для рассмотрения в судебном заседании отсутствуют. Из представленных материалов следует, что между сторонами, являющимися смежными сетевыми организациями, возник преддоговорный спор относительно условий договора об осуществлении технологического присоединения, предусматривающего обязательство компании осуществить технологическое присоединение энергопринимающего устройства общества, поименованного в судебных актах. Заключение указанного договора вызвано для истца необходимостью увеличения максимальной мощности данной подстанции, ранее присоединенной к сетям компании, с 11,37 до 14,24 МВт. Разногласия сторон возникли, в частности, в отношении пункта 3.4.1 технических условий, являющихся приложением № 1 к договору, определяющего место установки приборов учета электрической энергии. Компания в представленном для заключения проекте договора изложила этот пункт в следующей редакции: «Установить прибор учета электроэнергии на ПС Центральная в соответствии с требованиями постановления Правительства РФ от 04.05.1012 № 442, ПУЭ, Типовой инструкции по учету электроэнергии при ее производстве, передаче и распределении (РД 34.09.101-94) на границе балансовой принадлежности». Общество, не соглашаясь с данной редакцией этого пункта, просило изложить его следующим образом: «Установить прибор
счет оплаты по договору генподряда. Письмом от 10.10.2017 ответчик предварительно требовал возврата уплаченных сумм за мощность за май-июнь 2017 года, а также на основании вышеизложенного уведомляло истца об отказе от подписания акта от 31.07.2017 № 74, по причине выставления к возмещению суммы за мощность по 3 ценовой категории в размере 73 452,91 руб. В данной ситуации, по мнению заявителя, судом неверно определены обстоятельства, подлежащие доказыванию: поскольку истцом были совершены конкретные действия, а именно: увеличение мощности электроэнергии до 950 кВт в летний период времени, истец обязан был доказать, что увеличение мощности было осуществлено по просьбе ответчика, хотя истцом этого сделано не было. Ответчик не имеет возможности представления доказательств «произвольности» увеличения тарифа истцом. В рамках судебных заседаний истец неоднократно указывал на отсутствие необходимости увеличения мощности до подобных размеров в мае 2017 года. Кроме того, заявитель указал, что с 30.10.2017 подрядные работы на Объекте были приостановлены, в ноябре 2017 года Общество работы
технологически невозможно, в связи с чем признаны прекратившимися обязательства по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 20.5500.4518.16, заключенному 29.09.2016 с товариществом. При таких обстоятельствах, отклоняя доводы ответчика в данной части, коллегия судей считает, что таковые построены на неверном толковании и применении положений пункта 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике, поскольку применительно к настоящему случаю нельзя говорить о том, что однократный характер нарушается, принимая во внимание цели технологического присоединения, направленные на увеличение мощности электроэнергии , возможность осуществления которого через имеющуюся точку технологического присоединения отсутствует. Другими словами для увеличения мощности до требуемых товариществу 150 кВт в целях нормального бесперебойного обеспечения конечных потребителей последнему требуется новое технологическое присоединение с большей мощностью, то есть таким способом технологического присоединения в целях увеличения максимальной мощности, является создание новой точки присоединения. При этом отсутствие оснований для отнесения товарищества к потребителям II категории надежности не свидетельствуют о невозможности технологического присоединения по новой точке, принимая
для предъявления встречного иска является договор аренды, заключенный между ФИО6 и ФИО7 (арендодатели) с ООО «Меди Эстетик-НИКАмед» (арендатор) от 15.04.2010 №1 (т.2 л.д.17). На момент передачи в аренду помещений согласно акту от 15.04.2010 помещения находились в удовлетворительном состоянии и соответствовали требованиям по их эксплуатации (т.2 л.д.21). В соответствии с дополнительным соглашением к договору от 15.04.2010 сторонами было согласовано, что в арендованных помещениях необходимо произвести ремонтные работы: замена деревянных перекрытий, проведения водоснабжения и канализации, увеличение мощности электроэнергии с 7кВт до 30 кВт, перепланировка стен, установка кондинционеров, установка сантехники, облицовка плиткой туалета, малярные работы стен, проведение пожарной и охранной сигнализации, установка стабилизатора электроэнергии, установка межкомнатных дверей, установка натяжных потолков (т.2 л.д.22). Как указывает ООО «Меди Эстетик-НИКАмед» после выполнения ремонтных работ, договор аренды был перезаключен на новый срок (договор №1 от 15.04.2011 т.2 л.д.24-28), потом также договор был перезаключен с новым собственником (договор №1 от 01.01.2012 т.2 л.д.29-34) и уже с 01.06.2014
26.09.2014 года, арендатор имеет право, в том числе, с письменного разрешения арендодателя и за свой счет увеличивать количество киловатт электроэнергии в помещении, необходимых для осуществления деятельности по договору, в соответствии с требуемыми организационно-правовыми аспектами. По истечении срока аренды данное увеличение мощности электропотребления является неотделимым улучшением помещения, не полежит возмещению арендатору, принадлежит арендодателю (л.д. 13). В соответствии с п.п. 9.1, 9.2 договора аренды от 26.09.2014 года, ремонтные работы и иные улучшения (в том числе увеличение мощности электроэнергии ), необходимые для деятельности арендатора по целевому назначению производятся арендатором за собственный счет (в связи с чем стороны установили уменьшенный размер арендной платы за первые три месяца аренды). Произведенные арендатором неотделимые улучшения после окончания срока действия договора принадлежат арендодателю и возмещению не подлежат (л.д. 15). Стороны реализовали свое свободное волеизъявление на определение условий договора. По смыслу вышеперечисленных условий договора, арендатор правом на компенсацию стоимости неотделимых улучшений при прекращении договора не обладает. Принимая во
6000 руб. за 2015г., в сумме 6000 руб. за 2016г. (от 04.10.2014 №30, от 27.09.2015 №32), л.д.30; взнос на ремонт дорог в размере 5300 руб. (от 23.05.2015 №31), л.д.29; платеж для членов СНТ «Родничковое», не участвующих лично в работах по благоустройству (на субботниках) в размере 500 руб. (от 12.06.2007г., от 23.05.2015 №31, п.11 Положения, утвержденного решением общего собрания 21.05.2011), л.д. 24,29,32; взнос на расчистку снега в осенне-зимний период в размере 500 руб. и увеличение мощности электроэнергии в сумме 1500 руб. (от 27.09.2015 №32, л.д.30); за общую электроэнергию в сумме 25 руб. в месяц (л.д.26). Кроме того, решениями общего собрания от 21.05.2011 и 28.09.2003 утверждены размер пени и расчет земельного налога (л.д.22,23). Положениями пункта 1 статьи 56 ГПК РФ установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Истцом не оспаривается, что ФИО1 оплачено
единовременно, а также взноса на содержание и эксплуатацию объекта в размере 116 руб. за 1 кв.м площади квартиры. Ссылаясь на то, что у ответчика имеется задолженность по оплате дополнительного паевого взноса на достройку дома в размере 2181178, 80 руб., а также указывая, что ответчиком не исполнена обязанность по внесению целевых взносов в полном объеме в размере 603878, 60 руб., в том числе взноса на установку лифта в размере 246381, 60 руб., взноса на увеличение мощности электроэнергии в размере 208000 руб., целевого взноса на благоустройство территории в размере 60800 руб., целевого взноса на установку домофона в размере 10000 руб., целевого взноса на установку эл/счетчика в размере 8697 руб., целевого взноса на проведение кадастровых работ и постановку квартиры на кадастровый учет для регистрации права собственности в размере 70000 руб., полагая, что на стороне ответчика, приобретшего право собственности на квартиру за счет средств ЖСК и не компенсировавшего соответствующие затраты инвесторов на достройку
