166 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исходя из содержания правовых норм статей 91, 93, 128 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 21, 22, 26, 58 Закона № 14-ФЗ, доля в уставном капитале хозяйственного общества представляет собой особый вид имущества (имущественное право на управление хозяйственным обществом и на распределение прибыли последнего), на который, в случае его выбытия из владения участника общества, распространяются правовые механизмы защиты прав собственника объектов гражданских прав, в частности такие способы защиты как виндикация и реституция . Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суду первой инстанции следовало определить надлежащего ответчика по делу, т.е. установить лицо, в чьем владении находится имущественное право, разрешить вопрос о том, является ли ООО «Эгос» надлежащим ответчиком по настоящему делу. Суд апелляционной инстанции отмечает, что сам факт прекращения имущественного права по основаниям, установленным нормами действующего законодательства (применительно к рассматриваемому делу – прекращение имущественных прав на доли уставного капитала в связи с исключением ООО «Эгос» из ЕГРЮЛ
требование в части применения последствий недействительности сделок сформулировано аналогичным образом – в виде восстановления сторон в первоначальное положение. Заявителем не представлено доказательств того, что ООО «РСТ» получило по оспариваемым сделкам именно транспортное средство БМВ X6, идентификационный номер (VIN) <***>, и что в случае удовлетворения иска последнее подлежит возврату должнику. Таким образом, заявленные обеспечительные меры не связаны с предметом требования об оспаривании актов зачета, поскольку по общему правилу, последствия недействительности данной сделки иные, чем виндикация и реституция , а именно восстановление задолженности. Ни в определении суда, ни в заявлении не указано, что ООО «РСТ» получило транспортное средство по оспариваемому договору, в связи с чем возникла необходимость принять в отношении указанного имущества обеспечительные меры. В определении суда первой инстанции не указаны конкретные причины и обстоятельства со ссылкой на материалы дела, обосновывающие необходимость принятия обеспечительных мер. Ограничение прав собственника в данном случае не связано с предметом спора и направлено на нарушение прав
Верховного Суда РФ от 07.11.2007). Исходя из содержания правовых норм статей 93, 128 ГК РФ, статей 21, 23, 26, 58 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, доля в уставном капитале хозяйственного общества представляет собой особый вид имущества (имущественное право на управление хозяйственным обществом и на распределение прибыли последнего), на который, в случае его выбытия из владения участника общества, распространяются правовые механизмы защиты, прав собственника объектов гражданских прав, в частности такие способы защиты, как виндикация и реституция . Из совокупности названных норм, с учетом обстоятельств рассматриваемого дела, можно сделать вывод о том, что в рассматриваемом конкретном случае, поскольку 06.12.2021 деятельность ООО «СВ-Сервис» прекращена по причине исключения общества из ЕГРЮЛ, а спорное имущество выбыло из собственности общества в результате противоправных действий при совершении первоначальной сделки и недобросовестных действий при совершении последующих сделок, истец незаконно лишился имущественных прав на спорное имущество общества, гарантированных ему законом, как участнику общества: в случае выхода участника
том числе в части требований о признании недействительным договора от 30.04.2014 между обществом «Фрегат» и ФИО1 В своей кассационной жалобе ФИО2 просит постановление суда апелляционной инстанции в части прекращения производства по делу в отношении ответчиков ФИО4, ФИО5 отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции. Заявитель полагает, что имея одинаковую фактическую основу и направленные на достижение схожих целей требования ФИО2 и конкурсного управляющего обществом «Фрегат» ФИО8 не являлись аналогичными. Заявитель считает, что применение виндикации и реституции не противоречит закону, а также отмечает, что действующее законодательство допускает защиту конкурсной массы как путем предъявления арбитражным управляющим иска о признании недействительной первой сделки об отчуждении имущества должника и применении последствий ее недействительности в виде взыскания стоимости отчужденного имущества с первого приобретателя, так и путем предъявления иска об истребовании этого же имущества из незаконного владения конечного приобретателя. По мнению заявителя, поскольку спор является корпоративным, то он подведомственен арбитражному суду, а наличие в составе
располагали, в силу чего она является добросовестным покупателем. Разрешая исковые требования по существу, суд находит ненадлежащим способом защиты права требования истца о признании ее добросовестным приобретателем, в силу сложившейся правовой конструкции добросовестный приобретатель не наделен правом обратиться в суд с иском о признании его добросовестным приобретателем, поскольку может быть исключительно ответчиком по виндикационному или реституционному иску, защита владения добросовестного приобретателя осуществляется не путем признания права (ст. ст.11, 12 ГК РФ), а путем ограничения виндикации и реституции . Из материалов дела следует, что Салаватским ГО СП УФССП по РБ возбуждены исполнительные производства в отношении ФИО2: - ...-ИП от 00.00.0000. о взыскании в пользу АО «Банк Русский Стандарт» задолженности по кредитным платежам в размере 7 667,72 руб. по судебному приказу, выданному мировым судьей судебного участка №6 по г.Салават от 00.00.0000. (т. 1 л.д. 227, т. 2 л.д. 11-17); - ...-ИП от 00.00.0000. о взыскании в пользу ООО «Кубышка-Сервис» задолженности по кредитным
на совершение регистрационных действий. Таким образом суд приходит к выводу о том, что истец выбрал ненадлежащий способ защиты права требования о признании ее добросовестным приобретателем, в силу сложившейся правовой конструкции добросовестный приобретатель не наделен правом обратиться в суд с иском о признании его добросовестным приобретателем, поскольку может быть исключительно ответчиком по виндикационному или реституционному иску, защита владения добросовестного приобретателя осуществляется не путем признания права (ст. ст. 11, 12 ГК РФ), а путем ограничения виндикации и реституции . До настоящего времени сделка купли-продажи земельного участка и расположенного на нем жилого дома между истцом и ответчиком ФИО3 не оспаривалась и не оспорена. Иных требований, равно как и требований по иным основаниям на рассмотрение суда сторонами не заявлено. На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 57, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд Р Е Ш И Л: Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании добросовестным приобретателем земельного участка и жилого
ст. 302 ГК РФ добросовестный приобретатель не наделен правом обратиться в суд с иском о признании права собственности или с иском о признании его добросовестным приобретателем, поскольку, в силу сложившейся правовой конструкции, добросовестный приобретатель может быть исключительно ответчиком по виндикационному или реституционному иску. Право собственности он может приобрести только в случае отказа в этих исках. Поэтому защита владения добросовестного приобретателя осуществляется не путем признания права (ст. 11, 12 ГК РФ), а путем ограничения виндикации и реституции . Согласно п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом или иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности. Признать приобретателя
возврата переданного покупателю имущества судом будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований в порядке ст. 167 ГК РФ должно быть отказано. В силу сложившейся правовой конструкции добросовестный приобретатель не наделен правом обратиться в суд с иском о признании его добросовестным приобретателем, поскольку может быть исключительно ответчиком по виндикационному или реституционному иску, защита владения добросовестного приобретателя осуществляется не путем признания права (ст. ст. 11, 12 ГК РФ), а путем ограничения виндикации и реституции . Как разъяснено в пункте 39 названного постановления от 29.04.2010 № 10/22, по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. В связи с этим необходимо устанавливать наличие или отсутствие воли собственника на передачу владения
применении последствий недействительности сделки, уже дана оценка доводам ФИО2 о том, что она является добросовестным приобретателем спорного жилого помещения. Данные доводы ФИО2 отклонены. Тогда как в силу сложившейся правовой конструкции добросовестный приобретатель не наделен правом обратиться в суд с иском о признании его добросовестным приобретателем, поскольку может быть исключительно ответчиком по виндикационному или реституционному иску. Защита владения добросовестного приобретателя осуществляется не путем признания права (статьи 11, 12 Гражданского кодекса РФ), а путем ограничения виндикации и реституции . Нельзя оставить без внимания и то, что апелляционным определением Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ права и законные интересы ФИО2 восстановлены путем применения последствий недействительности сделки - договора купли-продажи спорной квартиры, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Волга-Комплекс-Строй» и ФИО2, в виде взыскания с ООО «Волга-Комплекс-Строй» в ее пользу уплаченных по договору купли-продажи денежных средств в размере <данные изъяты>. На основании изложенного, руководствуясь положениями статей 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, р е ш и л:
