Гражданский кодекс часть 1

Общероссийская общественная организация «Российское Авторское Общество» (ОГРН <***>, г. Москва, далее – Российское Авторское Общество) обратилось в Арбитражный суд Амурской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Евразия» (ОГРН <***>, Амурская область, г. Благовещенск, далее – ООО «Евразия») о взыскании компенсации в размере 160 000 руб.

Требования мотивированы публичным исполнением музыкальных произведений без выплаты вознаграждения, что свидетельствует о нарушении прав авторов музыкальных произведений, незаконном использовании результатов интеллектуальной деятельности.

Определением от 24.09.2018 на основании пункта 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 07.11.2018 суд, руководствуясь пунктом 2 части 5 статьи 227 АПК РФ, перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства в целях выяснения дополнительных обстоятельств по делу, с учетом возражений ответчика.

Решением от 22.02.2019 иск удовлетворен.

В апелляционной жалобе с дополнениями ООО «Евразия» считает судебный акт подлежащим отмене, ссылаясь на существенное нарушение норм материального и процессуального права.

В обоснование указано на нарушение судом тайны совещательной комнаты, со ссылкой на рассмотрение дела в течение 49 секунд, без исследования доказательств по делу; необоснованное определение ответчика организатором публичного исполнения музыкальных произведений; необоснованное установление наличия авторского права на перечисленные в исковом заявлении музыкальные произведения; отсутствие у истца полномочий выступать в защиту прав авторов иностранных произведений от имени компаний BIM (США) и PRS (Великобритания); необоснованное отклонение показаний свидетеля ФИО15; завышенный размер взысканной компенсации; отсутствие доказательств соответствия спорных музыкальных произведений авторскому оригиналу; музыкальные композиции не являются объектами авторских прав, как относящиеся к произведениям народного творчества (фольклор); отнесение заключения специалиста-музыковеда Козловой к ненадлежащему доказательству.

В отзыве на апелляционную жалобу Российское Авторское Общество выразило несогласие с ее доводами, указав на наличие в материалах дела доказательств факта публичного исполнения восьми музыкальных произведений и фонограмм в помещении кафе «Рандеву», принадлежащего ООО «Евразия», в отсутствие заключенного лицензионного договора; разумность размера взысканной компенсации.

В судебном заседании представители сторон поддержали каждый свою позицию, дав соответствующие пояснения.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, доводы апелляционной жалобы с дополнениями и отзыва на нее, пояснения сторон, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены оспариваемого решения.

Согласно материалам дела Российское Авторское Общество (РАО) на основании приказа министерства культуры Российской Федерации от 15.08.2013 №1164 является организацией, аккредитованной на осуществление деятельности в сфере управления исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом или без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений в отношении их публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, в том числе путем ретрансляции (свидетельство от 23.08.2013 №МК-01/13).

08.05.2018 представителем РАО ФИО3 произведена видеофиксация факта публичного исполнения музыкальных произведений и фонограмм («Белые Розы», «Это не женщина», «Люда хочет войти», «Twist in my sobriety», «Virtual diva», «Цвет настроения синий», «Делаемфлекс», «I got love») в помещении кафе «Рандеву», расположенного по адресу: <...> (в материалы дела представлен цифровой носитель, содержащий в себе видео- и аудиозаписи моментов воспроизведения спорных музыкальных произведений).

Представителем РАО ФИО3 составлен акт совершения юридических действий по сбору доказательств факта публичного исполнения музыкальных произведений и фонограмм с применением технических средств от 08.05.2018.

01.03.2018 между РАО (общество) и ФИО4 (специалист) заключен договор №01-03/18, по условиям которого специалист обязалась идентифицировать музыкальные произведения, запись которых содержится в видеофайле, результаты идентификации оформить заключением специалиста, а общество - обязалось принять оказанные услуги и оплатить их в порядке и сроки, установленные договором (пункты 1.1, 1.2 договора).

Согласно заключению специалиста в области фонографического и музыковедческого исследования ФИО4 от 22.05.2018, при считывании цифрового носителя Micro SD Card Transcend № В38216 3036 установлено наличие на цифровом носителе файла с наименованием «VID_20180508_214246» (тип файла Мр4, размер файла 634 990 592 байт) записи исполнения музыкальных произведений (фонограмм) как с помощью технических средств, так и в живом исполнении следующих оригинальных исполнителей: «Белые Розы» - Михаил Шуфутинский, «Это не женщина» - Те100стерон, «Люда хочет войти» - ФИО5, «Пьяную (RobbyMond & ToriNavarroRadioRemix)» – Мари Краймбери, «Him & I» - G-Eazy & Halsey, «Twistinmysobriety» - TanitaTikaram, «Virtualdiva» - DonOmar, «Цвет настроения синий» - ФИО6, «Делаемфлекс» - Зомб, «I got love» - Miya Gi Fit. ФИО7, Black – Gazirovka, «Девочкахочетдвижа» - Зомб & DJ Tarantino.

На основании договора аренды от 01.11.2014, заключенного с ИП ФИО8 (арендодатель), ООО «Евразия» приняло во временное владение и пользование нежилое помещение общей площадью 705,70 кв.м, номера помещений на поэтажном плане 2-16, 18-35, литер А2А3, этаж 2, кадастровый номер 28:01:010156:10:401:001:002961640:0102, расположенное по адресу: <...> (пункт 1.1 договора).

В соответствии с пунктом 1.3 договора аренды объект аренды передается для использования под деятельность кафе, бара.

Срок аренды по договору исчисляется с 01.11.2014 по 31.10.2019 (пункт 1.6 договора аренды).

РАО, считая, что ООО «Евразия» допущено нарушение прав авторов музыкальных произведений, входящих в репертуар РАО: «Белые Розы» - правообладатель ФИО9, «Это не женщина» - правообладатель ФИО10, «Люда хочет войти» - правообладатель ФИО11, «Twistinmysobriety» - правообладатель TIKARAMTANITA, «Virtualdiva» - правообладатель CRUZARMANDOJOSEROSARIO, LANDRONWILLIAMOMAR (BNI), «Цвет настроения синий» - правообладатель ФИО11, «Делаемфлекс» - правообладатель ФИО12, «I got love» - правообладатель ФИО13, ФИО14, направило в адрес ответчика претензию с предложением выплатить компенсацию за нарушение исключительных авторских прав.

Претензия оставлена без удовлетворения.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения с настоящим иском в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ музыкальные произведения с текстом или без текста являются объектами авторских прав.

В силу пункта 2 статьи 1242 ГК РФ организации по управлению правами на коллективной основе могут создаваться для управления правами, относящимися к одному или нескольким видам объектов авторских и смежных прав, для управления одним или несколькими видами таких прав в отношении определенных способов использования соответствующих объектов либо для управления любыми авторскими и (или) смежными правами.

Основанием полномочий организации по управлению правами на коллективной основе является договор о передаче полномочий по управлению правами, заключаемый такой организацией с правообладателем в письменной форме, за исключением случая, предусмотренного абзацем первым пункта 3 статьи 1244 настоящего Кодекса.

Указанный договор может быть заключен с правообладателями, являющимися членами такой организации, и с правообладателями, не являющимися ее членами. При этом организация по управлению правами на коллективной основе обязана принять на себя управление этими правами, если управление такой категорией прав относится к уставной деятельности этой организации. Основанием полномочий организации по управлению правами на коллективной основе может быть также договор с другой организацией, в том числе иностранной, управляющей правами на коллективной основе (пункт 3 статьи 1242 ГК РФ).

Пунктом 5 статьи 1242 ГК РФ определено, что организации по управлению правами на коллективной основе вправе от имени правообладателей или от своего имени предъявлять требования в суде, а также совершать иные юридические действия, необходимые для защиты прав, переданных им в управление на коллективной основе.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1244 ГК РФ организация по управлению правами на коллективной основе, получившая государственную аккредитацию (аккредитованная организация), вправе наряду с управлением правами тех правообладателей, с которыми она заключила договоры в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 1242 настоящего Кодекса, осуществлять управление правами и сбор вознаграждения для тех правообладателей, с которыми у нее такие договоры не заключены.

По смыслу указанных норм права следует, что аккредитованная организация действует без доверенности, подтверждая свое право на обращение в суд за защитой прав конкретного правообладателя (или неопределенного круга лиц в случае, предусмотренном абзацем 2 части 5 статьи 1242 ГК РФ), свидетельством о государственной аккредитации.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 26.03.2009 № 5/29), организация, осуществляющая коллективное управление авторскими и смежными правами, вправе на основании пункта 5 статьи 1242 ГК РФ предъявлять требования в суде от имени правообладателей или от своего имени для защиты прав, управление которыми она осуществляет. По смыслу пункта 1 статьи 1242 ГК РФ указанные организации действуют в интересах правообладателей.

С 27.05.1973 СССР (и Российская Федерация как правопреемник) является участником Всемирной (Женевской) конвенции об авторском праве 1952 года, а с 13.03.1995 - Бернской конвенции 1886 года по охране литературных и художественных произведений.

Указанные Международные договоры являются составной частью правовой системы Российской Федерации и подлежат применению в рассматриваемом деле.

Согласно пункту 1 статьи 5 Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений 1886 года в отношении произведений авторы (правообладатели) пользуются в странах Союза, кроме страны происхождения произведения, правами, которые предоставляются в настоящее время или могут быть предоставлены в дальнейшем соответствующими законами этих стран своим гражданам, а также правами, особо предоставляемыми данной Конвенцией.

Из пункта 2 статьи 5 Бернской конвенции следует, что объем охраны, равно как и средства защиты, представляемые автору для охраны его прав, регулируются исключительно законодательством страны, в которой испрашивается охрана.

Как следует из материалов дела, РАО является аккредитованной организацией в сфере коллективного управления исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом или без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений в отношении их публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, в том числе путем ретрансляции.

Указанное подтверждено свидетельством о государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе от 23.08.2013 № МК-01/13, выданным на основании приказа министерства культуры Российской Федерации от 15.08.2013 № 1164.

РАО осуществляет свою деятельность в интересах неограниченного круга лиц, включающего всех правообладателей соответствующей сферы.

В репертуар РАО входят все обнародованные музыкальные произведения (с текстом и без текста), а также отрывки музыкально-драматических произведений, и для их правомерного публичного исполнения на территории Российской Федерации необходимо заключение с РАО лицензионного договора о предоставлении права на публичное исполнение произведений.

Действие государственной аккредитации РАО распространяется как на произведения российских авторов, так и на произведения иностранных авторов.

Кроме того, РАО относится к числу организаций, управляющих имущественными правами на коллективной основе, являющихся членами Международной конфедерации обществ авторов и композиторов - CISAC, созданной с целью обеспечения охраны и защиты прав авторов и композиторов, и координации технической деятельности между входящими в нее авторско-правовыми организациями, в том числе BMI (США), PRS (Великобритания), РАО (Россия).

Для получения и обмена информацией о произведениях и их авторах, общества, являющиеся членами CISAC, используют базу данных и информационную систему IPI - всемирный список композиторов, авторов, издателей, существующий и ежеквартально пополняющийся в соответствии с положениями, установленными CISAC. Список IPI существует только в электронном виде и рассылается авторско-правовым организациям - членам CISAC в соответствии с установленными правилами.

РАО, имея доступ к системе IPI, обладает официальной и достоверной информацией об иностранных произведениях и их авторах.

Доступ к списку IPI предоставлен обществам по коллективному управлению правами интеллектуальной собственностью при условии, что данные общества являются членами CISAC, в том числе РАО, которое относится к числу организаций, управляющих имущественными правами на коллективной основе, являющихся членами Международной конфедерации обществ авторов и композиторов - CISAC.

Факт принадлежности интеллектуальных прав иностранных авторов на защищаемые истцом произведения подтвержден выпиской из реестра произведений зарубежных правообладателей РАО, основанной на Всемирном списке композиторов, авторов и издателей (IPI); договором о взаимном представительстве интересов, заключенным между РАО и обществом по охране авторских прав при публичном исполнении (PRS); соглашением о предоставлении прав на музыкальные произведения, заключенным между РАО и корпорацией «Би-Эм-Ай».

Согласно пункту 2 статьи 1317 ГК РФ использованием исполнения считается:

1) сообщение в эфир, то есть сообщение исполнения для всеобщего сведения посредством его передачи по радио или телевидению (в том числе путем ретрансляции), за исключением сообщения по кабелю.

При этом под сообщением понимается любое действие, посредством которого исполнение становится доступным для слухового и (или) зрительного восприятия независимо от его фактического восприятия публикой.

При сообщении исполнения в эфир через спутник под сообщением в эфир понимаются прием сигналов с наземной станции на спутник и передача сигналов со спутника, посредством которых исполнение может быть доведено до всеобщего сведения независимо от его фактического приема публикой. Сообщение кодированных сигналов признается сообщением в эфир, если средства декодирования предоставляются неограниченному кругу лиц организацией эфирного вещания или с ее согласия;

2) сообщение по кабелю, то есть сообщение исполнения для всеобщего сведения посредством его передачи по радио или телевидению с помощью кабеля, провода, оптического волокна или аналогичных средств (в том числе путем ретрансляции);

3) доведение исполнения до всеобщего сведения таким образом, что любое лицо может получить к нему доступ из любого места и в любое время по собственному выбору (доведение до всеобщего сведения);

4) запись исполнения, то есть фиксация звуков и (или) изображения или их отображений с помощью технических средств в какой-либо материальной форме, позволяющей осуществлять их неоднократное восприятие, воспроизведение или сообщение;

5) воспроизведение записи исполнения, то есть изготовление одного и более экземпляра записи исполнения или ее части в любой материальной форме. При этом запись исполнения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением.

Не считается воспроизведением краткосрочная запись исполнения, которая носит временный или случайный характер и составляет неотъемлемую и существенную часть технологического процесса, имеющего единственной целью правомерное использование записи исполнения либо передачу исполнения в информационно-телекоммуникационной сети, осуществляемую информационным посредником между третьими лицами, при условии, что такая запись не имеет самостоятельного экономического значения;

6) распространение записи исполнения путем продажи либо иного отчуждения ее оригинала или экземпляров, представляющих собой копии такой записи на любом материальном носителе;

7) действие, осуществляемое в отношении записи исполнения и предусмотренное подпунктами 1 - 3 настоящего пункта;

8) публичное исполнение записи исполнения, то есть любое сообщение записи с помощью технических средств в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается запись в месте ее сообщения или в другом месте одновременно с ее сообщением;

9) прокат оригинала или экземпляров записи исполнения;

10) публичное исполнение постановки спектакля, то есть представление постановки в живом исполнении или с помощью технических средств, в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается исполнение постановки спектакля в месте ее представления или в другом месте одновременно с представлением постановки.

В силу пункта 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Подпунктом 6 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ определено, что использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности: публичное исполнение произведения, то есть представление произведения в живом исполнении или с помощью технических средств (радио, телевидения и иных технических средств), а также показ аудиовизуального произведения (с сопровождением или без сопровождения звуком) в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается произведение в месте его представления или показа либо в другом месте одновременно с представлением или показом произведения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований указанного закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Материалами дела, в том числе договором аренды от 01.11.2014, заключенным между ИП ФИО8 (арендодатель) и ООО «Евразия» (арендатор), доказательством оплаты услуг, оказанных ответчиком в музыкальном зале (выданный представителю РАО кассовый чек (гостевой счет) от 08.05.2018), подтверждено, ООО «Евразия» осуществляет предпринимательскую деятельность и организацию публичного исполнения музыкальных произведений в кафе «Рандеву», расположенном по адресу: <...>.

Актом совершения юридических действий по сбору доказательств публичного исполнения музыкальных произведений и фонограмм с применением технических средств от 08.05.2018, видеозаписью факта публичного исполнения музыкальных произведений, подтвержден тот факт, что 08.05.2018 в кафе «Рандеву», в котором ООО «Евразия» осуществлялась предпринимательская деятельность, при оказании услуг допущено публичное исполнение музыкальных произведений следующих авторов: «Белые Розы» - ФИО9, «Это не женщина» - ФИО10, «Люда хочет войти» - ФИО11, «Twist in my sobriety» - TIKARAM TANITA, «Virtualdiva» - CRUZARMANDOJOSEROSARIO, LANDRONWILLIAMOMAR (BNI), «Цвет настроения синий» - ФИО11, «Делаемфлекс» - ФИО12, «I got love» - ФИО13, ФИО14.

Музыкальные произведения, зафиксированные видеозаписью, идентифицированы в результате расшифровки записи контрольного прослушивания, результаты расшифровки изложены в заключении специалиста ФИО4 в области фонографического и музыковедческого исследования от 22.05.2018, подготовленного в рамках заключенного между РАО (общество) и ФИО4 (специалист) договора об оказании услуг от 01.03.2018 № 01-03/18.

Сведения о произведениях, правами на которые управляет РАО, размещены в общедоступной информационной системе на интернет-сайте РАО www.rao.ru, что подтверждается копиями страниц раздела «Реестры» интернет-сайта www.rao.ru.

На указанном интернет-сайте также размещена информация об исключенных из управления РАО правах и/или произведениях.

Права на указанные в исковом заявлении произведения не исключены из коллективного управления РАО; данные произведения входят в репертуар истца.

В ходе рассмотрения спора ответчиком не представлено надлежащих доказательств того, что публичное исполнение музыкальных произведений, входящих в репертуар РАО, осуществлялось за пределами помещения, в котором ООО «Евразия» осуществляет свою предпринимательскую деятельность.

В этой связи вывод суда первой инстанции о том, что именно ответчик, в помещении которого осуществлялось публичное исполнение музыкальных произведений и в котором им осуществлялась предпринимательская деятельность, является лицом, которое несет ответственность за осуществление публичного исполнения музыкальных произведений.

Доказательств наличия у ООО «Евразия» лицензионного договора о предоставлении права на публичное исполнение произведений, заключенного с РАО, либо иных надлежащих доказательств, подтверждающих выполнение требований законодательства об авторском праве при использовании произведений и (или) объектов смежных прав, суду не представлено.

В ходе рассмотрения спора ответчик, возражая против заявленных требований, указал, что 08.05.2018 в банкетном зале, расположенном в помещении кафе «Рандеву», воспроизведение музыкальных композиций осуществлялось посетителями кафе посредством личной, принесенной с собой портативной акустической колонки.

В подтверждение указанного довода ответчик сослался на показания свидетеля ФИО15, пояснившего, что он является администратором кафе «Рандеву», 08.05.2018 осуществлял обслуживание посетителей кафе, и в этот день компания посетителей кафе осуществляла воспроизведение музыкальных произведений через собственную принесенную с собой колонку, что не запрещено администрацией кафе; иной звуковоспроизводящей и звукоусиливающей аппаратуры в помещении кафе «Рандеву» не имелось; размещенные на потолке помещения кафе колонки находились в нерабочем состоянии, не использовались.

Оценивая данные показания, суд первой инстанции отнесся к ним критически, исходя из отсутствия доказательств наличия у ФИО15 с ООО «Евразия» трудовых отношений, не представлением документов, подтверждающих его работу в должности администратора кафе «Рандеву» (трудового, гражданско-правового договора).

При этом, иных доказательств, подтверждающих факт воспроизведения музыкальных произведений посетителями кафе, в материалы дела не представлено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 26.03.2009 № 5/29, лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения (в том числе при его представлении в живом исполнении), является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия.

Именно это лицо должно заключить договор о предоставлении ему права на публичное исполнение произведения с правообладателем или организацией по управлению правами на коллективной основе и выплачивать полагающееся вознаграждение.

В материалах дела отсутствуют бесспорные доказательства того, что музыкальные произведения исполнялись непосредственно техническими средствами посетителей кафе или иных посторонних лиц.

Возражая против заявленных требований, ответчик указал также на отсутствие технической возможности (звуковоспроизводящей и звукоусиливающей аппаратуры) для организации публичного представления музыкальных произведений, ссылаясь на бухгалтерскую справку от 17.10.2018.

Между тем, отсутствие у ООО «Евразия» собственной звуковоспроизводящей и звукоусиливающей аппаратуры не свидетельствует о фактическом отсутствии у ответчика соответствующих ресурсов и технической возможности для организации публичного представления музыкальных произведений, учитывая, что ООО «Евразия» предъявлено к оплате услуг представителю истца непосредственно в музыкальном зале кафе «Рандеву», что подтверждается кассовым чеком (гостевым счетом) от 08.05.2018.

Помещение кафе «Рандеву» имеет свободный доступ для любых лиц, музыкальные произведения воспроизведены публично с помощью технического средства, находящегося в зале ресторана, то есть в месте, открытом для свободного посещения.

Указанное свидетельствует о подтверждении факта нарушения ответчиком авторских прав правообладателей.

В этой связи ответственность за проведение мероприятия в отсутствие лицензионного договора и оплата авторского вознаграждения обоснованно возложена на ответчика, являющегося непосредственным организатором мероприятия.

В подтверждение доказательств публичного исполнения музыкальных произведений истцом представлены кассовый чек и видеозапись, которая отображает внутренний вид ресторана ответчика, процесс исполнения музыкальных произведений.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, суд первой инстанции счел представленные истцом кассовый чек и видеозапись, содержащую сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствующими требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предъявляемым к доказательствам по делу.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», бремя доказывания выполнения требований ГК РФ при использовании охраняемых результатов интеллектуальной деятельности лежит на ответчике. При недоказанности правомерности использования таких результатов, права на которые принадлежит иному лицу, ответчик признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пунктом 6 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» разъяснено и следует из статьи 401 ГК РФ, что компенсация подлежит взысканию с лица, нарушившего исключительное право на использование произведения, если оно не докажет отсутствие своей вины в этом нарушении.

При этом, суд отклонил доводы ответчика о недостоверности сведений, содержащихся в составленном представителем РАО акте совершения юридических действий по сбору доказательств факта публичного исполнения музыкальных произведений и фонограмм с применением технических средств от 08.05.2018, заключении специалиста в области фонографического и музыковедческого исследования ФИО4 от 22.05.2018, как не нашедшие своего подтверждения, в отсутствие заявления со стороны ООО «Евразия» ходатайств о фальсификации представленных в материалы дела доказательств, проведении соответствующих экспертиз.

Поскольку ответчик не предпринял разумных и достаточных мер по исключению возможности неправомерного использования музыкальных произведений в принадлежащем ему помещении, что свидетельствует о наличии его вины в нарушении исключительных прав на музыкальные произведения, лицом, ответственным за осуществление публичного исполнения спорных музыкальных произведений в помещении кафе «Рандеву», является ООО «Евразия».

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим кодексом.

В силу статьи 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ (пункт 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно постановлению Авторского Совета РАО № 5 от 24.04.2014 за нарушение исключительного права на произведение размер компенсации при использовании одного (в том числе музыкального) произведения из репертуара РАО составляет 20 000 руб.

По расчету истца размер компенсации за нарушение исключительных прав на произведения составил 160 000 руб.

Указанный размер компенсации рассчитан в пределах, установленных статьей 1301 ГК РФ по количеству произведений, исходя из того, что ответчиком осуществлено бездоговорное использование восьми произведений (8 музыкальных произведений и фонограмм х 20 000 руб.).

Принимая во внимание отсутствие доказательств правомерности публичного исполнения спорных музыкальных произведений, с учетом количества публичного исполнения музыкальных произведений, судом правомерно взыскана с ООО «Евразия» в пользу РАО сумма компенсации в размере 160 000 руб.

Довод апелляционной жалобы о нарушении судом норм процессуального права, выразившегося в нарушении тайны совещательной комнаты, со ссылкой на рассмотрение дела в течение 49 секунд, без исследования доказательств по делу, подлежит отклонению по следующим основаниям.

В силу части 3 статьи 167 АПК РФ решение принимается судьями, участвующими в судебном заседании, в условиях, обеспечивающих тайну совещания судей.

В соответствии с частью 4 статьи 167 АПК РФ в помещении, в котором арбитражный суд проводит совещание и принимает судебный акт, могут находиться только лица, входящие в состав суда, рассматривающего дело. Запрещается доступ в это помещение других лиц, а также иные способы общения с лицами, входящими в состав суда.

Судьи арбитражного суда не вправе сообщать кому бы то ни было сведения о содержании обсуждения при принятии судебного акта, о позиции отдельных судей, входивших в состав суда, и иным способом раскрывать тайну совещания судей (часть 5 статьи 167 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, резолютивная часть решения по настоящему делу принята 18.02.2019 в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом в соответствии с требованиями статей 121-123 АПК РФ.

Согласно протоколу судебного заседания от этой же даты судом исследованы доказательства по делу, после чего суд удалился в совещательную комнату, по выходу из которой вынесена резолютивная часть решения.

Каких-либо сведений о доступе в совещательную комнату иных лиц, общения судьи с кем-либо в момент нахождения в совещательной комнате, а равно доказательств сообщения судьей кому бы то ни было сведений о содержании обсуждения при принятии судебного акта, материалы дела не содержат.

Ссылка в жалобе на рассмотрение дела в течение 49 секунд, без исследования доказательств по делу, не может быть принята во внимание, учитывая соблюдение судом стадий судебного разбирательства (назначение дела в предварительное судебное заседание, судебное заседание, отложение рассмотрения дела); факт участия представителя ответчика в судебном заседании 24.12.2018; дополнительное представление сторонами доказательств в обоснование своих позиций по делу.

Таким образом, из материалов дела и протокола судебного заседания не усматривается нарушений судом первой инстанции правил о тайне совещания судей при принятии решения.

Довод жалобы о необоснованном определении ответчика организатором публичного исполнения музыкальных произведений опровергается видеозаписью, представленной в материалы дела.

Так, из видеозаписи следует, что музыкальные произведения публично исполняются в помещении кафе «Рандеву».

На 12 мин. 19 сек. видеозаписи представитель РАО и ВОИС, проводящий видеофиксацию факта публичного исполнения музыкальных произведений произносит: «Прямо надо мной громкоговоритель». При этом производится видеосъемка, на которой видно стационарную колонку (звуковоспроизводящее/звукоусиливающее оборудование), закрепленную под потолком.

На 13 мин. 19 сек. видеозаписи представитель РАО и ВОИС, проводящий видеофиксацию факта публичного исполнения музыкальных произведений, произносит фразу: «Восемь громкоговорителей расположены по залу». На видеозаписи видно, что в зале на стене под потолком размещены стационарные колонки (звуковоспроизводящее/звукоусиливающее оборудование).

На 42 мин. 16 сек. видеосъемкой зафиксированы две колонки (звуковоспроизводящее/звукоусиливающее оборудование), расположенные на стене под потолком над танцевальной площадкой (танцполом).

С 43 мин. 29 сек. диалог с работником кафе «Рандеву». На вопрос представителя РАО: А вы там музыку включать будете, следует ответ «Да».

При перемещении представителя РАО по залу кафе громкость звука не изменяется, из чего следует, что источники звука - колонки расположены по всему помещению кафе в различных местах; исполнение музыкальных произведений сопровождается световыми эффектами (светомузыкой), в кафе имеется площадка для танцев (танцпол).

При этом, видеосъемкой зафиксировано 11 колонок (звуковоспроизводящее/звукоусиливающее оборудование).

Указанное свидетельствует о том, что в зале кафе «Рандеву» имеется звуковоспроизводящая аппаратура (11 колонок) и подтверждает факт публичного исполнения музыкальных произведений в кафе «Рандеву» осуществлялось посредством стационарного звуковоспроизводящего/звукоусиливающего оборудования. В силу части 2 статьи 89 АПК РФ к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Кроме того, на чеке, выданному ответчиком, указано, что гостевой счет выписан именно в музыкальном зале кафе.

Таким образом, поскольку помещение, в котором осуществлялось публичное исполнение музыкальных произведений, используется ответчиком для организации общественного питания, публичное исполнение музыкальных произведений в данном помещении могло осуществляться исключительно при наличии воли ответчика, ООО «Евразия» является лицом, организовавшим публичное исполнение спорных музыкальных произведений в помещении, в котором произведена видеофиксация.

По указанным основаниям доводы жалобы о необоснованном установлении наличия авторского права на перечисленные в исковом заявлении музыкальные произведения; отсутствии у истца полномочий выступать в защиту прав авторов иностранных произведений от имени компаний BIM (США) и PRS (Великобритания) подлежат отклонению.

Довод жалобы о необоснованном отклонении показаний свидетеля ФИО15 отклоняется, в отсутствие надлежащих доказательств факта наличия указанного лица в трудовых отношениях с ООО «Евразия».

Кроме того, показания ФИО15 опровергаются видеозаписью, представленной в материалы дела.

Довод о завышенном размере взысканной компенсации подлежит отклонению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как указано в пункте 1 статьи 1301 ГК РФ, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29, при определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Учитывая характер нарушения, обстоятельства дела, апелляционный суд считает заявленный размер компенсации разумным.

Ссылка в жалобе на отсутствие доказательств соответствия спорных музыкальных произведений авторскому оригиналу является несостоятельной, поскольку настоящий иск заявлен в защиту авторов музыкальных произведений.

Довод жалобы о том, что музыкальные композиции не являются объектами авторских прав, как относящиеся к произведениям народного творчества (фольклор), отклоняется, как основанный на неверном толковании норм права.

Довод жалобы об отнесении заключения специалиста-музыковеда ФИО4 к ненадлежащему доказательству не принимается, учитывая наличие у данного специалиста высшего музыкального образования, являющегося специалистом в области фонографического и музыковедческого исследования,имеющего квалификацию концертного исполнителя, артиста ансамбля, преподавателя.

Указанное свидетельствует о наличии у данного специалиста соответствующей профессиональной квалификации.

Данное заключение, исходя из положений статей 64, 89 АПК РФ, относится к иным доказательствам, имеющим значение для правильного рассмотрения дела.

Изложенное в совокупности свидетельствует о несостоятельности доводов апелляционной жалобы и отсутствии правовых оснований для ее удовлетворения.

В этой связи решение суда, принятое при правильном применении норм права и надлежащей оценке доводов сторон, отмене не подлежит.

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ основанием для безусловной отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Согласно статье 110 АПК РФ при отклонении заявленных требований расходы по оплате государственной пошлины относятся на сторону, обратившуюся в суд.

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Амурской области от 22.02.2019 по делу № А04-7888/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

М.О. Волкова

Судьи

В.Г. Дроздова

А.А. Тихоненко