защита охраняемых законом публичных интересов. Между тем, таких оснований по результатам изучения судебных актов, принятых по делу, и доводов кассационной жалобы заявителя не установлено. Принимая обжалуемые судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 431, 886, 889, 900 Гражданского кодекса Российской Федерации, установили, что суть правоотношений, сложившихся между истцом и ответчиком, сводилась к выполнению монтажных и ремонтных работ с использованием приобретенных истцом (заказчиком) материалов и оборудования, что само по себе не предполагает возврата вещи заказчику – поклажедателю. Вследствие чего суды пришли к выводу о том, что волеизъявление сторон на возникновение отношений по хранению имущества отсутствовало. Истцом не доказан факт того, что между сторонами фактически сложились отношения, направленные на хранение материалов и оборудования, поскольку материалы дела свидетельствуют о постоянном использовании данных материалов в деятельности в соответствии с договором от 01.01.2015 № 19. Суд округа поддержал выводы судов первой и апелляционной инстанции. Неправильного применения судами норм права, влекущих отмену обжалуемых
ссылаясь на вступившие в законную силу судебные акты по делам №№ А65-16030/2015, А65-22482/2015 и А65-1630/2017, условия договора аренды от 01.04.2010 со сроком действия до 31.03.2015, направленное в адрес арендатора уведомление от 01.04.2015 о прекращении договора аренды в порядке статьи 610 Гражданского кодекса, приводит доводы об отсутствии у общества правовых оснований пользования спорными нежилыми помещениями подземного перехода. Комитет полагает, что неправомерное поведение арендатора не может быть защищено исковой давностью, поскольку собственник вещи вправе обратиться за возвратомвещи даже по новому иску, арендатор не может стать собственником вещи по основанию истечения исковой давности. По мнению комитета, возобновив заключенную между сторонами сделку, суды, в нарушение вышеприведенных положений гражданского законодательства, вышли за пределы своих полномочий и лишили комитет права на возврат муниципального имущества. Комитет отмечает, что не освобождая помещения и продолжая пользоваться муниципальным имуществом, общество лишает истца возможности выставить указанное имущество на торги и заключить договор аренды на иных более выгодных условиях. Общество в
день фактической оплаты неосновательного обогащения. Исковые требования основаны на статьях 136, 303, 395, 1102, 1105, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 40 Земельного кодекса Российской Федерации и мотивированы извлечением ответчиком доходов от использования земельного участка, находящегося в его незаконном владении и принадлежащего на праве собственности истцу. Арбитражный суд Республики Марий Эл решением от 12.04.2021 отказал в удовлетворении исковых требований, придя к выводу о том, что право на возмещение доходов связано с предъявлением требования о возврате вещи из чужого незаконного владения, которое истец не только не предъявлял, но и 29.06.2020 заключил новый договор аренды этого земельного участка; истец злоупотребил правом. Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 09.09.2021 отменил решение суда первой инстанции и удовлетворил иск частично, взыскав с ФИО1 в пользу Администрации 1 238 887 рублей 14 копеек неосновательного обогащения, 105 490 рублей 34 копейки процентов с 26.12.2019 по 02.09.2021, проценты с 03.09.2021 по день фактической оплаты долга, и отказал в
по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.08.2022 № 306-ЭС22-8161, от 20.12.2022 № 305-ЭС22-17153 и № 305-ЭС22-17040). В настоящем деле с учетом установленных апелляционным судом фактических обстоятельств и пояснений сторон (приведенных также в суде кассационной инстанции) о нахождении сторон не в вещных, а в обязательственных отношениях по поводу пользования автомашиной ответчиком с согласия истца, течение срока исковой давности не могло быть начато ранее истечения срока соответствующего досудебного требования должнику со стороны кредитора о возврате вещи , срок пользования которой не был ими определен. До предъявления истцом требования о возврате автомашина на законном основании временно находилась у ответчика и использовалась им. Нарушение прав истца обусловлено не утратой владения вещью, а отказом ответчика добровольно возвратить вещь после того, как предприниматель выразил волю на прекращение возникших между ними обязательственных отношений. К установленным спорным отношениям безвозмездного пользования автомашиной ответчиком не как своей собственной, а временно без определения срока с согласия истца, суд первой
Судебная коллегия руководствовалась статьями 162, 195, 196, 200, 307, 309, 314, 689, 699 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», и исходила из того, что в рассматриваемом случае срок исковой давности, течение которого не могло начаться ранее истечения срока соответствующего досудебного требования должнику со стороны кредитора о возврате вещи , срок пользования которой не был ими определен, предпринимателем не пропущен. Коллегия указала, что до предъявления истцом требования о возврате автомашины на законном основании временно находилась у ответчика; нарушение прав истца обусловлено не утратой владения вещью, а отказом ответчика добровольно возвратить вещь после того, как истец выразил волю на прекращение возникших между ними обязательственных отношений. Поскольку судом округа допущены существенные нарушения норм материального права, которые повлияли на исход рассмотрения дела и без устранения которых
других полученных им вещей того же рода и качества или оплатить стоимость вещей в деньгах. Истец утверждает, что передал ООО «Невель» 45100 пар ботинок мужских, а ООО «Невель» в согласованный договором займа срок не возвратило вещи. В подтверждение передачи вещей истцом представлены копия акта приема-передачи имущества к договору займа от 16.10.2012 г. и расписка в получении «Вещей» по договору займа от 16.10.2012г. В соответствии с пунктами 1.3 и 3.2.1 Договора займа заемщик обязуется осуществить возврат вещи заимодавцу или выплатить стоимость вещи в деньгах до 30.06.2013 года. Впоследствии ООО «Невель» прекратило свою деятельность в связи с присоединением к ООО «Соренто». Истец указывает на то, что вещи не были возвращены в согласованный договором займа срок. Судом первой инстанции была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ООО «Центр независимой экспертизы «Петроградский Эксперт» ФИО7 Оценив представленные в деле доказательства, с учетом выводов эксперта, сделанных в заключении №335-22/14 от 08.10.2014, суд первой инстанции
у лиц, заключивших договор купли-продажи будущей недвижимой вещи (включая случаи, когда на такого рода договоры распространяется законодательство об инвестиционной деятельности), по правилам пункта 2 статьи 223 ГК РФ, то есть с момента государственной регистрации этого права за покупателем. В силу статьи 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Виндикационный иск представляет собой требование не владеющего вещью собственника к владеющему вещью лицу, не являющемуся собственником. Целью предъявления такого иска является возврат вещи во владение лицу, доказавшему свои права на истребуемое имущество. Установив, что государственная регистрация прав Кооператива на спорные помещения не производилась, суды пришли к правильному выводу, что право собственности Кооператива не может считаться возникшим, и обоснованно отказали в удовлетворении иска. Как указано в пункте 4 Постановления № 10/22, обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле. Такие лица могут обратиться в суд
собственником животных ФИО1 без замечаний. Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что закон в части выплаты вознаграждения за находку, в том числе животных, не содержит условие о возникновении у собственника найденной вещи безусловной обязанности по выплате нашедшему вознаграждения, основаны на неверном толковании положений ст. 229 ГК РФ. Основанием для возникновения права на вознаграждение является фактический состав, в который входит сам факт обнаружения вещи (ее находка), исполнение обязанностей нашедшего (хранение, заявление о находке), а также возврат вещи лицу, уполномоченному на ее получение. При выполнении указанных гражданско-правовых обязанностей лицо, нашедшее вещь, не может быть лишено права на соответствующее вознаграждение. Выводы суда первой инстанции являются правильными, основанными на верно установленных обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, и применимых нормах права. Оценка представленных в дело доказательств в совокупности, произведенная судом апелляционной инстанции в порядке статьи 71 АПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле
убытков. Доводы заявителя кассационной жалобы о неправильном применении норм материального права выводы судов не опровергают и не свидетельствуют о наличии оснований для отмены принятых судебных актов. При этом необходимо отметить, что согласно объяснениям ФИО1 от 11.03.2021, полученным в рамках доследственной проверки, до настоящего времени к ООО «Ломбард Выгода» он не обращался в связи с отсутствием денежных средств для выкупа ювелирного изделия. При таких условиях, как правильно указал суд первой инстанции, органам дознания следовало произвести возврат вещи непосредственно обществу. Неправильного применения норм материального права, несоответствия выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено. По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287
материалы дела не представлено и доводами апелляционной жалобы не опровергнуто. Наряду с указанным, судом обоснованно отмечено следующее. Пунктом 1 статьи 209 ГК РФ предусмотрено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Согласно статье 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого имущество находится в незаконном владении. Виндикационный иск представляет собой требование не владеющего вещью собственника к владеющему вещью лицу, не являющемуся собственником. Цель предъявления такого иска - возврат вещи с индивидуально-определенными признаками во владение лицу, доказавшему свои права на истребуемое имущество. Из указанной нормы права, с учетом правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 следует, что при рассмотрении виндикационного иска необходимо установить следующие обстоятельства: 1) истец обладает правом собственности или иным вещным правом в отношении истребуемого имущества, возможна конкретизация истребуемого имущества путем установления его индивидуально-определенных признаков, 2) спорное имущество находится
вещь до востребования ее поклажедателем. Если срок хранения определен моментом востребования вещи поклажедателем, хранитель вправе по истечении обычного при данных обстоятельствах срока хранения вещи потребовать от поклажедателя взять обратно вещь, предоставив ему для этого разумный срок. Неисполнение поклажедателем этой обязанности влечет последствия, предусмотренные статьей 899 настоящего Кодекса. Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем присуждения к исполнению обязанности в натуре. Таким образом, действия Ответчика нарушают право Истца на возврат вещи , обязательства по хранению которой прекратились по окончании ремонта автомобиля. На основании изложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца об обязании ответчика ФИО2 забрать у ООО «Ставрополь-Авто» автомобиль <данные изъяты> идентификационный номер (VIN) № в течение 7 дней со дня вступления в силу судебного акта. Также истцом заявлены требования о взыскании судебной неустойки, рассматривая которые суд приходит к следующим выводам. В соответствии с п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от
