Между тем таких оснований по доводам кассационной жалобы не установлено. Арбитражный суд апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела, оценив представленные сторонами доказательства с позиций статьи 71 Кодекса, руководствуясь статьями 421, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, квалифицировал заключенные между лицами, участвующими в деле (стороны), соглашение от 22.09.2011, договоры купли- продажи долей в уставном капитале от 09.08.2013 и 10.08.2013 взаимосвязанными возмездными сделками, направленными на передачу ФИО1 долей в уставном капитале общества под условием получения от бенефициарного владельца этих долей - ФИО4, являющегося с ФИО1 аффилированным лицом, встречного представления в виде капиталовложений в активы общества (в строительство торгового центра строительных материалов с объектами инженерной инфраструктуры). Установив указанные обстоятельства, а также что со стороны истцов условия соглашения были исполнены, однако инвестирование строительства торгового центра фактически произведено за счет средств самих истцов, тогда как доказательств исполнения ответчиками обязательств по финансированию строительства торгового центра, как того требуют условия соглашения, в материалах дела не представлены, пришел к
кассационной жалобы заявителя не установлено. Принимая обжалуемые судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 8, 12, 15, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, указали на отсутствие обстоятельств, которые бы давали основания полагать, что предпринимателем в заявленный в иске период регулярно осуществлялась деятельность при несоблюдении действующих правовых установлений в районе аэропорта г. Симферополь приносящая стабильный доход деятельность по упаковке багажа на земельных участках с кадастровыми номерами 90:12:180501:28, 90:00:00000:346, нарушающая законные интересы общества, как владельца этих земельных участков и причинившая последнему ущерб. Разрешая спор, суды исходили также из того, что общество не доказало, что им мог быть реально в спорный период получен заявленный доход с учетом необходимых затрат. Суд округа поддержал выводы судов первой и апелляционной инстанций. Доводы, изложенные заявителем в кассационной жалобе, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. Переоценка
сторон в данном случае подлежит применению общее правило пункта 4 статьи 6 Закона № 126?ФЗ, устанавливающее, что при переносе или переустройстве линий связи вследствие реконструкции или капитального ремонта дорог расходы, связанные с такими переносом или переустройством, возмещаются оператору связи. При этом возможность применения положений Закона № 126?ФЗ при определении условий переноса, переустройства инженерных коммуникаций, их эксплуатации в границах полос отвода автомобильных дорог в случае реконструкции или капитального ремонта таких автомобильных дорог, если договорами, заключенными владельцами этих инженерных коммуникаций с владельцами автомобильных дорог, не установлено иное, предусмотрена частью 6.1 статьи 19 Закона № 257?ФЗ. Принимая обжалуемое постановление, суд округа действовал в пределах полномочий, установленных статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку указанные судом обстоятельства имеют существенное значение для правильного разрешения спора. Учреждение при новом рассмотрении дела не лишено возможности приводить свои доводы и представлять соответствующие доказательства. С учетом изложенного, жалоба не подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной
требования, суд пришел к выводу, что к ООО «Горно-рудная компания «Ячир» перешло право на 19 062 обыкновенные именные бездокументарные акции ОАО «Урейский угольный разрез», которые он мог впоследствии продать истцу. Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа находит обжалуемые судебные акты подлежащими отмене по следующим основаниям. В соответствии со статьей 29 ФЗ «О рынке ценных бумаг» запись в реестре акционеров является единственным доказательством права собственности лица на ценные бумаги. Согласно статье 2 того же закона « владелец» – это лицо, которому ценные бумаги принадлежат на праве собственности или ином вещном праве. В соответствии с пунктом 1 статьи 44 ФЗ «Об акционерных обществах» в реестре акционеров общества указываются сведения о каждом зарегистрированном лице, количестве и категориях акций, записанных на имя каждого зарегистрированного лица. Суду следовало установить, является ли истец владельцем акций, право собственности на которые подлежит фиксации в реестре путем внесения требуемой записи; были ли представлены истцом регистратору все документы, необходимые для внесения записи
отчетность сдана в налоговый орган также ФИО1, в том числе в 2023 году – отчетность от 06.02.2023, 22.03.2023, 20.06.2023, 11.07.2023, 15.08.2023 и другие даты. Таким образом, в настоящее время именно ФИО1 действует от имени Общества, представляя его интересы в государственных органах, подавая от его имени документы и заявления. Апеллянтом данные выводы не опровергнуты. Согласно статье 3 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» бенефициарный владелец – это в целях настоящего Федерального закона физическое лицо, которое в конечном счете прямо или косвенно (через третьих лиц) владеет (имеет преобладающее участие более 25 % в капитале) клиентом – юридическим лицом либо имеет возможность контролировать действия клиента. В рассматриваемом случае ФИО1 является таким бенефициарным владельцем в отношении Общества. Перечисленные выше доказательства соответствуют друг другу и в их совокупности и единстве свидетельствуют о том, что исполнительный директор Общества ФИО1 фактически обладает контролем над деятельностью ЗАО «ВЗХИ»,
РФ в случаях, когда отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона). Единственным документом, определяющим на законодательном уровне понятие бенефициара, является Федеральный закон от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее - Закон № 115-ФЗ). В силу статья 3 Закона № 115-ФЗ бенефициарный владелец - это физическое лицо, которое в конечном счете прямо или косвенно (через третьих лиц) владеет (имеет преобладающее участие более 25 процентов в капитале) клиентом -юридическим лицом либо имеет возможность контролировать действия клиента. В пункте 1 письма Банка России от 15.10.2013 № 12-1-5/1665 указано, что понятие «бенефициарный владелец» включено в Закон № 115-ФЗ в соответствии с рекомендациями группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег, в пояснительной записке к которым раскрывается понятие бенефициарного собственника, а именно: термин
подчеркивалось в судебной практике. Нахождение в помещении, его охрана – это форма осуществления владения, поэтому и требование о выселении является требованием о передаче вещи во владение истца. Статья 301 Гражданского кодекса Российской Федерации вводит понятие незаконного владельца, которое имеет важное значение в системе защиты вещных прав и применимо также в иных нормах (статьи 225 – 234, 302, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исходя из условий предъявления и удовлетворения виндикационного иска, можно сказать, что незаконный владелец – это лицо, владеющее вещью против воли собственника, тогда как законный владелец владеет вещью по воле собственника. Законное владение ограничено условиями, причем эти условия сопряжены с интересами собственника; законное владение не может перейти в право собственности. Незаконное владение сроком и условиями не ограничено и при определенных обстоятельствах может привести к приобретению права собственности посредством механизма приобретательной давности. При таких условиях отказ в удовлетворении виндикационных требований истца не порождает правовой неопределенности, а запускает иные механизмы прекращения и
истца на спорный объект, обладающий индивидуально-определенными признаками, незаконность владения ответчиком этим имуществом и наличие истребуемого имущества у ответчика. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 32, 36 совместного Постановления №10/22, применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Виндикационный иск не подлежит удовлетворению при отсутствии хотя бы одного из перечисленных условий. По смыслу названых положений, незаконный владелец – это лицо, владеющее вещью против воли собственника, в отличие от законного владельца, который владеет вещью по воле собственника. По делу об истребовании имущества из чужого незаконного владения юридически значимой и подлежащей доказыванию является одновременная совокупность следующих обстоятельств: наличие у истца права собственности на имеющийся в натуре объект, а также незаконность владения этим имуществом конкретным лицом (лицами). В случае недоказанности одного из перечисленных выше обстоятельств иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворен быть не
признан надлежащим, если спорным является вопрос о принадлежности лицу на праве собственности объекта. Таким образом, по делу об истребовании имущества из чужого незаконного владения юридически значимой и подлежащей доказыванию является одновременная совокупность следующих обстоятельств: наличие у истца права собственности на имеющийся в натуре объект недвижимости определенной площади, а также незаконность владения этим имуществом конкретным лицом (лицами). Данная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 4КГ13-35. По смыслу названых положений, незаконный владелец – это лицо, владеющее вещью против воли собственника, в отличие от законного владельца, который владеет вещью по воле собственника. Кроме того, законное владение, в отличие от незаконного, основано на том или ином праве на имущество. Как правило, законное владение имеет источник в действительном договоре с собственником, то есть осуществляется по воле собственника. Законное владение прекращается не с утратой фактического владения, а с прекращением того права, которое было получено от собственника. Если лицо, считающее себя собственником спорного
чрезвычайным ситуациям техногенного характера, что может повлечь причинение вреда неопределенному кругу лиц. По результатам проведенной проверки ДД.ММ.ГГГГ в адрес директора ООО ТД «Гранд-Трейд» ФИО2 внесено представление об устранении нарушений требований законодательства о безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта, по результатам рассмотрения которого в прокуратуру поступил ответ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому следует, что обществом меры по устранению выявленных нарушений не приняты, железнодорожный путь в соответствие с требованиями законодательства не приведен. В соответствии с действующим законодательством владелец - это лицо, которое фактически владеет имуществом на основании закона или договора. На основании договора аренды, арендатор является законным владельцем имущества. ФИО2 договором аренды от ДД.ММ.ГГГГ б/н передал ООО ТД «Гранд-рейд» во временное владение и пользование за плату железнодорожный путь. В соответствии с п. 3.2.3 Договора аренды следует, что арендатор обязан юдцерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий и капитальный ремонт имущества и содержать в пригодном для эксплуатации состоянии. Также, в соответствии с
