Верховный суд требование заинтересованного кредитора - гражданское законодательство и судебные прецеденты

заинтересованных лиц. Процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица осуществляется по правилам настоящего Кодекса о ликвидации юридических лиц. В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», исключение должника-организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» согласно пункту 7 части 2 статьи 43 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» влечет за собой прекращение исполнительного производства. Если у ликвидированного должника-организации осталось нереализованное имущество, за счет которого можно удовлетворить требования кредиторов, то взыскатель, не получивший исполнения по исполнительному документу, иное заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право, в соответствии с пунктом 5.2

предшествующая распределению ликвидационной квоты). Ранее, до утверждения Президиумом Верховного Суда Российской Федерации Обзора от 29.01.2020 судебная практика исходила из квалификации такого рода отношений в качестве корпоративных, также признавая недопустимость удовлетворения требований о возврате финансирования в ущерб имущественным интересам конкурсных кредиторов. Соответствующая правовая позиция приведена, в частности в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4,5) по делу № А40-140479/2014: «Возврат мажоритарным участником не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки финансирования, ранее предоставленного им для завуалирования кризиса, в ситуации, когда должник 6 силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве уже обязан был обратиться в суд с заявлением о собственному банкротстве, является злоупотреблением правом со стороны выдавшего заем мажоритарного участника». В настоящем деле спорные сделки совершены в течение трех лет до даты принятия заявления о признании должника банкротом; повлекли причинение вреда имущественным правам кредиторов; их стороной является заинтересованное по отношению к объединению лицо, что презюмирует осведомленность

не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства. Отмечает, что конкурсное производство в отношении должника открыто 11 мая 2018 года, принимая во внимания разъяснения, отраженные в п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018), срок исковой давности подлежит исчислению не ранее даты признания должника банкротом (т.е. с 11.05.2018) и заканчивается по истечении трех лет. На момент обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением (17.09.2019) и исходя из даты решения о признании должника банкротом (17.05.2018) срок исковой давности не истек. Кроме того, формирование реестра требований кредиторов было завершено 17.09.2018 (резолютивная часть определения АС СО от 17.09.2018г. о включении в реестр требований кредиторов задолженности перед ЕМУП «Водоканал»), до этого момента невозможно было определить размер субсидиарной ответственности заинтересованного лица ФИО4, соответственно, субъективный срок на момент подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности 17.09.2018, не истек. По мнению апеллянта, представителем заинтересованного лица было заявлено о пропуске исковой давности исключительно к

дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры (п. 7 ч. 1 ст. 9 Федерального закона № 135-ФЗ). По смыслу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 7 июня 2017 г. № 305-ЭС16-20992 (3), заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют основания полагать, что данный факт, безусловно, указывает на необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования или понижения очередности при его удовлетворении. Однако, если степень аффилированности между кредитором, заявляющим требование, должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника. По делу установлено, что согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 25 февраля 2019г. в отношении ООО «Таурус Групп» учредителем организации является ФИО3 (дочь ФИО5), а руководителем

установленном законом порядке, т.к. именно на страховщике лежит обязанность по организации ремонта. Аналогичная позиция изложена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.2019 N 32-КГ19-28 по делу №. Верховный суд разъяснил, что в случае невозможности осуществления выплаты путем организации восстановительного ремонта СТОА и осуществлении выплаты страхового возмещения в денежной форме, неустойка за просрочку исполнения обязательства подлежит начислению с 21-го дня с даты получения заявления страховщиком. Учитывая изложенные обстоятельства, заявитель ненадлежащим образом исполнил свои обязательства по выплате страхового возмещения, в связи с чем, решение финансового уполномоченного о взыскании неустойки за просрочку исполнения обязательства законно и обосновано. Просил отказать в удовлетворении заявленных требований (л.д.91-95 том 1). Ходатайств об отложении не поступало. Представитель заинтересованного лица финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах страхования, микрофинансирования, кредитной кооперации и деятельности кредитных организаций ФИО4 – ФИО8, действующая на основании доверенности от 0.11.2020г. № 276/2020 (л.д.73-74 том 1), в

ГК РФ). В то же время, если подлежащая уплате неустойка перечислена самим должником, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании статьи 333 ГК РФ (подпункт 4 статьи 1109 ГК РФ), за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением. Приведенные разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации допускают самостоятельное обращение должника в суд с требованием о снижении размера неустойки в отдельных случаях, перечень которых в названном постановлении не является исчерпывающим. Частью 1 статьи 3 названного Кодекса предусмотрено право заинтересованных лиц в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Обращаясь в суд САО «ВСК» указало, что начисленная финансовым уполномоченным неустойка является явно несоразмерной последствиям нарушения обязательств и является обременением и нарушает его права. Поскольку между сторонами возник спор о размере данной неустойки, на что указывают

ГК РФ). В то же время, если подлежащая уплате неустойка перечислена самим должником, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании статьи 333 ГК РФ (подпункт 4 статьи 1109 ГК РФ), за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением. Приведенные разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации допускают самостоятельное обращение должника в суд с требованием о снижении размера неустойки в отдельных случаях, перечень которых в названном постановлении не является исчерпывающим. Частью 1 статьи 3 названного Кодекса предусмотрено право заинтересованных лиц в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Обращаясь в суд с иском, ООО «НСГ – «РОСЭНЕРГО» указало, что начисленная финансовым уполномоченным неустойка является явно считает несоразмерной последствиям нарушения обязательств и является обременением и нарушает его права. Поскольку между сторонами возник спор о размере