объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания. С учетом предписания федерального законодателя о толковании всех неустранимых сомнений, противоречий и неясностей актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщика (пункт 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации) спорное здание не могло быть включено в перечень по виду разрешенного использования земельного участка, на котором оно находится. При таких данных, поскольку в отношении объекта недвижимости фактическое обследование до включения его в Перечень не проводилось, а техническая документация на здание с кадастровым номером 02:55:020308:23 не подтверждает наличие 20% общей площади помещений, имеющих назначение, предусматривающее размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, названное здание не может быть отнесено к объектам, поименованным в подпункте 1 пункта 1 статьи 3782 Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении требований административного истца о признании недействующим пункта 4893 Перечня
судебного акта. Изучив материалы дела, проверив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и возражениях, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о несоответствии оспариваемого предписания федеральному законодательству, поскольку вид разрешенного использования земельного участка, на котором расположено спорное здание, однозначно не свидетельствует о размещении на нем исключительно торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания, техническая документация на здание также не свидетельствует о его предназначении для размещения указанных объектов, проверка фактического использования объекта на момент принятия оспариваемой нормы административным ответчиком не проводилась. Выводы суда основаны на правильном применении норм материального права и на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств. Установление общих принципов налогообложения и сборов в Российской Федерации находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные
квартиры, построенные для сдачи монастырем внаем для получения дохода в целях обеспечения совершения богослужений и монашеской жизнедеятельности, следовательно, здание относится к имуществу религиозного назначения, поскольку было построено для обеспечения таких видов деятельности религиозных организаций как монашеская жизнедеятельность, и полностью отвечает требованиям пункта 1 статьи 2 Закона № 327-ФЗ; так как здание имеет религиозное назначение, спорные помещения, находящиеся в нем, также имеют такое же назначение по смыслу Закона № 327-ФЗ и, учитывая, что современная техническая документация на здание и спорные помещения не может использоваться в качестве доказательства, подтверждающего назначение данных объектов в целях применения Закона № 327-ФЗ, а современные цели использования здания не имеют правового значения по смыслу названного закона, принимая во внимание, что фонд как ссудополучатель был уведомлен организацией о подаче в департамент заявления о передаче занимаемых им помещений в его собственность, департамент и Росимущество не имели законных оснований для отказа заявителю в передаче спорных помещений. С указанными выводами впоследствии
1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации (далее также - ЗК РФ), поскольку, по его мнению, с учетом нормативных требований к данной категории земель здание на таком участке может быть использовано только для обслуживания переданного в субаренду земельного участка. В обоснование требования административный истец указал, что является субарендатором земельного участка сельскохозяйственного назначения, на котором расположено единственное здание зернохранилища, относящееся, как он полагает, к объектам вспомогательного назначения применительно к этому земельному участку. В составлении технической документации на здание зернохранилища кадастровые инженеры отказывают со ссылкой на Письмо. Административный ответчик Росреестр в письменных возражениях и заинтересованное лицо Министерство юстиции Российской Федерации (далее - Минюст России) в письменном отзыве на административный иск указали, что оспариваемое в части письмо издано в пределах предоставленных полномочий, не обладает нормативными свойствами и носит информационный характер, а содержащиеся в нем разъяснения не выходят за рамки адекватного толкования положений приведенных в нем норм и не влекут изменения правового регулирования соответствующих
13 07.2017 № 652-л/2017 о прекращении нарушения обязательных требований в части указания использовать при расчетах площадь мест общего пользования, равную 1 100,9 кв.м. В порядке восстановления нарушенного права суд обязал комитет в течение десяти рабочих дней с момента вступления в силу судебного акта совершить действия по определению площади мест общего пользования в многоквартирном доме № 49 по ул. Карбышева в г. Волжском Волгоградской области (далее – МКД) с учетом требований действующего законодательства и технической документации на здание для использования обществом при расчете размера платы за коммунальный ресурс по горячему и холодному водоснабжению. В остальной части требований отказано. Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 31.07.2018 решение и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда отменены в части признания предписания незаконным и не соответствующим Правилам № 491. В указанной части в удовлетворении заявленных требований отказано. В остальной части судебные акты оставлены без изменения. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, общество просит
в арбитражный суд с заявлением об установлении факта владения, пользования и распоряжения недвижимым имуществом, как своим собственным. В обоснование заявления указывает, что установление названного факта фактически необходимо для государственной регистрации права собственности на это имущество, при этом ссылается на то, что в 1981 году был предоставлен земельный участок, о чем выдан государственный акт, построено и введено в эксплуатацию здание тира, которое поставлено на учет Корсаковским БТИ. Документы, подтверждающие факт предоставления земельного участка и техническая документация на здание тира не сохранились. Исходя из изложенного, по данному делу возникает вопрос о наличии у заявителя оснований для приобретения права собственности на недвижимое имущество. Следовательно, обоснован вывод суда первой инстанции о том, что обращаясь с заявлением об установлении факта владения, пользования и распоряжения имуществом, НОУ «РОСТО (ДОСААФ)» фактически заявило требование о признании права собственности, то есть подало заявление, содержащее не требование об установлении юридического факта, а требование о признании права, которое не подлежит рассмотрению
(том 1, листы 68 – 72, 122), которое принято заявителем по акту приема-передачи от 15.10.2016, а затем сдано арендодателю по аналогичному акту от 31.07.2017 в связи с расторжением договора аренды (том 1, листы 73 – 75). При этом схема, на которую имеется ссылка в пункте 1.2 названного договора, предпринимателем с договором в налоговый орган не предъявлялась. Также заявителем в инспекцию с этим же сопроводительным письмом от 31.07.2017 представлена копия документа с наименованием « Техническая документация на здание , помещение (часть помещения) по адресу: <...>, секция № 75», подписанный согласно расшифровке должности и подписи руководителем Вельского отделения Архангельского филиала федерального государственного унитарного предприятия «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» (далее – филиал БТИ) ФИО4 по состоянию 18.10.2016, в которой выделена площадь торгового зала в размере 78,3 кв. м, площадь складского помещения в размере 13, 8 кв. м, а также площадь примерочной в размере 16,9 кв. м (том 1, листы 122, 143 – 144).
пользования и владения гражданином жилым помещением. Заявляя исковые требования, истец указывала, что занимает длительное время (с 1951 года) квартиру № 1 в указанном жилом доме (казарме). Согласно кадастровому паспорту, а также выписке из ЕГРН, спорная квартира № 1 по вышеуказанному адресу поставлена на кадастровый учет 25 ноября 2011 года, состоит из двух жилых комнат площадью 11,3 кв.м, 9,3 кв.м и кухни площадью 11,9 кв.м, имеет общую площадь 32,5 кв.м, кадастровый номер №. Действительно, техническая документация на здание казармы на момент вселения Г-вых в указанный жилой дом и до момента постановки квартиры в 2011 году на кадастровый учет отсутствует. Как следует из ответов территориальной организации профсоюза работников Московского отделения Октябрьской железной дороги, архивного отдела администрации Калининского района Тверской области, документы на вселение истца в спорный жилой дом отсутствуют. Из ответа Московской дистанции гражданских сооружений от 1 февраля 2019 года следует, что документы на спорное жилое помещение и здание казармы, в котором
соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации как помещение в административно-деловом центре. При этом, основанием для включения в Перечни объектов недвижимого имущества послужили сведения о здании, признаваемом административно-деловым центром. Между тем, проанализировав представленные доказательства, спорное помещение нельзя признать объектом недвижимости, в отношении которого налоговая база определяется исходя из его кадастровой стоимости, поскольку ни вид разрешенного использования земельного участка, на котором находится здание, имеющее в составе спорное помещение, ни техническая документация на здание не позволяют сделать вывод, что здание обладает признаками административно - делового или торгового центра. Доказательств, подтверждающих названные обстоятельства, административным ответчиком не представлено. В материалах дела отсутствует как техническая документация на здание, так и акт проверки его фактического использования на момент принятия Перечня. При таком положении спорное помещение не могло быть включено в Перечень ни в составе здания, ни как самостоятельный вид недвижимого имущества, следовательно, суд признает оспариваемый пункт недействующим ввиду его несоответствия статье
инстанции пришел к выводу об их противоречии в оспариваемой части положениям действующего законодательства, указав, что вид разрешенного использования земельного участка -«для строительства и дальнейшей эксплуатации административного здания со студенческим кафе», является неоднозначным, поскольку не предусматривает отдельного размещения на нем ни офисных зданий, ни зданий, являющихся объектами общественного питания; спорные помещения нельзя признать объектами недвижимости, в отношении которых налоговая база определяется исходя из кадастровой стоимости, поскольку сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, и техническая документация на здание и спорные помещения не позволяют сделать вывод, что здание в целях налогообложения может быть признано административно-деловым или торговым центром, что спорные помещения предусматривает размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания, либо фактически используется в названных целях. Выводы суда апелляционной инстанции являются правильными. Налог на имущество организаций является региональным налогом, устанавливается и вводится в действие в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации и законами субъектов Российской Федерации, с момента введения в
