инстанции такие нарушения допущены. Суд первой инстанции, удовлетворяя административный иск, исходил из того, что река Селенга является объектом федеральной собственности, спорные земельные участки расположены внутри береговой линии, то есть в границах водного объекта, и являются землями водного фонда, возведенные на них строения не связаны с созданием и развитием особо охраняемых природных территорий федерального значения, с системами жизнеобеспечения существующих промышленных, жилых и рекреационных объектов, являются самовольными строениями, вопреки запрету федерального законодателя возведенными в границах водного объекта федерального значения , осуществление мер по охране которого является полномочием органа государственной власти субъекта Российской Федерации, каковым является Минприроды Республики, обязанное обратиться с заявкой о финансировании мероприятий по охране водного объекта в Федеральное агентство водных ресурсов. Суд апелляционной инстанции признал решение суда законным, согласился с выводами суда об обоснованности требований административного истца, который, установив бездействие административных ответчиков при осуществлении полномочий в сфере водных отношений, просил суд устранить такое бездействие путем исполнения обязанностей, возложенных на них
более субъектов Российской Федерации, документы территориального планирования субъекта Российской Федерации и документы территориального планирования муниципальных образований не подлежат применению в части, противоречащей утвержденным документам территориального планирования Российской Федерации, со дня утверждения. Частью 1 статьи 10 ГрК РФ предусмотрено, что документами территориального планирования Российской Федерации являются схемы территориального планирования Российской Федерации, в том числе в области федерального транспорта (железнодорожный, воздушный, морской, внутренний водный, трубопроводный транспорт). В положениях о территориальном планировании, содержащихся в схемах территориального планирования Российской Федерации, указываются сведения о видах, назначении и наименованиях планируемых для размещения объектовфедеральногозначения , их основные характеристики, их местоположение (указываются наименования муниципального района, поселения, городского округа, населенного пункта), а также характеристики зон с особыми условиями использования территорий в случае, если установление таких зон требуется в связи с размещением данных объектов (часть 5 статьи 10 ГрК РФ). К схемам территориального планирования Российской Федерации прилагаются материалы по их обоснованию в текстовой форме и в виде карт.
или должностным лицом оспариваемого акта, поскольку это относится к исключительной компетенции органов государственной власти Российской Федерации, ее субъектов, органов местного самоуправления и их должностных лиц. Часть 3 статьи 17 Закона о рыболовстве (в редакции, действовавшей до 1 января 2019 г.) определяла, что к водным объектам рыбохозяйственного значения относились водныеобъекты, которые использовались или могли быть использованы для добычи (вылова) водных биоресурсов. Вступившим в законную силу с 1 января 2019 г. Федеральным законом от 29 июля 2017 г. № 225-ФЗ указанная выше норма изложена в новой редакции, согласно которой критерии и порядок отнесения водного объекта или его части к водным объектам рыбохозяйственного значения , порядок определения категорий водных объектов рыбохозяйственного значения устанавливаются Правительством Российской Федерации. Ссылка ФИО2 в апелляционной жалобе на то, что Положение об отнесении водного объекта или части водного объекта к водным объектам рыбохозяйственного значения и определении категорий водных объектов рыбохозяйственного значения, которое установило порядок отнесения водного объекта или
среду, учитывая специфику водохозяйственного района, количество и опасность поступивших в водный объект вредных веществ, категорию водного объекта, климатические условия. Исчисление размера вреда основывается на компенсационном принципе оценки и возмещения размера вреда по величине затрат, необходимых для установления факта причинения вреда и устранения его причин и последствий, в том числе затрат, связанных с разработкой проектно-сметной документации, и затрат, связанных с ликвидацией допущенного нарушения и восстановлением состояния водногообъекта до показателей, наблюдаемых до выявленного нарушения, а также для устранения последствий нарушения (пункт 6 Методики). Статьей 19 Федерального закона «Об охране окружающей среды» закреплено, что нормирование в области охраны окружающей среды осуществляется в целях гарантирующего сохранение благоприятной окружающей среды и обеспечение экологической безопасности государственного регулирования хозяйственной и (или) иной деятельности для предотвращения и (или) снижения ее негативного воздействия на окружающую среду (пункт 1). Нормирование в области охраны окружающей среды заключается в установлении нормативов качества окружающей среды, нормативов допустимого воздействия на окружающую среду при
исследование судом обстоятельств дела, неправильное применение норм материального права. В жалобе указывает на неправомерный вывод суда о пропуске прокуратурой срока подачи искового заявления в суд. Податель жалобы полагает, что срок исковой давности исчисляется с момента проведения проверки и когда природоохранному прокурору стало известно о нарушении закона, то есть с 22.03.2016. Заявитель ссылается на то, что им в материалы дела представлены доказательства того, что в границах незаконно переданного администрацией в собственность земельного участка расположены водные объекты федерального значения и общедоступные, ограниченные в обороте, территории. Подпунктом 3 10 ч. 5 ст. 27 Земельного кодекса Российской Федерации предусмотрены ограничения в обороте для находящихся в государственной или муниципальной собственности земельных участков, в том числе в пределах которых расположены водные объекты, находящиеся в государственной собственности, а также земельные участки, расположенные под объектами гидротехнических сооружений. Судом по ходатайству ООО «Пикелянское» назначено проведение землеустроительной экспертизы, по результатам которой экспертами сделаны выводы об отсутствии в пределах земельного участка
Функции ведения государственного водного реестра по Балтийскому бассейновому округу возложены в том числе на Невско-Ладожское бассейновое водноеуправление. Заявитель в 2008 году обратился в Невско-Ладожское бассейновое управление с заявлением о внесении в реестр водных объектов Ленинградской области находящихся в оперативном управлении заявителя межхозяйственных каналов, находящихся в федеральной собственности. Из ответа Невско-Ладожское бассейнового водного управления от 05.10.2009 № Р6-34-4442 следует, что подготовленные для внесения в государственный водный реестр межхозяйственные каналы представляют собой канализированные ручьи – водные объекты федерального значения , которые были включены в мелиоративные системы, но в настоящее время (т.е. по состоянию на 05.10.2009) выписку о внесении вышеуказанных каналов в государственный водный реестр предоставить невозможно, поскольку реестр находится в стадии наполнения. Таким образом, уполномоченный орган Федерального агентства водных ресурсов подтвердил принадлежность принадлежащих заявителю на праве оперативного управления межхозяйственных каналов к водным объектам федерального значения и ссылка инспекции на ответ Невско-Ладожского бассейнового водного управления от 11.06.2009 № А2-34-2724, в котором сообщается, что
В силу статьи 36 Водного кодекса Российской Федерации от 16.11.1995г., в собственности Российской Федерации (федеральной собственности) находятся поверхностные водные объекты, акватории и бассейны которых расположены на территориях двух и более субъектов Российской Федерации; трансграничные (пограничные) водные объекты; внутренние морские воды; территориальное море Российской Федерации; водные объекты, являющиеся особо охраняемыми природными территориями федерального значения или представляющие собой часть этих территорий; водные объекты, являющиеся частью территории курортов или лечебно-оздоровительных местностей федерального значения; иные особо охраняемые водные объекты федерального значения . В статье 111 Водного кодекса Российской Федерации от 16.11.1995г. указано, что водоохранной зоной является территория, примыкающая к акватории водного объекта, на которой устанавливается специальный режим использования и охраны природных ресурсов и осуществления иной хозяйственной деятельности. Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.11.1996г. № 1404 утверждено Положение о водоохранных зонах водных объектов их прибрежных защитных полосах. В пункте 5 данного Постановления указано, что проекты водоохранных зон и прибрежных защитных полос утверждаются органами исполнительной власти
в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета (в порядке п. 1 ст. 374 НК РФ). Ссылка налогового органа на то, что спорные искусственные сооружения, находящиеся на балансе учреждения, не имеют никакого отношения к водным объектам, отклоняется судом. В материалах дела имеется перечень водных объектов (ручьев, каналов межхозяйственного назначения) и их характеристики, находящиеся на балансе учреждения. Согласно письму Невско-Ладожского бассейного водного управления от 05.10.2009 № Р6-34-4442 межхозяйственные каналы представляют собой канализационные ручьи – водные объекты федерального значения , которые были включены в мелиоративные системы. Кроме того, согласно статье 1 Федерального закона от 10.01.2002 N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" природные ресурсы представляют собой компоненты природной среды, природные и природно-антропогенные объекты. Под природно-антропогенным объектом понимается природный объект, измененный в результате хозяйственной и иной деятельности, и (или) объект, созданный человеком, обладающий свойствами природного объекта и имеющий рекреационное и защитное значение. Таким образом, оценив технические характеристики имеющихся у учреждения объектов, суд считает, что
что, по мнению административного истца, является основанием для последующего лишения его права собственности на указанные земельные участки. Выражает несогласие с тем, что оспариваемый протокол не подписан всеми участниками межведомственного совещания. При этом указывает на то, что напротив, вступившими в законную силу судебными актами – решением арбитражного суда Тульской области по делу № А68-3981/2017 и апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 23 ноября 2018 года № 2-1/17 установлено, что водные объекты федерального значения на принадлежащих ему земельных участках отсутствуют. Данное обстоятельство, считает административный истец, проигнорировано Московско-Окским бассейновым водным управлением. Указывает, что по итогам проведения межведомственного совещания министерством природных ресурсов и экологии Тульской области заключен государственный контракт, целью реализации которого, в частности, является определение нахождения береговой полосы реки Рудица на указанных земельных участках, с чем также не согласен. Административный истец ФИО1 в судебном заседании административные заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении. Представитель
в аренду. Третье лицо - представитель Дубровского отдела Управления Росреестра по Брянской области в судебное заседание не явился, ранее в судебном заседании руководитель отдела ФИО6 исковые требования ФИО1 поддержала частично в части затрат на регистрацию и за проведение работ по межеванию. Она принимала решение об отказе в государственной регистрации в связи с отменой администрацией Рогнединского района постановления о предоставлении ФИО1 земельного участка в аренду. Из кадастрового паспорта не следовало, что это водный объект. Водные объекты федерального значения регистрации не подлежат. По другим водным объектам направляется запрос в Московско-Окское управление по водным ресурсам. Третье лицо - представитель сельской администрации МО «Вороновское сельское поселение» в судебное заседание не явилась, в письменном заявлении просила рассмотреть дело без участия представителя. С исковыми требованиями не согласна. Ранее в судебном заседании глава сельской администрации ФИО7 пояснила, что в составе комиссии подписала акт выбора земельного участка, т.к. в представленных документах ФИО1 не был обозначен водный объект. ФИО1
