Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд в составе председательствующего судьи Сорокина В.П. (шифр судьи 83-527), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Елпаевой Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление Республики Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь - Правительства Республики Беларусь) Министерства юстиции Республики Беларусь об отмене решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 12.03.2020 по делу № М-240/2018 по иску ООО "УК "ДАВИНЧИ" (ИНН 7701904430) к Республике Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь - Правительства Республики Беларусь) Министерства юстиции Республики Беларусь о взыскании 3.230.516,95 долл. США. заинтересованное лицо: ООО "УК "ДАВИНЧИ" (ИНН 7701904430), а также по заявлению ООО "УК "ДАВИНЧИ" (ИНН 7701904430) о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 12.03.2020 по делу №М-240/2018 по иску ООО "УК "ДАВИНЧИ" (ИНН 7701904430) к Республике Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь - Правительства Республики Беларусь) Министерства юстиции Республики Беларусь о взыскании 3.230.516,95 долл. США. заинтересованное лицо: Республика Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь - Правительства Республики Беларусь) Министерства юстиции Республики Беларусь третье лицо: Евразийский банк развития (050051, Республика Казахстан, г. Алматы, пр. Достык, д. 220).

при участии:

от заявителя – ФИО1 на основании доверенности № 32-Д от 11.06.2020, ФИО2 на основании доверенности от 02.02.2021 № 3-Д, на основании доверенности от 11.06.2020

от заинтересованного лица – ФИО3 на основании доверенности от 18.06.2020.

от третьего лица - не явился, извещено.

УСТАНОВИЛ:

Республика Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь - Правительства Республики Беларусь) (далее - Республика Беларусь, Заявитель, Ответчик по третейскому делу № М-240/2018) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об отмене решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 12.03.2020 по третейскому делу № М-240/2018 по иску ООО "УК "ДАВИНЧИ" (ИНН <***>) к Республике Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь - Правительства Республики Беларусь) о взыскании 3.230.516,95 долл. США.

Указанному заявлению присвоен номер дела №А40-100098/20-83-527.

К участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Общество с ограниченной ответственностью "Управляющая Компания "Давинчи" (далее – ООО "УК "ДАВИНЧИ", Заинтересованное лицо, Истец по третейскому делу № М-240/2018).

Определением суда от 08.07.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Евразийский банк развития.

Судом было установлено, что Арбитражным судом г. Москвы также рассматривается дело № А40-106821/20-83-566, по заявлению ООО "УК "ДАВИНЧИ" о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по третейскому делу М-240/2018.

Определением от 05.08.2020, суд объединил в одно производство дело № А40-100098/20-83-527 с делом № А40-106821/20-83-566 для их совместного рассмотрения, с присвоением объединенному делу № А40-100098/20-83-527.

В судебное заседание не явился представитель третьего лица, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в связи с чем дело рассматривается в его отсутствие в порядке ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Заявитель (Республика Беларусь) просил отменить решение МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по третейскому делу № М-240/2018 по доводам изложенным в заявлении и письменных возражениях, а также отказать в удовлетворении заявления ООО "УК "ДАВИНЧИ" о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения от 12.03.2020 по данному третейскому делу (№ М-240/2018).

Заинтересованное лицо (ООО "УК "ДАВИНЧИ") просило выдать исполнительный лист на принудительное исполнение решения МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по делу М-240/2018, а также отказать в заявлении Республики Беларусь об отмене решения от 12.03.2020 по данному третейскому делу (№ М-240/2018).

Третье лицо представило письменную позицию.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, оценив представленные доказательства, суд установил следующее.

Из материалов дела усматривается, что 12.03.2020 коллегия арбитров постоянно действующего арбитражного учреждения, осуществляющего деятельность по администрированию международного коммерческого арбитража и арбитража внутренних споров - Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее - МКАС при ТПП РФ), расположенного по адресу: 109012, <...>, в составе председателя ФИО4 и арбитров ФИО5 и ФИО6 рассмотрела третейское дело № М-240/2018 по иску общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «ДаВинчи» к Республике Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь- Правительства Республики Беларусь) о взыскании 3 230 516, 95 долл. США.

Коллегия арбитров МКАС при ТПП РФ приняла на рассмотрение спор в соответствии с арбитражной оговоркой, содержащейся в п. 18 Гарантии Правительства Республики Беларусь №873/138 от 30 июня 2011г. (далее - Гарантия), которой установлено, что любой спор, разногласия или иск, возникшие из настоящей Гарантии или в соответствии с ней или исполнение, нарушение, распространение, прекращение, или недействительность данной Гарантии подлежат окончательному разрешению МКАС при ТПП РФ в соответствии с его Регламентом; споры подлежат рассмотрению тремя арбитрами, назначаемыми согласно Регламенту арбитражным судом; местом арбитражного разбирательства и местом вынесения решения по делу является город Москва; все решения МКАС при ТПП РФ будут являться обязательными к исполнению сторонами, указанными в этих решениях.

Рассмотрев спор по существу, коллегия арбитров МКАС при ТПП РФ вынесла решение от 12.03.2020 по третейскому делу № М-240/2018 о взыскании с ответчика, Республики Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь), в пользу истца, общества с ограниченно ответственностью «Управляющая компания «ДаВинчи», Россия 105005, <...>:

- долларов США 3 230 515, 95 в возмещение убытков, причиненных неисполнением обязанности, предусмотренной п. 2.7. Гарантии Правительства Республики Беларусь № 873/138 от 30 июня 2011г.;

- рублей 3 737 512 в возмещение расходов Истца по уплате регистрационного и арбитражного сборов;

- долларов США 115 408,92 в возмещение расходов Истца на оплату услуг юридических представителей и экспертов.

Рассмотрев заявление Республики Беларусь от отмене решение МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по третейскому делу № М-240/2018 суд считает его не подлежащим удовлетворению, ввиду следующего.

Заявителем (Республика Беларусь) в обоснование поданного в суд настоящего заявления об отмене решения МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по третейскому делу № М-240/2018, указано на следующие нарушения допущенные коллегией арбитров: решение вынесено по спору, не предусмотренному арбитражным соглашением; решение противоречит публичному порядку; сторона против которой принято решение, по уважительным причинам не могла представить свои пояснения; арбитражная процедура не соответствовала соглашению сторон.

В соответствии с ч. 4 ст. 238 АПК РФ при рассмотрении дела арбитражный суд в судебном заседании устанавливает наличие или отсутствие оснований для выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, предусмотренных статьей 239 настоящего Кодекса, путем исследования представленных в суд доказательств обоснования заявленных требований и возражений.

В статьях 233 АПК РФ и 34 Закона содержится исчерпывающий перечень оснований для отмены решения третейского суда (международного коммерческого арбитражного суда).

Так, в соответствии с частью 1 статьи 233 АПК РФ решение третейского суда может быть отменено арбитражным судом только в случаях, предусмотренных настоящей статьей.

Частью 3 указанной статьи предусмотрено, что решение третейского суда может быть отменено арбитражным судом лишь в случае, если сторона, подающая заявление об отмене такого решения, представит доказательства того, что:

1) одна из сторон третейского соглашения, на основании которого спор был разрешен третейским судом, не обладала полной дееспособностью;

2) третейское соглашение, на основании которого спор был разрешен третейским судом, недействительно по праву, которому стороны его подчинили, а при отсутствии такого указания - по праву Российской Федерации;

3) решение третейского суда вынесено по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, или содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения. Если постановления третейского суда по вопросам, которые охватываются третейским соглашением, могут быть отделены от постановлений по вопросам, которые не охватываются таким соглашением, может быть отменена только та часть решения, которая содержит постановления по вопросам, не охватываемым третейским соглашением;

4) состав третейского суда или процедура арбитража не соответствовали соглашению сторон или федеральному закону;

5) сторона, против которой принято решение третейского суда, не была должным образом уведомлена об избрании (назначении) третейских судей или о времени и месте заседания третейского суда либо по другим уважительным причинам не могла представить в третейский суд свои объяснения.

Частью 4 указанной статьи также предусмотрено, что арбитражный суд отменяет решение третейского суда, если установит, что:

1) спор, рассмотренный третейским судом, в соответствии с федеральным законом не может быть предметом третейского разбирательства;

2) решение третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации. Если часть решения третейского суда, которая противоречит публичному порядку Российской Федерации, может быть отделена от той части, которая ему не противоречит, может быть отменена только та часть решения третейского суда, которая противоречит публичному порядку Российской Федерации.

При этом, под публичным порядком сложившаяся судебная практика понимает фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы государства.

Основания для отмены решения третейского суда, предусмотренные статьей 233 АПК РФ, идентичны основаниям для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, установленным статьей 239 данного Кодекса.

То есть, круг фактических обстоятельств, подлежащих установлению судом по делам об обжаловании решения третейского суда и по делам о рассмотрении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда идентичен.

В соответствии с пунктом 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 N 53 "О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража" (далее – Пленум №53) в силу части 6 статьи 420, части 4 статьи 425 ГПК РФ, части 6 статьи 232, части 4 статьи 238 АПК РФ при рассмотрении заявлений об оспаривании решения третейского суда, о приведении его в исполнение суд не вправе переоценивать обстоятельства, установленные третейским судом, либо пересматривать решение третейского суда по существу и ограничивается установлением факта наличия или отсутствия оснований для отмены решения третейского суда.

Изучив материалы третейского дела № М-240/2018, а также представленные правовые позиции сторон, суд считает, что доводы положенные в основу заявления об отмене решения не могут служить основанием для отмены решения МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по делу М-240/2018, исходя из следующего.

Суд признает несостоятельным и направленным на переоценку состоявшегося решения довод Заявителя о том, что решение вынесено по спору, не предусмотренному арбитражным соглашением (абзац 4 подпункт 1 пункта 2 статьи 34 Закона).

В раздела VI решения МКАС при ТПП РФ, коллегия арбитров установила Компетенцию третейского суда на рассмотрение спора.

Коллегия отметила, что в ходе устных слушаний Ответчик (Республика Беларусь) ходатайствовал о рассмотрении вопроса о компетенции коллегии арбитров МКАС.

Коллегия, основываясь на положениях материального права и установленных при рассмотрении дела № А40-142013/2016-3-796 обстоятельствах, сделала вывод, что арбитражная оговорка и её содержание подтверждены Истцом надлежащим образом заверенной копией Гарантии, в которую эта оговорка включена, и данная копия Гарантии (а значит, и арбитражной оговорки) является достоверной. Обратное Ответчиком не доказано.

В п.4 раздела VI решения МКАС при ТПП РФ, коллегия арбитров рассмотрела возражения Ответчика, о том что Истец не приобрел права по Гарантии и, следовательно, права по содержащемуся в Гарантии арбитражному соглашению.

Коллегия арбитров, основываясь на нормах английского права, а также экспертных заключениях П. Э. Ки, сделала вывод, что «Евразийский банк развития» как первоначальный бенефициар по Гарантии, получив последнюю от Гаранта, принял все условия Гарантии, включая арбитражную оговорку, и стал, таким образом, участником арбитражного соглашения.

В настоящее время лицо, которому бенефициар по Гарантии уступил часть своих прав, возникших из Кредитного договора, и которое в связи с этим стало одним из участников обязательства, в известной части обеспеченного Гарантией, предъявило иск на основании включенной в Гарантию арбитражной оговорки. Таким образом, это лицо выразило намерение быть связанным условием о том, что всякий спор относительно выданной Гарантии должен рассматриваться в МКАС. Тем самым арбитражное соглашение было приведено в действие.

В соответствии с этим соглашением коллегия арбитров сделала вывод, что компетентна рассматривать возникший спор.

В п.5 раздела VI решения МКАС при ТПП РФ, коллегия арбитров отметила, что в пункте 19.1 Гарантии от 30 июня 2011 года № 873/138 Республика Беларусь недвусмысленно выразила свой отказ от государственного иммунитета в отношении любого судебного процесса, связанного с данной Гарантией, что позволяет коллегии арбитров констатировать в настоящем случае свою компетенцию по рассмотрению частноправового спора с участием Республики Беларусь.

С учетом вышеизложенного, коллегия арбитров руководствуясь пунктами 1, 2 и 3 статьи 1, статьей 7 и пунктом 1 статьи 16 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже», а также пунктами 1 и 2 § 1 Правил арбитража международных коммерческих споров, пришла к выводу о наличии у нее компетенции рассматривать данный спор в полном объеме.

Указанный вывод соответствует ч. 2 ст. 6 Закона N 297-ФЗ "О юрисдикционных иммунитетах", согласно которому, иностранное государство признается отказавшимся от судебного иммунитета в отношении споров, касающихся арбитражного или третейского соглашения, если данное иностранное государство заключило арбитражное или третейское соглашение о разрешении с его участием споров, которые возникли или могут возникнуть в будущем в связи с исполнением обязательств".

В разделе VII решения МКАС при ТПП РФ, коллегия арбитров разрешила вопрос о применении норм материального права при рассмотрении дела и указала следующее.

При рассмотрении гражданско-правовых споров с участием иностранных юридических лиц согласно статье 1186 ГК РФ необходимо руководствоваться, прежде всего, положениями международных договоров Российской Федерации, а также нормами раздела VI ГК РФ («Международное частное право»). Особенности определения права, подлежащего применению международным коммерческим арбитражем, устанавливаются Законом «О международном коммерческом арбитраже».

Согласно статье 1210 ГК РФ стороны договора могут при его заключении или впоследствии выбрать по соглашению между собой право, подлежащее применению к их правам и обязанностям по этому договору. Соответствующая договоренность должна быть прямо выражена или должна определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств дела. Подлежащее применению право может быть выбрано как для договора в целом, так и для отдельных его частей.

Обязательство из Кредитного договора от 19 апреля 2011 года, заключенного между «Евразийским банком развития» и СЗАО «Осиповичский вагоностроительный завод», посредством соответствующей оговорки в статье 16 названного договора было подчинено его сторонами праву Российской Федерации.

Отношения по Договору поручительства от 3 июня 2011 года между «Евразийским Банком Развития» и ФИО7 также регулируются нормами российского права, поскольку в пункте 17.1 договора стороны прямо условились об этом.

Переход отдельных прав Кредитора от «Евразийского банка развития» к ФИО7 (вследствие исполнения последним как поручителем обязательства Заемщика по Кредитному договору в сентябре 2015 года) состоялся на основании норм российского права, так как: а) статьей 1216.1 ГК РФ установлено, что при удовлетворении третьим лицом требования кредитора к должнику переход на основании закона прав кредитора к такому третьему лицу (новому кредитору) определяется по праву, подлежащему применению к отношениям между первоначальным кредитором и новым кредитором, если иное не вытекает. из закона или совокупности обстоятельств дела; б) согласно пункту 2 статьи 387 ГК РФ к отношениям, связанным с переходом прав на основании закона, применяются правила ГК РФ об уступке требования, если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений. То есть право, применимое к перемене лиц в обязательстве в силу закона, должно определяться так, как если бы имела место цессия, а цессия определяется по праву, применимому к договору, требование из которого передается третьему лицу. В данном случае таким договором является Кредитный договор от 19 апреля 2011 года, который подлежит действию права Российской Федерации.

Отношения, возникшие из договора уступки требования, подписанного 10 ноября 2015 года «Евразийским банком развития» и ООО «Параллель. ЮК», в соответствии с пунктом 4.4 этого договора подчинены действию российского права.

Обязательство из договора уступки требования № 08/2017/08-1, заключенного 8 августа 2017 года ФИО7 с ООО «Параллель. ЮК», регулируется ввиду состава его участников российским правом.

Пункт 17 Гарантии Правительства Республики Беларусь № 873/138 от 30 июня 2011 года предусматривает, что данная Гарантия и любые внедоговорные обязательства, возникающие на ее основании или в связи с ней, подлежат регулированию английским правом.

Кроме того, в пункте 1.4 Гарантии содержится отсылка к английскому праву, в частности, к Закону Великобритании «О договорах (права третьих лиц)» 1999 года, который подлежит непосредственному применению при разрешении вопроса о применимом праве в отношении материально-правовых требований Истца.

В связи с этим к отношениям по Гарантии подлежит применению английское право.

На утверждения Ответчика о том, что в деле подлежат применению императивные нормы Республики Беларусь, которые определяют порядок исполнения государственных гарантий и возмещения выплаченных по таким гарантиям денежных сумм, коллегия арбитров отметила следующее.

В обоснование своего утверждения Ответчик ссылается, в частности, на следующее.

Статья 1100 Гражданского кодекса Республики Беларусь предусматривает, что правила раздела этого Кодекса о международном частном праве не затрагивают действия императивных норм права Республики Беларусь, регулирующих соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права. Согласно пункту 6 статьи 68 Банковского кодекса Республики Беларусь, порядок предоставления и исполнения гарантий Правительства Республики Беларусь, а также возмещения в республиканский бюджет платежей, произведенных из республиканского бюджета в соответствии с гарантиями Правительства Республики Беларусь, устанавливается Президентом Республики Беларусь. Такой порядок установлен в главе 6 Положения о внешних государственных займах, утвержденного Указом Президента Республики Беларусь от 18 апреля 2006 г. № 252.

Таким образом, Ответчик полагает, что механизм исполнения им Гарантии, а также его действия по возмещению выплаченных сумм регулируются императивными нормами белорусского материального права.

Истец не согласен с указанными возражениями Ответчика и отмечает, что в силу статьи 17 Гарантии она регулируется английским правом, а арбитражное разбирательство по настоящему делу осуществляется на территории Российской Федерации. Соответственно, ссылки Ответчика на несоответствие каких-либо положений заключенной им Гарантии законодательству Республики Беларусь, по мнению Истца, являются необоснованными.

Истец подчеркивает, что в пункте 6.7 Гарантии Ответчик дал заверение, что выбор английского права к Гарантии будет признан и реализован Республикой Беларусь, равно как и любое арбитражное решение. Кроме того, Истец отмечает, что порядок возмещения гарантийных платежей в Указе Президента Республики Беларусь № 252 представляет собой процедурные правила, закрепленные на уровне подзаконного акта. В силу подзаконного характера Указа № 252 положения статьи 1100 Гражданского Кодекса Республики Беларусь не применимы.

Наряду с указанными возражениями Истца коллегия арбитров также обратила внимание на следующее.

Согласно пункту 2 статьи 1192 ГК РФ («Нормы непосредственного применения») суд, рассматривающий дело в Российской Федерации, может применять императивные нормы права другой страны, имеющей тесную связь с правоотношением, если согласно праву этой страны такие нормы являются нормами непосредственного применения. При этом суд должен учитывать назначение и характер таких норм, а также последствия их применения или неприменения.

Вместе с тем из пункта 1 той же статьи ГК РФ следует, что речь в данном случае идет о немногих нормах исключительного свойства, которые могут квалифицироваться как нормы безусловного применения либо в силу прямого указания на это в них самих, либо ввиду их особого государственного значения.

В данном случае условий для квалификации каких-либо норм белорусского права, соотносимых с действием Гарантии Республики Беларусь, в качестве норм непосредственного применения, не усматривается. Ответчик не назвал белорусских норм, в которых прямо говорилось бы об их применении в частноправовых отношениях с иностранным элементом вопреки праву, избранному сторонами для регулирования их обязательств.

Что касается квалификации правовых положений в качестве норм непосредственного применения по признаку особого их значения для Республики Беларусь, то оснований для таковой коллегия арбитров не находит с учетом следующего.

Обязываясь по Гарантии и ограничивая прямым указанием в Гарантии свой суверенитет, Республика Беларусь недвусмысленно выразила осознанное согласие с тем, что никакие нормы внутреннего белорусского законодательства не будут применяться вопреки условиям Гарантии до тех пор, пока все включенные в Гарантию положения не прекратят своего действия.

Таким образом, довод Ответчика о необходимости применения в деле императивных норм Республики Беларусь, коллегией арбитров оставлен без удовлетворения.

С учетом вышеизложенного, суд считает, что коллегия арбитров была компетентна принять к рассмотрению спор по третейскому делу № М-240/2018 на основании арбитражного соглашения, а также применила нужные нормы права, при этом подробно изложила свои мотивы.

Суд расценивает доводы Заявителя (Республики Беларусь) как направленные на переоценку мотивированных и ясных выводов сделанных коллегией арбитров МКАС при ТПП РФ в рамках рассмотрения третейского дела № М-240/2018.

Суд также признает несостоятельным довод Заявителя о том, что решение противоречит публичному порядку (абзац 3 подпункт 2 пункта 2 статьи 34 Закона).

Пунктом 2 части 4 статьи 233 АПК РФ предусмотрено, что арбитражный суд отменяет решение третейского суда, если установит, что решение третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Согласно пункту 51 постановления Пленума N 53 под публичным порядком в целях применения указанной нормы сложившаяся судебная практика понимает фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы государства.

Под публичным порядком в целях применения указанных норм понимаются фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы Российской Федерации.

Для отмены или отказа в принудительном исполнении решения третейского суда по мотиву нарушения публичного порядка суд должен установить совокупное наличие двух признаков: во-первых, нарушение фундаментальных принципов построения экономической, политической, правовой системы Российской Федерации, которое, во-вторых, может иметь последствия в виде нанесения ущерба суверенитету или безопасности государства, затрагивать интересы больших социальных групп либо нарушать конституционные права и свободы физических или юридических лиц.

Противоречие публичному порядку как основание для отмены решения третейского суда, отказа в приведении в исполнение решения третейского суда применяется судом в исключительных случаях, не подменяя специальных оснований для отказа в признании и приведении в исполнение, предусмотренных международными договорами Российской Федерации и нормами ГПК РФ и АПК РФ.

Как следует из материалов третейского дела, Ответчик в письменных объяснениях от 20 мая 2019 года ссылался коллегии арбитров на решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 6 апреля 2017 года по делу №2-521/2017 (далее – решение №2-521/2017), которое по его мнению устанавливает отсутствие возникновения прав по обеспечениям Кредитного договора.

Отклоняя указанный довод, суд считает необходимым отметить, что согласно преамбуле Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с выполнением функций содействия и контроля в отношении третейских судов и международных коммерческих арбитражей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, третейское разбирательство и международный коммерческий арбитраж являются альтернативным способом разрешения споров, важные особенности которого состоят в автономии воли сторон, конфиденциальности процедуры и возможности определения ее правил самими сторонами спора, беспристрастности и независимости арбитров, недопустимости пересмотра решения по существу судами, соответствии решения публичному порядку.

Аналогичные положения содержатся в абзаце пятом пункта 1 постановления Пленума N 53.

В п. 4 постановления Пленума N 53 указано, что правовое регулирование отношений в сфере внутреннего третейского разбирательства и международного коммерческого арбитража (далее в отношении внутреннего третейского разбирательства и международного коммерческого арбитража - третейское разбирательство), а также выполнения судами функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства в Российской Федерации осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, являющимися в соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, ГПК РФ, АПК РФ, Законом об арбитраже, Законом о международном коммерческом арбитраже, иными законами и нормативными правовыми актами.

Спор по делу №2-521/2017 представляет собой самостоятельное судебное разбирательство, с установлением и оценкой конкретных обстоятельств и представленных доказательств по делу.

Спор по третейскому делу №М-240/2018 также представляет собой самостоятельное альтернативное судебное разбирательство, с установлением и оценкой конкретных обстоятельств и представленных доказательств по делу.

При этом, основание и предмет, а также круг лиц по делу № 2-521/2017 рассмотренному Замоскворецким районным судом г. Москвы и делу №М-240/2018 рассмотренному МКАС при ТПП РФ не идентичен.

Суд отмечает, что не усматривает в решении по делу №2-521/2017 таких установленных судом обстоятельств, которые бы имели прямое значение для арбитров при рассмотрении дела №М-240/2018.

С учетом изложенного, суд не установил оснований для отмены решения ввиду противоречия указанного решения публичному порядку Российской Федерации (Пункт 2 часть 4 статьи 233 АПК РФ).

Довод Заявителя о том, что коллегия арбитров в своем решении вышла за пределы заявленных ООО «УК «ДаВинчи» требований (абзац 3 подпункт 1 пункта 2 статьи 34 Закона), является также несостоятельным по следующим основаниям.

В рамках третейского разбирательства в МКАС при ТПП РФ, ООО «УК «ДаВинчи» требовало признать нарушение Республикой Беларусь пункта 2.7. Гарантии и взыскать с Республики Беларусь в пользу ООО «УК «ДаВинчи» 3 230 516,95 долларов США.

Удовлетворяя требования ООО «УК «ДаВинчи», коллегия арбитров квалифицировала определенную к взысканию сумму в размере 3 2 30 516,95 долларов США как убытки ООО «УК «ДаВинчи», причиненные Республикой Беларусь в связи с неисполнением пункта 2.7. Гарантии.

Доводы Заявителя о том, что предметом спора являлись не убытки, а право на получение денежных средств, по своей сути направлены на переоценку выводов коллегии арбитров о правовой природе определенной к взысканию суммы, фактических обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств, а также направлены на Заявление несогласия с Решением МКАС при ТПП РФ по существу.

Доводы Заявителя о том, что коллегия арбитров лишила Заявителя права предоставить свои объяснения и заявить встречный иск, также признаются судом несостоятельными.

Суд отмечает, что рассмотрение третейского дела начато 28.12.2018, а решение по нему принято 12.03.2020.

Суд соглашается с доводами Заинтересованного лица о том, что из позиции Заявителя не усматривается намерение своей волей и в своем интересе предъявить встречные требования при рассмотрении третейского дела №М-240/2018, при этом, предоставление сторонами доказательств основывается на принципе состязательности и добровольности предоставления таких доказательств, при этом, лица несут риск наступления последствий при совершении или несовершении ими действий.

Суду не раскрыты препятствия которые мешали Заявителю на всем протяжении рассмотрения дела №М-240/2018 предоставить все имеющиеся доказательства и пояснения, а также избрать в порядке ст. 12 ГК РФ надлежащий способ защиты, в том числе заявить встречный иск.

В разделе VIII решения МКАС при ТПП РФ, коллегия арбитров сделала выводы по существу спора, оценив представленные экспертные заключения и доказательства, а также произвела расчет денежной суммы, подлежащей взысканию, в том числе изложила подробный расчет штрафных санкций.

Рассмотрев по существу и оценив все доводы положенные в основу заявления об отмене решения МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по делу №М-240/2018, вопреки доводам Заявителя, его доводы не являются основанием для отмены указанного решения, поскольку заявитель ссылается на обстоятельств по существу спора, которые получили оценку в ходе третейского разбирательства.

Как уже было указано ранее, в соответствии с действующим законодательством при рассмотрении заявления об отмене решения третейского суда арбитражный суд не вправе пересматривать решение по существу.

При рассмотрении вопроса об отмене решения третейского суда арбитражный суд ограничивается установлением наличия или отсутствия оснований для отмены решения третейского суда, предусмотренных статьей 233 АПК РФ, а также исследованием совокупности представленных в обоснование требований доказательств, не допуская переоценки по сути конкретных обстоятельств дела.

Таким образом, несогласие заявителя с оценкой МКАС при ТПП РФ при принятии решения по делу №М-240/2018 не может являться основанием для пересмотра арбитражным судом решения третейского суда по существу, исходя из полномочий арбитражного суда, предусмотренных главой 30 АПК РФ.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления об отмене решения по делу №М-240/2018.

Рассматривая заявление ООО "УК "ДАВИНЧИ" о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по третейскому делу М-240/2018, суд исходит из следующего.

В данном третейском решении от 12.03.2020 указано, что оно вступает в силу в дату его подписания.

Вместе с тем, до настоящего момента оно Ответчиком (Республикой Беларусь) добровольно не исполнено.

В пункте 1 статьи 35 Закона Российской Федерации от 07.07.1993 N 5338-1 "О международном коммерческом арбитраже" (далее - Закон) указано: арбитражное решение независимо от того, в какой стране оно было вынесено, признается обязательным и при подаче в компетентный суд письменного ходатайства приводится в исполнение с учетом положений настоящей статьи и статьи 36 Закона. В упомянутой норме права приведен перечень оснований для отказа в признании или приведении в исполнение арбитражного решения.

В соответствии с § 42 Правил арбитража международных коммерческих споров (далее - Правила) арбитражное решение является обязательным с даты его вынесения и подлежит исполнению сторонами добровольно в установленный в нем срок. Если иной срок исполнения в арбитражном решении не установлен, оно подлежит немедленному исполнению.

Поскольку решение МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по третейскому делу № М-240/2018 не было исполнено должником добровольно, Заинтересованное лицо обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по делу М-240/2018.

Удовлетворяя заявление ООО "УК "ДАВИНЧИ" о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по делу М-240/2018, суд исходит из следующего.

Согласно части 2 статьи 236 АПК РФ вопрос о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда по спору, возникшему из гражданских правоотношений при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности, рассматривается арбитражным судом по заявлению стороны третейского разбирательства, в пользу которой принято решение третейского суда.

Согласно ч. 4 ст. 238 АПК РФ, при рассмотрении дела арбитражный суд в судебном заседании устанавливает наличие или отсутствие оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, предусмотренных статьей 239 настоящего Кодекса, путем исследования представленных в суд доказательств обоснования заявленных требований и возражений, но не вправе переоценивать обстоятельства, установленные третейским судом, либо пересматривать решение третейского суда по существу.

Как было указано ранее, основания для отмены решения третейского суда, предусмотренные статьей 233 АПК РФ, идентичны основаниям для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, установленным статьей 239 данного Кодекса.

При рассмотрении заявления об отмене решения МКАС при ТПП РФ от 12.03.2020 по делу М-240/2018, судом было установлено об отсутствии законных оснований для отмены указанного решения по делу №М-240/2018.

Как следует из части 3 статьи 236 АПК РФ, заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решение третейского суда подается в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства должника либо, если место нахождения или место жительства неизвестно, по месту нахождения имущества должника - стороны третейского разбирательства.

В силу статьи 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права; работы и услуги; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

В соответствии с ч.1 ст. 129 ГК РФ, объекты гражданских прав могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица) либо иным способом, если они не ограничены в обороте

Как усматривается из материалов дела должником по делу выступает Республика Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь - Правительства Республики Беларусь), которое не имеет место постоянной регистрации на территории Российской Федерации.

Судом приняты во внимание положения Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь об условиях размещения Посольства Республики Беларусь в Российской Федерации (Заключено в г. Москве 17.12.2012), в том числе суд обратил внимание на объекты недвижимости находящиеся в собственности Республики Беларусь и поименованные в ст. 1 Соглашения, а также объекты недвижимости предоставляемые Республике Беларусь в аренду и поименованные в ст. 2 Соглашения, также суд оценил положения ст.ст. 5 и 6 Соглашения.

Управление Росреестра по г. Москве представило выписку со сведениями в отношении Республики Беларусь о зарегистрированных правах на объекты недвижимого имущества на территории г. Москвы.

Из выписки ЕГРН в отношении Республики Беларусь усматривается в том числе наличие объектов непоименованных в ст. 1 и 2 Соглашения.

По смыслу части 9 статьи 38, части 3 статьи 236 АПК РФ заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решение третейского суда подается в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства должника либо, если место нахождения или место жительства неизвестно, по месту нахождения имущества должника - стороны третейского разбирательства.

Суд не может считать недоказанным и не установленным нахождение имущества Республики Беларусь на территории г. Москвы, в связи с чем признает процессуально обоснованным и допустимым обращение Заинтересованного лица с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения № М-240/2018.

Вместе с тем, порядок исполнения судебных актов в отношении иностранного государства и его имущества, регламентирован главой 12.1 Федерального закона "Об исполнительном производстве", нормы которой предусматривают, что судебные акты в отношении иностранного государства и его имущества, находящегося на территории Российской Федерации, исполняются по правилам, установленным указанным Федеральным законом, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей главой, допускают возбуждение в отношении указанных лиц исполнительного производства в Российской Федерации, а также совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения.

С учетом вышеизложенного, исследовав и оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, руководствуясь положениями статей Закона Российской Федерации от 07.07.1993 N 5338-1 "О международном коммерческом арбитраже", принимая во внимания разъяснения, содержащиеся в пунктах 1 и 44 постановления Пленума N 53, приходит к выводу о том, что заявление ООО "УК "ДАВИНЧИ" о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 12.03.2020 по делу № М-240/2018 подлежит удовлетворению.

При этом, судом учтены: позиция Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ, изложенная в Определении от 20.01.2020 N 305-ЭС19-17404 по делу N А40-45916/2018 и вывод Арбитражного суда Московского округа в постановлении от 05.10.2020 N Ф05-1647/2020 по делу N А40-189018/2019, согласно которым, при отсутствии оснований для отказа в признании третейского решения, такое решение фактически может быть исполнено полностью или частично за счет найденного имущества.

Расходы по уплате госпошлины распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 9, 51, 66-68, 71, 184, 230, 233, 234, 236, 239 АПК РФ, суд,

ОПРЕДЕЛИЛ:

В удовлетворение заявления Республики Беларусь (в лице Совета Министров Республики Беларусь - Правительства Республики Беларусь) об отмене решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 12.03.2020 по делу № М-240/2018 – отказать.

Заявление ООО "УК "ДАВИНЧИ" (ИНН <***>) о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 12.03.2020 по делу № М-240/2018 - удовлетворить.

Выдать ООО "УК "ДАВИНЧИ" (ИНН <***>) исполнительный лист.

Определение может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа в течение месяца со дня его вынесения.

Судья В. П. Сорокин