено соглашение об ограничении ответственности поставщика в случае поставки им товара ненадлежащего качества. Условия гарантийных талонов от 18.09.2018№ 1788, от 18.09.2018 № 1786 к спорным отношениям сторон применению не подлежат. Таким образом, истцом правомерно с учетом установленного пунктом 15 ГК РФ принципа полного возмещения убытков заявлено требование о компенсации расходов, понесенных на устранение недостатков товара. Доводы подателя жалобы о том, что в составе требований о возмещении убытков истцом не могут быть предъявлены требования в размере 718538 руб., соответствующие
49 080 рублей компенсации, 13 948 рублей 50 копеек расходов на оплату услуг представителя и 1 878 рублей. госпошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований судом отказано. Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «ПФК СтройАльянс» обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и отказать Предпринимателю в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В апелляционной жалобе ответчик настаивает на том, что сторонами договора заключено соглашение об ограничении ответственности арендатора только стоимостью краски, необходимой для капитального ремонта, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. Также в апелляционной жалобе приведен довод о неверном распределении судом первой инстанции судебных расходов по делу. В силу статьи 153.1 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Ярославской области. В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал занятую по делу позицию. Истец явку своего представителя
крайне невыгодных для него условиях, в связи с тяжелым материальным положением. Кроме того, условия соглашения от 22.04.2015г. о вознаграждении застройщика в размере 70000 рублей противоречит требованиям ст.16 Закона РФ «О защите прав потребителей». По мнению истца, вышеуказанное вознаграждение является не фактически понесенными застройщиком расходами, а прибылью. Так, договор о долевом участии в строительстве содержит условие об удержании 10% инвестиционной стоимости квартиры в пользу застройщика при расторжении договора. Данное условие противоречит закону, так как соглашение об ограничении ответственности должника по договору, в котором кредитором является гражданин, выступающий в качестве потребителя ничтожно, если размер ответственности для данного вида обязательств или за данное нарушение определен законом и если соглашение заключено до наступления обстоятельств, влекущих ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства. Истец просит признать условие соглашения, заключенного ДД.ММ.ГГГГ. между ним и ЗАО «ФСК «Лада-Дом», согласно которому вознаграждение застройщика составляет 70000 рублей, недействительным. Взыскать с ответчика в свою пользу денежные средства в размере 70000
обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании процентов по договору займа в размере 720 427 руб. 69 коп., с последующим начислением процентов на оставшуюся сумму займа из расчета 38,4% годовых по дату возврата суммы займа. В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4 был заключен договор займа №. В обеспечение исполнения обязательств ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ЗАО РАО «Эксперт» был заключен договор поручительства, в последующем было заключено соглашение об ограничении ответственности поручителя, в соответствии с условиями которого, поручитель принял на себя обязательство в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ выплатить сумму в размере 2 200 000 руб. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ЗАО РАО «Эксперт» выплатило ФИО4 2 200 000 руб. ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Выручай» и ЗАО РАО «Эксперт» был заключен договор уступки прав требования, в соответствии с условиями которого, ЗАО РАО «Эксперт» уступило, а ООО «Выручай» приняло право требования взыскания с ФИО2 денежных средств
исходя из размера ответственности, установленного Законом РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей». Указанным решением также установлено, что работы на сумму <данные изъяты> указанные в акте выполненных работ, были выполнены и переданы ООО «ЧЕСТРОЙ» ДД.ММ.ГГГГ, приняты ИП ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ Несмотря на указанное обстоятельство, ИП ФИО3 до настоящего времени окончательный расчет за выполненные по договору подряда работы не произвел, что свидетельствует об умышленном нарушении обязательства (по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ просрочка 443 календарных дня). Соглашение об ограничении ответственности ИП ФИО3 за умышленное неисполнение обязательства по оплате выполненных ООО «ЧЕСТРОЙ» работ, указанное в п. 7.2 договора подряда № от ДД.ММ.ГГГГ, ничтожно в силу п. 1 ст. 166, п. 4 ст. 401 Гражданского кодекса РФ. Представитель истца ООО «ЧЕСТРОЙ» ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования с учетом уточнений по изложенным в исковом заявлении основаниям. Дополнительно пояснил, что обязанность по оплате возникает после фактического выполнения объема работ, это указано в п. 6.2.2 договора
