Гражданский кодекс часть 1

на решение Арбитражного суда Красноярского края от 17 января 2022 года (резолютивная часть решения от 27 декабря 2021 года) по делу № А33-28331/2021 , рассмотренному в порядке упрощённого производства,

установил:

IMC TOYS, SOCIEDAD ANONIMA (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 727417 («CRY Babies») 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение «CONEY» (КОНИ), 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение «DOTTY» (ДОТТИ), 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение «LADY» (ЛЕДИ), 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение «LALA» (ЛАЛА), 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение «LEA» (ЛЕА), 20 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение «NALA» (НАЛА) судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 299 рублей, также стоимость почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 373 рублей 54 копеек.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 09.11.2021 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства.

В соответствии со статьей 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 27.12.2021 Арбитражным судом Красноярского края вынесена резолютивная часть решения о частичном удовлетворении заявленных исковых требований.

Мотивированное решение изготовлено 17.01.2022.

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить решение суда первой инстанции.

В обоснование доводов жалобы (с учетом дополнений к ней) заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просит решение по делу отменить и принять по делу новый судебный акт.

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором с ее доводами не согласился, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 апелляционная жалоба принята к производству в порядке упрощенного производства.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти" предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы на решение арбитражного суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, от 09.03.2022, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

В соответствии с пунктом 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена без вызова сторон.

На основании приведенной нормы права, с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 47, 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 N 10 "О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве" апелляционная жалоба рассмотрена судьей единолично без осуществления протоколирования и без составления резолютивной части постановления.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и установлено судом, IMC TOYS, SOCIEDAD ANONIMA является правообладателем товарного знака N 722 871 (логотип "CRY Babies"), а также исключительного права на произведения изобразительного искусства изображения персонажей «CONEY» (КОНИ), «DOTTY» (ДОТТИ), «LADY» (ЛЕДИ), «LALA» (ЛАЛА), «LEA» (ЛЕА), «NALA» (НАЛА), что подтверждается Гарантией авторских прав, свидетельством о депонировании произведения.

Согласно Гарантии авторских прав вышеуказанные произведения были созданы Майсан Джулия Маджур и ФИО2 Эдет во время работы в компании ЕМС Toys, S.A., при этом все исключительные права переданы в полном объеме компании IMC Toys, S.A. с даты создания - 24.07.2017.

Экземпляр указанных произведений прошел регистрацию и депонирование, в результате чего выдано свидетельство о депонировании произведений, зарегистрированное в базе данных (реестре) Российского авторского общества КОПИРУС за N 019-008599 от 20.08.2019 с указанием в качестве правообладателя произведений - IMC. TOYS, S.A.

В ходе закупки 26.02.2021 в торговой точке, в которой ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность, находящейся по адресу: <...> установлен факт продажи контрафактного товара (кукла).

В подтверждение продажи был выдан чек с указанием на нем: наименования продавца: ИП ФИО1, даты продажи: 26.02.2021, ИНН продавца: <***>.

На товаре содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 727417 («CRY Babies»). Также на товаре имеются следующие изображения: произведение изобразительного искусства - изображение «CONEY» (КОНИ), произведение изобразительного искусства - изображение «DOTTY» (ДОТТИ), произведение изобразительного искусства - изображение «LADY» (ЛЕДИ), произведение изобразительного искусства - изображение «LALA» (ЛАЛА), произведение изобразительного искусства - изображение «LEA» (ЛЕА), произведение изобразительного искусства - изображение «NALA» (НАЛА).

Истцом в адрес ответчика направлена претензия № 77167 с требованием об оплате компенсации за нарушение исключительных прав на объект интеллектуальной собственности.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования частично, суд первой инстанции исходил из доказанности фактов принадлежности компании исключительных прав на произведения и на товарный знак и нарушения ответчиком этих прав путем реализации контрафактного товара. При этом суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для снижения размера компенсации до 105 000 руб.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Предметом настоящего спора является требование истца о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и на произведение изобразительного искусства.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации правовая охрана предоставляется результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации (интеллектуальная собственность), в том числе произведениям науки, литературы и искусства, товарным знакам.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

С учетом изложенного, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанных прав и факт их нарушения ответчиком путем использования произведения изобразительного искусства, товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Как установлено судом и следует из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, IMC TOYS, SOCIEDAD ANONIMA является правообладателем товарного знака N 722 871 (логотип "CRY Babies"), а также исключительного права на произведения изобразительного искусства изображения персонажей «CONEY» (КОНИ), «DOTTY» (ДОТТИ), «LADY» (ЛЕДИ), «LALA» (ЛАЛА), «LEA» (ЛЕА), «NALA» (НАЛА).

Принадлежность истцу исключительных прав на защищаемые в рамках настоящего дела товарный знак и произведения изобразительного искусства подтверждается материалами дела и не оспаривается ответчиком.

Ответчику исключительные права на вышеуказанный товарный знак и изображение произведения изобразительного искусства не передавались.

Истцом установлены факты реализации ответчиком без согласия правообладателя контрафактного товар (с изображением товарного знака и произведений изобразительного искусства, принадлежащих истцу).

Факт нарушения исключительных прав истца ответчиком в результате реализации без согласия правообладателя указанного товара подтверждается материалами дела: приобретенным товаром; видеозаписью реализации товара; кассовым чеком.

С учетом изложенного суд первой инстанции, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела, пришел к правильному выводу о доказанности истцом принадлежности ему заявленных исключительных прав и о нарушении ответчиком исключительных прав истца.

Обжалуя принятое по делу решение в порядке апелляционного производства, заявитель, не оспаривая факт нарушения прав истца на произведения изобразительного искусства и товарный знак путем реализации контрафактного товара, вместе с тем, полагает необходимым снизить размер подлежащей выплате компенсации.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Из материалов дела усматривается, что истцом выбран способ определения компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей за каждый случай нарушения исключительного права.

Размер суммы взыскиваемой компенсации, исходя из пункта 3 статьи 1252, статей 1301, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, определен истцом - 140 000 рублей (по 20 000 руб. за каждый факт нарушения исключительных прав правообладателя).

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

С учетом обстоятельств дела, характера и последствий нарушения, приведенных норм, разъяснений и правовых подходов, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для снижения подлежащей взысканию компенсации за каждое нарушение до 15 000 рублей в общей сумме 105 000 рублей.

Рассматривая доводы апелляционной жалобы о несогласии с размером взысканной компенсации и наличии оснований для большего её снижения, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

По смыслу положений статей 1252, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации определяется за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе, носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" (далее - Постановление N 28-П), при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при нарушение одним действием исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности и при следующих условиях:

размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков;

правонарушение совершено ответчиком впервые;

использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-13233 от 25.04.2017, N 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, N 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, N 308-ЭС17-3088 от 12.07.2017, N 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Рассмотрев доводы заявителя о снижении размера компенсации ниже минимального, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об их недоказанности, и отклоняет, поскольку, в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиком не раскрыты обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих возражений.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, в данном случае размер определенной судом первой инстанции компенсации является соразмерным совершенному правонарушению, и является справедливой и достаточной мерой ответственности. Оснований для снижения компенсации ниже низшего предела не имелось и не имеется.

Таким образом, воспользовавшись своим правом, суд первой инстанции правомерно отказал ответчику в снижении размера заявленной компенсации ниже установленного законом предела.

Истцом в настоящем деле заявлено требование о взыскании компенсации на основании статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно по 20 000 рублей за каждое допущенное ответчиком нарушение.

Суд первой инстанции снизил размер компенсации до 15 000 рублей за каждое нарушение.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для еще большего снижения компенсации.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, размер предъявленной ко взысканию суммы компенсации, учитывая характер допущенного нарушения, степень вины нарушителей, вероятные убытки правообладателя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд апелляционной инстанции считает определенный судом первой инстанции размер компенсации в размере 105 000 руб., по 15 000 руб. за каждый случай использования результата интеллектуальной деятельности соответствующим степени вины нарушителя.

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца, ответчиком в материалы дела не представлено.

Ссылки ответчика на низкую стоимость реализованного контрафактного товара и незначительный объем понесенных убытков, также подлежат отклонению, поскольку размер возможных убытков не связан со стоимостью реализуемого нарушителем контрафактного товара, в связи с чем незначительная стоимость реализованного ответчиком контрафактного товара не является основанием для признания заявленной истцом суммы компенсации несоразмерной совершенному правонарушению.

Решение суда в части взыскания судебных издержек ответчиком не оспаривается, соответствующие доводы в жалобе не приведены.

Ответчиком в суде апелляционной инстанции заявлено о снижении компенсации за нарушение прав на основании абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

В соответствии с абзацем 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 64 постановления N 10, положения абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

В представленном суду первой инстанции отзыве (л.д. 37) ответчик указал на завышенный характер компенсации, но не заявил доводы о снижении спорной компенсации ниже минимального размера, а также о наличии оснований для применения судом абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции, оснований для снижения размера компенсации в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ не усматривает. Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой продукции на предмет незаконного размещения интеллектуальной собственности и принимать меры по недопущению к реализации такой продукции. Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарные знаки, предприниматель в материалы дела не представил.

Ссылка заявителя жалобы на необходимость применения правила «одного чека», содержащегося в пункте 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее – Обзор судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав), отклоняется судом апелляционной инстанции.

В соответствии с пунктом 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, компенсация в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ (от 10 тыс. до 5 млн. руб.) за незаконное использование товарного знака при введении в оборот товаров взыскивается за каждый случай нарушения. При этом одним случаем нарушения является одна сделка купли-продажи (оформленная одним чеком) независимо от количества проданных товаров, на которые нанесен один и тот же товарный знак, либо несколько последовательных сделок купли-продажи товара (оформленных отдельными чеками).

Данное разъяснение было дано относительно дела, в котором ответчиком в одной торговой точке было реализовано несколько одинаковых товаров, на каждый из которых были нанесены одни и те же товарные знаки.

Данное разъяснение относится к случаям продажи товаров с одним и тем же товарным знаком.

Довод ответчика о том, что он совершил только одну сделку по реализации товара, в связи с чем, по его мнению, им допущено только одно нарушение, не может быть принят во внимание судом кассационной инстанции, так как в силу положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 60 Постановления N 10, нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав.

При этом согласно материалам дела, истец обратился с требованием о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак N 722 871 (логотип "CRY Babies") в размере 20 000 рублей, а также на произведения изобразительного искусства изображения персонажей «CONEY» (КОНИ) в размере 20 000 рублей, «DOTTY» (ДОТТИ) в размере 20 000 рублей, «LADY» (ЛЕДИ) в размере 20 000 рублей, «LALA» (ЛАЛА) в размере 20 000 рублей, «LEA» (ЛЕА) в размере 20 000 рублей, «NALA» (НАЛА) в размере 20 000 рублей, то есть за товарный знак и произведения изобразительного искусства в отдельности, как на самостоятельные объекты интеллектуальной деятельности.

В рассматриваемом случае на реализованной ответчиком игрушке были изображен товарный знак и шесть изображений персонажей, в связи с чем суд обоснованно установили совершение ответчиком семи нарушений исключительных прав.

Факт реализации одного товара в результате одной сделки купли-продажи не противоречит самостоятельному характеру объектов интеллектуальной собственности истца. Компенсация подлежит определению исходя из количества объектов интеллектуальной собственности, права на которые нарушены ответчиком.

Таким образом, суд первой инстанции верно определил количество случаев нарушений исключительных прав, взыскав компенсацию за каждое из нарушений.

Довод ответчика о том, что имел место только один факт нарушения ввиду того, что товарные знаки истца фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, отклоняется судом апелляционной инстанции как основанный на неверном понимании норм материального права.

Вместе с тем, судом установлено, что в рассматриваемом случае заявлены требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на 6 изображений, и на одно средство индивидуализации - товарный знак.

Указанное обстоятельство не позволяет в настоящем случае применить положения пункта 33 Обзора от 23.09.2015.

Кроме того, правовая позиция, изложенная в пункте 33 Обзора от 23.09.2015, в данном случае не подлежит применению, поскольку в рассматриваемом пункте Верховный Суд Российской Федерации указал на случаи взыскания компенсации, заявленной в двукратном размере стоимости контрафактных товаров, то есть на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Между тем в настоящем деле размер компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак определен на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Аналогичный вывод изложен в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 27.02.2020 N С01-1591/2019 по делу N А44-3439/2019.

Судом апелляционной инстанции также отклоняется довод апелляционной жалобы о недопустимости удовлетворения исковых требований иностранного юридического лица из недружественного (враждебного) государства без согласования с Правительственной комиссией по контролю за осуществлением иностранных инвестиций и ссылка предпринимателя на постановление Правительства Российской Федерации от 06.03.2022 N 299 "О внесении изменения в пункт 2 методики определения размера компенсации, выплачиваемой патентообладателю при принятии решения об использовании изобретения, полезной модели или промышленного образца без его согласия, и порядка ее выплаты" (далее - Постановление от 06.03.2022 N 299).

Как следует из Правил выдачи Правительственной комиссией по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации разрешений в целях реализации дополнительных временных мер экономического характера по обеспечению финансовой стабильности Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.03.2022 N 295 (далее - Постановление от 06.03.2022 N 295), названный нормативный акт устанавливает особый порядок выдачи разрешений на осуществление (исполнение) резидентами с иностранными лицами, связанными с иностранными государствами, которые совершают в отношении российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия (в том числе если такие иностранные лица имеют гражданство этих государств, местом их регистрации, местом преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности или местом преимущественного извлечения ими прибыли от деятельности являются эти государства), и с лицами, которые находятся под контролем указанных иностранных лиц, независимо от места их регистрации или места преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности (далее - лица иностранных государств, совершающих недружественные действия), следующих сделок (операций):

сделки (операции) по предоставлению лицам иностранных государств, совершающих недружественные действия, кредитов и займов (в рублях), за исключением случаев, если предоставление кредитов и займов запрещено в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации;

сделки (операции), влекущие за собой возникновение права собственности на ценные бумаги и недвижимое имущество.

При этом утверждаемая Постановлением от 06.03.2022 N 299 методика определения размера компенсации, выплачиваемой патентообладателю при принятии решения об использовании изобретения, полезной модели или промышленного образца без его согласия, и порядка ее выплаты, применяется в отношении соответствующих результатов интеллектуальной деятельности (изобретение, полезная модель, промышленный образец).

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что Постановления от 06.03.2022 N 295 и N 299, не подлежат применению к спорным правоотношениям.

Аналогичный вывод изложен в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 20.04.2022 по делу N А46-23098/2020.

Доводы о том, что истцом документально не подтвержден и не обоснован размер взыскиваемой компенсации, не представлены доказательства причинения либо возможности причинения ему убытков на заявленную сумму, подлежат отклонению по следующим основаниям.

Суд первой инстанции, определяя размер компенсации, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности размера компенсации последствиям нарушения, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, степень вины нарушителей, вероятные убытки правообладателя.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 20.11.2012 N 8953/12, размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться, исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя.

Установленный по делу факт нарушения исключительных прав истца является обстоятельством, влекущем в силу статей 1252, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность в виде взыскания денежной компенсации, окончательная сумма которой определяется судом.

В Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 также отмечается, что при взыскании компенсации суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

С учетом характера нарушения, степени вины нарушителя, компенсация в размере 105 000 рублей является обоснованной и правомерно взыскана судом первой инстанции.

Ответчик в апелляционной жалобе не привел убедительных доводов, свидетельствующих о наличии правовых оснований для еще большего снижения размера компенсации. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции не имеется.

Иные доводы и аргументы, приведенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на его обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с чем признаются несостоятельными.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы Третий арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что решение Арбитражного суда Красноярского края от 17 января 2022 года по делу № А33-28331/2021 основано на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, принято с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем, на основании пункта 1 части 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению без изменения.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 17 января 2022 года (резолютивная часть решения от 27 декабря 2021 года) по делу № А33-28331/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Суд по интеллектуальным правам через арбитражный суд, принявший решение только по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья

С.Д. Дамбаров