ч. 1 ст. 227 УПК РФ. В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Р., анализируя доказательства по уголовному делу, приходит к выводу, что суд необоснованно вернул уголовное дело по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, просит отменить постановление суда как незаконное в части отказа в удовлетворении его ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, так как в действиях обвиняемого К. усматривается более тяжкий состав преступления . В судебном заседании, суда апелляционной инстанции прокурор Шиман Е.П., поддержала доводы апелляционного представления и просила постановление суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение. Участвующие в суде апелляционной инстанции защитник Барышева И.Е., возражая против доводов апелляционного представления и жалобы, полагал постановление суда законным, просил оспариваемое постановление оставить без изменения, а доводы апелляционного представления и жалобы – без удовлетворения. Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и жалобы, а так же возражений
уголовному делу <...> в полном объеме, отменить постановление о прекращении уголовного дела в отношении подсудимой < Ф.И.О. >1, вынести частное определение в отношении правоохранительных органов в связи с волокитой расследования уголовного дела, а также непринятием решения по ч. 2 ст. 124 УК РФ в отношении лиц, виновных в совершении данного преступления. Указывает, что <...> в начале судебного заседания она заявила ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, поскольку считает, что в действиях подсудимой усматривается более тяжкий состав преступления , однако суд, не рассмотрев ее ходатайство, предоставил слово адвокату подсудимой для заявления ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности. Отмечает, что суд, не рассматривая ее ходатайство, несмотря на наличие его письменного текста, стал рассматривать устное ходатайство защитника подсудимой, чем нарушил ее право заявить ходатайство, что повлекло нарушение ее прав и интересов. В возражениях на апелляционную жалобу адвокат < Ф.И.О. >6 в защиту интересов < Ф.И.О. >1, государственный
постановлении, что Ц. вменяется внесение изменений в представленную ей Х. выписку из ЕГРП прав на недвижимое имущество и сделок с ним, хотя Ц. не была наделена полномочиями на удостоверение фактов имеющих юридические последствия, поскольку право вносить изменения в выписку из ЕГРП имеют лишь лица Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области и соответственно Ц. не является субъектом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК РФ, а в ее действиях усматривается более тяжкий состав преступления . При этом суд в постановлении не дает оценки тому факту, что Ц. так же вменяется внесение заведомо неверных сведений в протокол заседания жилищно-бытовой комиссии как официальный документ использовав свои возможности служебного положения как секретарь вышеуказанной комиссии на которую были возложены обязанности оформления протоколов заседания ЖБК. В этом усматривает совершение Ц. должностного подлога. Обращает внимание, на тот факт, что суд, при рассмотрении уголовного дела, вправе исключить отдельные эпизоды обвинения. Ссылается на позицию
