2/3 от заработка, поскольку детский сад был закрыт на карантин. Представитель ответчика МБОУ «Васильевская СОШ» ФИО5 возражала против заявленных требований, пояснила, что в январе 2016 года ФИО2 отработала неполный месяц, так как в школе был объявлен карантин, и она была направлена в отпуск с сохранением 2/3 заработной платы на 5 дней. В связи с чем ей была выплачена заработная плата за фактически отработанное время 72 часа, в то время как норма рабочего времени женщин на селе за январь 2016 года составляет 108 часов. Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела суд приходит к следующему. В соответствии с п. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Согласно ст. 21 Трудового Кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей
службы государственной регистрации, кадастра и картографии на 2017-2019 г. г. от 28.12.2016 г. в п. 2 также содержится норма о том, что для гражданских служащих и работников центрального аппарата, территориальных органов и подведомственных организаций Росреестра обеспечивается нормальная продолжительность служебного (рабочего) времени, не превышающая 40 часов в неделю, за исключением лиц, для которых законодательством установлена иная продолжительность рабочего времени. Ввиду того, что ФИО1 была установлена 40-часовая рабочая неделя, а не 36-часовая, как предусмотрено для женщин на селе , имеет место переработка за 2015 г., 2016, 2017 годы по 197,6 часов в год, за 2018 г. – 6,6 ч. ФИО1 полагает, что ей должна быть выплачена компенсация за переработку в размере 153034 руб. 66 коп., а также – компенсация морального вреда в сумме 10 000 руб. Уточнив исковые требования ФИО1 просила суд взыскать с ответчика в ее пользу: сумму задолженности за неиспользованный отпуск в размере 14405 руб. 18 коп., заработную плату
открытия наследства. Так же факт принятия наследства подтверждается показаниями свидетеля Р.В.Н.., который пояснил следующее. Он - свидетель является знакомым ФИО1 и после смерти его жены часто приходил к нему в гости. После смерти жены К.Л.. осталось наследство в виде животного подворья, за которым ранее ухаживала умершая. После ее смерти за скотиной стал ухаживать Каштанов. Он так же содержал совместно приобретенный супругами дом. Так же Каштанов передал « на помин» вещи К. Л. знакомым женщинам на селе . Все действия по уходу и распоряжению имуществом жены он стал совершать сразу после ее смерти до истечения 6-ти месячного срока. так же известно, что каштанов передавал в пользование земельную долю супруги в сельхозпроизводство «Иволга» и получал за ее пользование сену и солому. Следовательно, ФИО1 являясь наследником первой очереди, заинтересован в установлении наследственного имущества, оставшегося после смерти К.Л.И., является надлежащим истцом по делу. Судом достоверно установлено, что К.Л.И.. являлась собственником <данные изъяты> доли
