Возвращение уголовного дела прокурору судебная практика - гражданское законодательство и судебные прецеденты

стражу, закрепленных в статьях 108 и 109 данного Кодекса, а также в части третьей его статьи 237. По смыслу части третьей статьи 237 УПК Российской Федерации, суд, решая при возвращении уголовного дела прокурору вопрос о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, обязан устанавливать разумный срок, необходимый для производства следственных и иных процессуальных действий, учитывая при этом продолжительность содержания обвиняемого под стражей на досудебной стадии процесса с тем, чтобы его пребывание под стражей не превысило предельные сроки, предусмотренные статьей 109 УПК Российской Федерации, и исключая при этом время содержания обвиняемого под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до его возвращения прокурору, сроки исчисления которого определены статьей 255 данного Кодекса для судебной стадии. Именно такой подход воспринят правоприменительной практикой . Так, в постановлении от 29 октября 2009 года N 22 "О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста" Пленум Верховного Суда

того, на какой стадии уголовного судопроизводства эти решения принимаются (Постановление от 22 марта 2005 года N 4-П). По смыслу части третьей статьи 237 УПК Российской Федерации, суд, решая при возвращении уголовного дела прокурору вопрос о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, обязан устанавливать разумный срок, необходимый для производства следственных и иных процессуальных действий, учитывая при этом продолжительность содержания обвиняемого под стражей на досудебной стадии процесса с тем, чтобы его пребывание под стражей не превысило предельные сроки, предусмотренные статьей 109 УПК Российской Федерации, и исключая при этом время содержания обвиняемого под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до его возвращения прокурору, сроки исчисления которого определены статьей 255 данного Кодекса для судебной стадии. Именно такой подход воспринят правоприменительной практикой . Так, в постановлении от 29 октября 2009 года N 22 "О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста" Пленум Верховного Суда

А.С., возражавшего против удовлетворения кассационного представления, просившего оставить судебные решения без изменения, суд у с т а н о в и л: по постановлению уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору Октябрьского района г. Пензы для устранения препятствий его рассмотрения судом. В кассационном представлении заместитель прокурора Пензенской области Новиков Е.В. указывает на незаконность судебных решений, на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм уголовно-процессуального закона. Анализируя указанные судом первой инстанции основания возвращения уголовного дела прокурору, судебную практику Первого кассационного суда общей юрисдикции, ссылаясь на диспозицию ст. 237 УПК РФ, разъяснения, содержащиеся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 года № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ», п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 года № 28 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», полагает, что предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований

Панова Н.О. выражает несогласие с постановлением суда, считает, его незаконным, необоснованным, противоречащим требования ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для возвращения уголовного дела прокурору не имелось. Указывает, что обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 220 УПК РФ, содержит данные о расчетном счете на который <...> были перечислены в качестве субсидии денежные средства, часть которых была незаконно получена в результате совместных действий обвиняемых. Полагает, что отсутствие в обвинительном заключении указания наименования банка, не является существенным нарушением норм закона и не препятствует рассмотрению уголовного дела по существу. Приводя, разъяснения, содержащиеся в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», указывает, что не имеет правового значения обстоятельство, каким образом обвиняемые распорядились похищенными денежными средствами. В обвинительном заключении указано, что обвиняемые распорядились похищенными денежными

чем он конкретно обвиняется. По мнению суда первой инстанции, допущенные органом следствия нарушения являются существенными, препятствуют рассмотрению дела по существу и не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, а потому возвращение настоящего уголовного дела прокурору имеет целью приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями, установленными в уголовно-процессуальном законе, что дает возможность после устранения выявленных существенных процессуальных нарушений и предоставления участникам уголовного судопроизводства возможности реализовать соответствующие права, вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия решения. Суд апелляционной инстанции соглашается с данным выводом суда первой инстанции в полном объеме. Как правильно указал суд первой инстанции, ссылаясь на положения п. п. 10,11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года №24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и иных коррупционных преступлениях», получение и дача взятки считаются оконченными с момента принятия должностным лицом хотя бы части передаваемых ему ценностей (например, с момента передачи их лично