за один гектар охотничьих угодий). Суд первой инстанции в обоснование принятого судебного акта также указал, что отсутствие в заключенных сторонами спора соглашения условия о внесении ответчиком единовременной платы, обязанность единовременно внести плату за заключение указанных охотхозяйственных соглашений возникла у ответчика в силу прямого указания об этом в части 5 статьи 71 Закона об охоте. Учитывая, что исключение этого требования возможно только при заключении охотхозяйственных соглашений с лицами, заключившими договоры аренды лесных участков для ведения охотничьего хозяйства по результатам аукциона по продаже права на заключение договоров аренды лесных участков в соответствии с Лесным кодексом Российской Федерации, суд с учетом заключения с охотничьим хозяйством соглашений не по результатам аукциона, признал у него наличие обязанности внести указанную плату. Суд апелляционной инстанции, отменив решение суда первой инстанции, в обоснование принятого судебного акта указал, что исходя из анализа частей 1 и 3 статьи 71 Закона об охоте, для юридических лиц, у которых право долгосрочного
(Иркутская область, заявитель) на решение Арбитражного суда Иркутской области от 24.03.2020, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2020 и постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20.04.2021 по делу № А19-30331/2019 Арбитражного суда Иркутской области, по иску участника общества с ограниченной ответственностью «Промстройавтотранскомплект» (Иркутская область, далее – общество) ФИО1 (далее – ФИО1) (далее – истец) к гражданам ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3) (далее – ответчики) о признании недействительными договоров о совместном ведении охотничьего хозяйства от 18.03.2018 № 18-03-18 и от 19.03.2018 № 19-03-18, установил: решением Арбитражного суда Иркутской области от 24.03.2020, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2020 и постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20.04.2021, в иске отказано. В кассационной жалобе, поданной в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации, заявитель, выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами, просил пересмотреть их в порядке кассационного производства, ссылаясь на их незаконность. По смыслу части 1 статьи 291.1,
Арбитражного суда Центрального округа от 12.04.2018 по делу № А62-8338/2016 отменены решение Арбитражного суда Смоленской области от 25.08.2017 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2017, прекратившие право пользования общества объектами животного мира, следовательно, отношения администрация, департамент и общества по состоянию на 12.04.2018 вернулись в исходное состояние, а именно, общество обладало действующей долгосрочной лицензией на право пользования объектами животного мира сроком действия по 28.03.2032 и договором о предоставлении в пользование территории, необходимой для ведения охотничьего хозяйства ; оспариваемые распоряжение от 12.03.2018 № 204-р/адм и приказ от 22.01.2018 № 01-04-0040 препятствовали осуществлению обществом лицензируемого вида экономической деятельности, поскольку правовые основания считать, что действие лицензии прекращено, не наступили. Доводы заявителя являлись предметом рассмотрения судебных инстанций, получили соответствующую правовую оценку и не подтверждают существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела. Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 291.6 и 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: отказать администрации Смоленской
от 12.07.2005 № 2 на основании протокола о результатах лесного конкурса от 23.06.2005, по условиям которого обществу «МАКС» передан в аренду участок лесного фонда: местонахождение – Барнаульский лесхоз, Арбузовское лесничество, №№ 1-81 кварталы, площадь участка 9 006 га, для заготовки древесины. На основании распоряжения Управления лесами Алтайского края от 19.11.2008 № 387 договор аренды от 12.07.2005 № 2 по заявлению общества «МАКС» был переоформлен на договор аренды лесного участка для заготовки древесины и ведения охотничьего хозяйства от 16.12.2008 № П-20/3 (далее – договор аренды). В соответствии с решением общего собрания участников общества «МАКС» от 10.02.2015 о реорганизации в форме выделения из его состава общества с ограниченной ответственностью «ЛПХ «МАКС» (далее – общества ЛПХ «МАКС») создаваемому обществу передаточным актом 10.02.2015 переданы права и обязанности по договору аренды. Согласно договору о присоединении общества с ограниченной ответственностью «Сильва Сибири» и общества «ЛПХ «МАКС» к обществу «Содружество» от 10.07.2015, на основании статьи 53
16.11.2007 г., вынесенного руководителем Управления. Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.12.2007г. (резолютивная часть оглашена 14.12.2007 г.) заявленные требования удовлетворены. Не согласившись с решением суда, административный орган обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, а также на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. Доводы жалобы сводятся к тому, в силу ст.ст.25 и 36 Лесного кодекса РФ (далее – ЛК РФ) охота и ведение охотничьего хозяйства должно осуществляться на основании договора аренды лесного участка, который заключается в соответствии с лесным и гражданским законодательством. В материалах административного дела собраны доказательства, свидетельствующие о виновности заявителя во вменяемом ему административном правонарушении, в частности, что предприятие использует леса для ведения охотничьего хозяйства без договора аренды лесных участков. При этом, для составления проекта лесного участка, подлежащего передаче в аренду, необходимо заявление претендента на использование лесов на определенной территории. Заявитель, в свою очередь, с таким
данной системы. Решением управления от 22.05.2014 № 02-12/3493 решение налоговой инспекции оставлено без изменения. Предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными решения налоговой инспекции и требования об уплате налога, сбора, пени и штрафа от 02.06.2014 № 515 в указанной части. Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что предприниматель правомерно применял особый налоговый режим в связи с тем, что закуп, производство и продажа продукции входит в понятие « ведение охотничьего хозяйства и осуществление охоты». Суд апелляционной инстанции поддержал позицию суда первой инстанции. Согласно части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия)
участка от 24.04.2008 № 8 заключен в целях ведения арендатором охотничьего хозяйства и осуществления охоты. На момент заключения договора аренды лесного участка законодательство иным образом регулировало отношения, связанные с возможностью использования лесного участка непосредственно для охоты и иных видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства. Так, в силу пункта 5 части 1 статьи 25 Лесного кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на дату заключения договора аренды) разрешенным использованием лесного участка являлось, в том числе ведение охотничьего хозяйства и осуществление охоты. В соответствии с частью 1 статьи 36 Лесного кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на дату заключения договора аренды) ведение охотничьего хозяйства на лесных участках представляет собой предпринимательскую деятельность, связанную с оказанием услуг лицам, осуществляющим охоту. Охота на лесных участках, предоставленных для ведения охотничьего хозяйства, осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 24 апреля 1995 года № 52-ФЗ «О животном мире» (далее – Закон о животном мире) и настоящим Кодексом
невозможности использования арендатором лесного участка для целей, предусмотренных актуальной редакцией действующего законодательства (в системе ст. ст. 25, 36 Лесного кодекса РФ, Федеральный закон от 24.07.2009 N 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"). В соответствии с пунктом 5 статьи 25 Лесного кодекса Российской Федерации (далее - Лесной кодекс в редакции, действующей на дату заключения договора от 21.04.2008 разрешенным использованием лесного участка являлось ведение охотничьего хозяйства и осуществление охоты. Часть 1 статьи 36 Лесного кодекса Российской Федерации в редакции по состоянию на 21.04.2008 и ранее предусматривала, что ведение охотничьего хозяйства на лесных участках представляет собой предпринимательскую деятельность, связанную с оказанием услуг лицам, осуществляющим охоту. Часть 3 статьи 36 Лесного кодекса Российской Федерации предусматривала, что охота на лесных участках, предоставленных для ведения охотничьего хозяйства, осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 24.04.1995 N 52-ФЗ "О животном мире", что предполагало получение
об оспаривании приказа управления лесами Правительства Хабаровского края от 13.12.2018 года № 1045П «Об утверждении лесохозяйственного регламента Николаевского лесничества», у с т а н о в и л: Заместитель Амурского бассейнового природоохранного прокурора в административном исковом заявление (с учетом заявления об увеличении требований) оспаривает лесохозяйственный регламент Николаевского лесничества, утвержденный приказом управления лесами Правительства Хабаровского края от 13.12.2018 года № 1045П, в части установления вида разрешенного использования лесов (таблица 7 п. 1.2 Регламента) « ведение охотничьего хозяйства », «выполнение работ по разработке месторождений полезных ископаемых», «ведение сельского хозяйства» в кварталах 1, 2ч-4ч, 5-6, 7ч-9ч, 10-14, 15ч-16ч, 17-24, 25ч—27ч, 28-36, 37ч-42ч, 43-48, 49ч, 50-56, 57ч, 58-89, 90ч, 91, 92ч, 93-98, 99-104, 105ч-106ч, 107-116, 117-120, 121ч, 122-157, 310ч Городского участкового лесничества, и просит признать нормативный правовой акт недействующим со дня его принятия. Прокурор считает, что в оспариваемой части нормативный правовой акт не соответствует положениям статьи 114 (части 3, 4) Лесного кодекса РФ.
№ 388, У С Т А Н О В И Л: Удмуртский природоохранный межрайонный прокурор (далее прокурор, истец) обратился в интересах неопределенного круга лиц, интересов Российской Федерации, с административным иском к Министерству природных ресурсов и охраны окружающей среды Удмуртской Республики (далее – Министерство), о признании приказ от 11.04.2018 № 388 «Об утверждении устава автономного учреждения Удмуртской Республики «Удмуртлес» незаконным в части отнесения в подпункте 2.7 к иным видам деятельности, не являющимися основными – ведение охотничьего хозяйства и осуществления охоты. Требования мотивированы тем, что приказом министра природных ресурсов и охраны окружающей среды УР № 388 от 11.04.2018 утвержден устав автономного учреждения Удмуртской Республики «Удмуртлес» (далее – АУ УР «Удмуртлес», Учреждение), отдельные положения которого не соответствуют требованиям действующего федерального законодательства по следующим основаниям, а именно в нарушение требований ст. 4 Федерального закона «Об автономных учреждениях» в п. 2.7 Устава Учреждения, в редакции приказа Министерства № 388 от 11.04.2018 к иным видам
