Согласно правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в определении от 20 марта 2014 года № 637-0, Конституция Российской Федерации, гарантируя равенство всех перед законом и судом независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств (статья 19 части 1 и 2), не предусматривает каких-либо исключений из этого принципа для лиц, занимающихся расследованием преступлений, и не определяет особого статуса следователей , обусловливающего обязательность законодательного закрепления дополнительных, по сравнению с другими гражданами, гарантий их неприкосновенности. Не предусматривает гарантий неприкосновенности следователя и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, а лишь закрепляет в пункте 7 части первой статьи 447 УПК РФ и пункте 10 части первой статьи 448 УПК РФ положение о том, что решение о возбуждении уголовного дела в отношении следователя либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или
и дознавателя, заниматься адвокатской и нотариальной деятельностью. Иные судьи, пребывающие в отставке, на которых не распространялось действие абзаца первого пункта 4 статьи 3 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации», обязаны были соблюдать ограничения, установленные в качестве общего требования к судьям подпунктами 1 и 5 пункта 3 статьи 3 данного закона. По смыслу пунктов 3 и 4 статьи 3 названного закона в их нормативном единстве следует, что в пункте 3 установлен общий запрет для судьи заниматься другой оплачиваемой работой, кроме педагогической, научной и иной творческой деятельности, а в пункте 4 перечислены исчерпывающие случаи, когда судья, пребывающий в отставке, может выполнять оплачиваемую работу. Установленный законом перечень видов деятельности, которые может осуществлять судья, пребывающий в отставке, не предусматривает работу в должности прокурора, следователя и дознавателя, в качестве адвоката или нотариуса. Согласно пункту 6 статьи 15 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» отставка судьи прекращается в случае несоблюдения
26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» (далее - Закон о статусе судей) в связи с письменным заявлением об отставке. Председатель Следственного комитета Российской Федерации 29 июля 2021 г. обратился в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации (далее - ВККС РФ, Коллегия) с представлением о даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении мирового судьи в отставке ФИО2 по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 294 Уголовного кодекса Российской Федерации (поступило в ВККС РФ 4 августа 2021 г.) (далее также - Представление). В Представлении указано, что оно основано на материалах процессуальной проверки, проведенной Главным следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации по Республике Крым и городу Севастополю, по результатам которой получены достаточные данные, свидетельствующие о вмешательстве мирового судьи ФИО2 в какой бы то ни было форме в деятельность следователя в целях воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела, то есть о совершении им преступления, предусмотренного
Согласно правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в определении от 20 марта 2014 года № 637-0, Конституция Российской Федерации, гарантируя равенство всех перед законом и судом независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств (статья 19 части 1 и 2), не предусматривает каких-либо исключений из этого принципа для лиц, занимающихся расследованием преступлений, и не определяет особого статуса следователей , обусловливающего обязательность законодательного закрепления дополнительных, по сравнению с другими гражданами, гарантий их неприкосновенности. Не предусматривает гарантий неприкосновенности следователя и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, а лишь закрепляет в пункте 7 части первой статьи 447 УПК РФ и пункте 10 части первой статьи 448 УПК РФ положение о том, что решение о возбуждении уголовного дела в отношении следователя либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или
жалобы, поскольку предварительное следствие по уголовному делу № 11801330025000009 не окончено, приговор по уголовному делу не вынесен, то отчуждение имущества, имеющего статус вещественного доказательства, другому лицу недопустимо, так как это может повлечь его утрату либо повреждение. В противном случае цель и задача признания объекта вещественным доказательством нивелируются. ФИО2 не вправе была осуществлять мероприятия по продаже имущества, являющегося вещественным доказательством по уголовному делу, а, следовательно, изъятого из свободного обращения с учетом положений статьи 82 УПК РФ. Необоснованными являются возражения конкурсного управляющего, мотивированные ссылкой на Постановление Конституционного суда Российской Федерации от 31.01.2011 № 1-П, которое рассматривает спор относительно правомерности наложения ареста на имущество для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска. В материалы дела представлена копия постановления от 10.09.2018, а также письмо от 10.09.2018, которым конкурсный управляющий ФИО2 была уведомлена следователем о том, что здание автоцентра признано вещественным доказательством по уголовному делу и передано ей на ответственное хранение. Этим же письмом конкурсный
действия по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской документации должника, а в отношении ФИО3 - на то, что он осуществлял фактический контроль за деятельностью должника в рамках реализации своего преступного умысла, направленного на хищение денежных средств у третьих лиц. Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО2 ссылался на то, что мошеннические действия в рамках деятельности должника осуществлял только ФИО3, в то время как ФИО2, зная о номинальности своего статуса, не знал о том, что должник создан в мошеннических целях, формальное подписание им как руководителем акта приема-передачи документов следователю само по себе не свидетельствует о наличии у него документов должника, а к составлению бухгалтерских балансов, содержащих сфальсифицированные сведения, Кулашев Н.М. не имел отношения и о их подделке не знал, при том, что убытки у кредиторов должника в связи с непередачей документации отсутствуют, поскольку приговором суда установлено, что активов у должника не имеется и они никогда не создавались, а денежные средства привлекались только от банков.
приговора, определения, постановления суда влечет за собой ответственность, предусмотренную статьей 315 Уголовного кодекса Российской Федерации. АО «РО «Статус», являющийся держателем реестра АО «Омсктрансстрой», вправе: -осуществлять ведение учетных регистров, содержащих сведения в отношениизарегистрированных в Реестре лиц; -осуществлять внесение и хранение записей по лицевым счетам, в том числе фиксациюфакта ограничения операций с ценными бумагами путем внесения по лицевому счетувладельца ценных бумаг записи, содержащей сведения об ограничении операций с ценнымибумагами. При поступлении АО «РО « Статус» надлежащим образом оформленных постановлений следователя либо судебных актов, свидетельствующих о наложении или об отмене ареста на ценные бумаги, АО «РО «Статус» в соответствии с законодательством РФ и утвержденными Правилами ведения реестра обязан внести в Реестр соответствующие записи. Полномочиями по внесению в реестр записей о фиксации факта ограничения операций с ценными бумагами, а также снятия таких ограничений АО «РО «Статус» обладает в силу специфики своей деятельности при наличии в распоряжении АО «РО «Статус» соответствующих документов, предусмотренных Правилами ведения
результатам рассмотрения его обращения на действия следователя ФИО2 При этом заявитель ссылался на незаконность и преждевременность, по его мнению, окончания следственных действий по делу после возвращения 04.09.2023 уголовного дела руководителем следственного органа, в частности, ознакомления обвиняемого ФИО1 с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ. В результате проведенной прокурором проверки жалобы заявителя в рамках ст.124 УПК РФ вынесено постановление об отказе в удовлетворении жалобы ФИО1, в обоснование которого прокурор сослался на самостоятельный процессуальный статус следователя , действовавшего в данном случае в соответствии с требованиями ч.2 ст.38 УПК РФ, а также указал, что оспариваемые действия следователя не относятся к компетенции прокурора, предусмотренной положениями ст.37 УПК РФ. Исходя из представленных материалов, принятое прокурором решение по жалобе ФИО1 затрудняющим доступ заявителя к правосудию не является и не свидетельствует о нарушении прав заявителя, а равно создании препятствий, способных причинить ущерб его конституционным правам. Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в п.3 постановления Пленума ВС
суда, рассматривающего уголовное дело по существу (отказ следователя и дознавателя в возбуждении перед судом ходатайства о прекращении уголовного дела или уголовного преследования и назначении лицу меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа и т.п.). Учитывая вышеизложенное, выводы суда об отсутствии предмета судебного контроля основаны на нормах действующего законодательства, в связи с чем, решение суда первой инстанции полностью соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Кроме того, согласно положениям ст. 38 УПК РФ, процессуальный статус следователя позволяет ему самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий. Суд не наделен полномочиями осуществлять контроль за работой органов предварительного расследования. Нарушений конституционных прав заявителя, либо обстоятельств, затрудняющих ему доступ к правосудию, в связи с принятым решением, не установлено. Доводы апелляционной жалобы защитника не основаны на законе, в связи с чем подлежат отклонению. На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции, ПОСТАНОВИЛ: Постановление Биробиджанского
и непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы заявителей, находя их, при установленных обстоятельствах, несостоятельными. Так, судом первой инстанции установлено, что органом предварительного следствия СУ СК России по Краснодарскому краю получены ходатайства ...........22 (являющейся потерпевшей), которое отклонены постановлением следователя, о принятом решении заявитель уведомлен. При этом суд первой инстанции правильно исходил из положений ст.ст.38, 39 УПК РФ, регламентирующих процессуальные полномочия и процессуальный статус следователя и руководителя следственного органа при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности по уголовным делам. Принимая решение по доводам жалобы, суд действовал в пределах, определенных нормами ст. 125 УПК РФ и требованиями заявителей, надлежаще оценив доводы участников процесса. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения жалобы судом первой инстанции установлены верно и проверены в объеме, необходимом для принятия законного и обоснованного решения. Предварительное следствие по уголовному делу возбуждено по факту убийства ...........23 и ...........9, не окончено, срок следствия неоднократно
требований прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных федеральным законом, а равно законных требований следователя, дознавателя или должностного лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении. Из материалов административного дела следует, что в рамках возбужденного 19 апреля 2021 г. уголовного дела № 12101300019000008 ( (л.д. 5) ФИО1, получив 30.04.2021 г. повестку о явке 3 мая 2021 г. к 10 часам к следователю для допроса в качестве подозреваемого (л.д. 13), по повестке не прибыл (л.д. 3). Статус следователя , подозреваемого (обвиняемого) определен статьями 38, 39, 46, 47 УПК РФ. Среди полномочий следователя отсутствует право требования от подозреваемого определенного поведения. В соответствии с п. 11 ч. 4 ст. 46 УПК РФ подозреваемый вправе, среди прочего, защищаться средствами и способами, не запрещенными настоящим Кодексом. Запрет для подозреваемого не являться по вызовам следователя законом не предусмотрен. Следователь, применяя положения закона и обеспечивая интересы расследования, в случае неявки подозреваемого по вызовам вправе подвергнуть его приводу, изменить
