Гражданский кодекс часть 1

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ФИО3

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 21 мая 2022 года

об удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4 о признании недействительными договор купли-продажи от 12.02.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО3, договор купли-продажи от 01.03.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО5, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО1: земельного участка с кадастровым номером 59:07:2370104:3276, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 546 +/-5 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Почтовый адрес ориентира: <...>; земельного участка с кадастровым номером 59:07:2370104:3277, категория земель -земли населенных пунктов, разрешенное использование- для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 547 +/-5 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Почтовый адрес ориентира: <...> а также взыскать с ФИО3 в пользу ФИО5 100 000 рублей,

вынесенное в рамках дела № А50-36696/2018

о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>),

третьи лица: ФИО6, ФИО7,

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 08.11.2019 ФИО1 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

06.04.2020 в Арбитражный суд Пермского края поступило первоначальное заявление финансового управляющего о признании недействительным договора купли продажи от 12.02.2016, заключенного между должником и ФИО3, и применении последствий ее недействительности в виде возврата с конкурсную массу должника спорного имущества (земельный участок с кадастровым номером 59:07:2370104:718, категория земель - земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства общей площадью 1093 кв.м., находящийся по адресу Пермский край, Краснокамский район, Оверятское городское поселение, <...>).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8.

В судебном заседании 17.12.2020 по ходатайству финансового управляющего в качестве ответчика привлечена ФИО5; приняты уточнения требований – признать недействительными договор купли-продажи от 12.02.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО3 и договор купли-продажи от 01.03.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО5, применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника спорного имущества.

Определением суда от 24.02.2021 удовлетворено ходатайство о назначении экспертизы. По обособленному спору назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «Пермь-Инвестиция» ФИО9. Перед экспертом поставлен следующий вопрос: «Какова рыночная стоимость земельного участка строительства общей площадью 1093 кв.м., с кадастровым номером 59:07:2370104:718, категория земель – земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного, находящийся по адресу Пермский край, Краснокамский район, Оверятское городское поселение, <...> по состоянию на 11.02.2016?». Производство по обособленному спору приостановлено до окончания производства судебной экспертизы.

В материалы дела поступило заключение эксперта № 063/2021-ЗЭ, ходатайство об оплате услуг эксперта.

В судебном заседании 24.06.2021 рассмотрено и удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО4, в котором он сообщил, что из информации предоставленной Росреестром, поскольку спорный земельный участок кад. номер 59:07:2370104:718 разделен на два земельных участка с кад. номерами 59:07:2370104:3276 и 59:07:2370104:3277, принадлежащие ФИО5, уточняет требования - просит признать недействительными: договор купли-продажи от 12.02.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО3; договор купли-продажи от 01.03.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО5 и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника следующего имущества:

- земельный участок с кадастровым номером 59:07:2370104:3276, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 546 +/-5 кв.м., Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Почтовый адрес ориентира: <...>;

- земельный участок с кадастровым номером 59:07:2370104:3277, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 547 +/-5 кв.м., Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Почтовый адрес ориентира: <...>.

По ходатайству должника для дачи пояснений по заключению эксперта № 063/2021-ЗЭ был вызван и заслушан эксперт ООО «Пермь инвентаризация» ФИО9, который ответил на вопросы представителя должника, финансового управляющего, суда, что зафиксировано в аудиопротоколе судебного заседания от 14.07.2021.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7.

По ходатайству должника для урегулирования спора мирным путем судебное заседание отложено.

Финансовый управляющий и представитель должника сообщили, что данный обособленный спор не может быть урегулирован мирным путем, так как такая инициатива поступила от ответчика ФИО3, а спорный объект недвижимости находится на праве собственности у ФИО5 ФИО3 предложил добровольно возвратить в конкурсную массу должника объекты недвижимости, которые остались у него на праве собственности, и которые являются предметом двух других обособленных споров.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.05.2022 (резолютивная часть от 12.05.2022) заявление удовлетворено, признаны недействительными договор купли-продажи от 12.02.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО3, договор купли-продажи от 01.03.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО5. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания возвратить в конкурсную массу ФИО1: земельный участок с кадастровым номером 59:07:2370104:3276, категория земель -земли населенных пунктов, разрешенное использование- для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 546 +/-5 кв.м., Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Почтовый адрес ориентира: <...>; земельный участок с кадастровым номером 59:07:2370104:3277, категория земель -земли населенных пунктов, разрешенное использование- для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 547 +/-5 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Почтовый адрес ориентира: <...> а также взыскать с ФИО3 в пользу ФИО5 100 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 (далее также ответчик) обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать полностью.

В обоснование жалобы указывает на ошибочность доказанности факта аффилированности (взаимозависимости) должника и ФИО3, что необоснованно повлекло для ФИО3 как ответчика по сделке повышенный стандарт доказывания; между тем вывод об аффилированности не подтверждается установленными по делу обстоятельствами и не основан на нормах права. По утверждению апеллянта, в обжалуемом определении не приведены нормы права, под диспозицию которой попадают взаимоотношения ФИО3 и ФИО1, отсутствуют объективные фактические обстоятельства, свидетельствующие об аффилированности указанных лиц. Судом не установлено наличие у ФИО3 и должника общности экономических интересов, вовлеченность ФИО3 в экономическую деятельность, экономические интересы должника. Апеллянт полагает, что сам факт знакомства должника и ответчика не презюмирует глубокую осведомленность ответчика о делах должника, не свидетельствует о том, что ответчик знал и должен был знать о долгах и просроченных обязательствах ФИО1., а также о цели причинить вред кредиторам последнего. Считает, что суд при оценке деловых связей должника с ФИО3 неправомерно сослался на материалы уголовного дела № 1-245/2018, в рамках которого ФИО3 рассматривался следствием как соучастник преступлений ФИО1, однако впоследствии статус ФИО3 был изменен на свидетеля, обвинения ФИО3 не предъявлялись. Обращает внимание на абзац 4 стр. 11 обжалуемого определения, где суд первой инстанции фактически повторно переоценивает сделки и действия, которым дана оценка вступившим в законную силу приговором суда, в частности, сделкам в отношении квартир по ул. Сибирской, 66. В рамках уголовного дела была исследована законность, рыночность и реальность приобретения ФИО3 недвижимого имущества как по ул. Речной, так и по ул. Сибирской, установлена законность и возмездность приобретения ФИО3 указанного имущества. Полагает, что факт заключения иных законных сделок с должником не свидетельствует о фактической аффилированности контрагента должнику. Сделки в отношении квартир по ул. Сибирской, 66 не являлись предметом исследования по настоящему обособленному спору. Отмечает противоречивость материалам уголовного дела, обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу приговором и нормам уголовно-процессуального права, выводы суда о том, что статус свидетеля по уголовному делу является доказательством наличия аффилированности между должником (обвиняемым) и свидетелем. Судом по уголовному делу дана объективная оценка свидетельским показаниям ФИО3, которые не были отклонены или опорочены по мотивам их необъективности или пристрастности. Статус свидетеля, тем более заявленного со стороны обвинения, не может подтверждать общность интересов и такого свидетеля с должником и вовлеченность свидетеля в экономическую деятельность должника. Из показаний ФИО3, данных им на следствии и в суде по уголовному делу, не следует, что он был осведомлен о долгах ФИО1, что вел с ним общую деятельность. Относительно своей финансовой возможности ФИО3 обращает внимание на указание в рамках данного спора и уголовного дела о приобретении спорных объектов на полученные у ФИО6 в заем денежных средств, в связи с чем, ссылка суда на декларации ответчика по форме 2-НДФЛ за 2015 и 2016 гг. не подтверждает и не опровергает данную позицию. Свидетельские показания ФИО3 о вложении в личных интересах собственных накоплений и заемных денежных средств в покупку недвижимости судом по уголовному делу не опровергнуто. Обстоятельства покупки недвижимости на сумму 10 000 000 руб., передачи денег ФИО3 ФИО1 подтверждаются не только приговором суда, но и проведенной по делу бухгалтерской экспертизой. Отмечает, что судом первой инстанции отражены в определении, но не приняты во внимание судебные акты по делу № 2-3133/2017, которыми была дана оценка заемных отношениям ФИО3 и ФИО6 Проигнорировано и не отражено в обжалуемом определении решение Кировского районного суда г. Перми по делу № 2-1166/2017, предметом которого являлось взыскание с ФИО1 в пользу ФИО10 денежных средств, полученных от ФИО3, как неосновательное обогащение. Полагает очевидным возможность приобрести спорный земельный участок за 100 000 руб. при подтвержденности приобретения квартир на сумму порядке 8,5 млн. руб., с учетом единого источника денежных средств – заем от ФИО6 Считает, что обжалуемое определение порождает правовую неопределенность в части установления фактических обстоятельств расчетов между ФИО3, ФИО1 и ФИО10 Отклоняя доводы ответчика и ФИО6 о наличии у них заемных отношений, суд установил, что ФИО6 не раскрыты мотивы передачи денежных средств в долг ФИО3, тогда как данные обстоятельства противоречат обстоятельствам дела; ФИО6 в рамках уголовного дела, в письменных и устных пояснениях в данном споре указывалось на наличие между ним и ответчиком доверительных отношений, денежные средства давались в долг неоднократно. Относительно признания последующей сделки с ФИО5 недействительной указывает на противоречивость выводов суда о безвозмездном номинальном характере, поскольку истцом не доказан, а судом не установлен транзитный характер платежа – то, что денежные средства в реальности не поступили в собственность ФИО11, а были использованы лишь для вида проведения расчетов. Кроме того апеллянт возражает относительно примененных судом последствий недействительности, отмечая, что если он является «номиналом», то денежные средства за чужое имущество не получал, так как не может носить номинальным «фиктивный» характер только часть сделки. В случае установления судом реального получения ФИО3 от ФИО5 ее личных денежных средств на невозвратной основе и распоряжения ими по своему усмотрению, считает, что сделка не может носить транзитный «номинальный» характер.

До начала судебного заседания от лиц, участвующих в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

Участвующим в судебном заседании представитель должника доводы жалобы ответчика поддерживает в полном объеме, настаивает на отмене определения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 12.02.2016 между ФИО1 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил в собственность земельный участок с кадастровым номером 59:07:2370104:718, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование- для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 1 093 кв.м., находящийся по адресу Пермский край, Краснокамский район, Оверятское городское поселение, <...> (л.д. 33 т.2).

Цена объекта была определена сторонами в размере 100 000 руб., которые покупатель уплачивает в следующем порядке: 80 000 руб. уплачиваются покупателем продавцу при подписании договора, сумма 20 000 руб. уплачиваются покупателем продавцу до 31.12.2016 (п. 3 договора).

На указанном договоре имеется расписка должника о получении от ФИО3 80 000 руб.

Право собственности зарегистрировано 16.02.2016 Управлением Росреестра по Пермскому краю, о чем свидетельствует отметка на договоре.

01.03.2019 между ФИО3 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил в собственность земельный участок с кадастровым номером 59:07:2370104:718, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 1 093 кв.м., находящийся по адресу Пермский край, Краснокамский район, Оверятское городское поселение, <...> (л.д. 36 т.2).

Цена объекта была определена сторонами в размере 100 000 руб., которые покупатель уплачивает в следующем порядке: 100 000 руб. уплачивает наличными продавцу при подписании договора (п. 3 договора).

На указанном договоре имеется расписка ФИО3 о получении от ФИО5 100 000 руб.

Кроме того, ответчиком ФИО5 в качестве оплаты по указанному договору в материалы дела представлено платежное поручение № 14-1 от 01.06.2019 на сумму 100 000 руб. (л.д. 25-26 т.2).

Право собственности зарегистрировано 06.03.2019 Управлением Росреестра по Пермскому краю, о чем свидетельствует отметка на договоре.

Между тем 29.11.2018 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление ООО «Инкам» о признании индивидуального предпринимателя ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 29.12.2018 заявление принято, возбуждено производство по делу № А50-36696/2018 о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.03.2019 заявление ООО «Инкам» признано обоснованным, в отношении ИП ФИО1 введена процедуру реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Решением суда от 08.11.2019 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Кроме того, приговором Пермского районного суда от 16.10.2018 по делу № 1-245/2018 ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 160 УК РФ, п. «б» ч. 3 ст. 174.1 УК РФ.

Обращаясь в суд с требованием о признании недействительными как единой сделки, договоров купли-продажи от 12.02.2016, от 01.03.2019 финансовый управляющий должника ссылался на отношения заинтересованности между должником и ответчиками, отсутствием оплаты со стороны ответчика ФИО3, создание видимости оплаты со стороны ФИО5 (транзит денежных средств), а также на продажу земельного участка ответчикам по заниженной стоимости, на вывод имущества должника с целью избежания расчетов с кредиторами. В качестве правового основания признания сделок недействительными приведены положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Рассмотрев заявление управляющего, суд первой инстанции счел требования конкурсного управляющего обоснованными, признал недействительными договор купли-продажи от 12.02.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО3, и договор купли-продажи от 01.03.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО5, применил последствия их недействительности в виде возвращения спорных земельных участков в конкурсную массу, взыскания с ФИО3 в пользу ФИО5 100 000 руб.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого определения по следующим мотивам.

В соответствии с п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно ст.61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст. 61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В данном случае из материалов дела следует, что дело о банкротстве возбуждено 29.12.2018, оспариваемые договоры заключены 12.02.2016 и 01.03.2019, то есть в пределах периода подозрительности, предусмотренного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названого постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором, требования которого в настоящее время включены в реестр (ООО «Инкам» (заявитель дела о банкротстве), ИНФС России по Кировскому району г. Перми, ЖСК «Рублевка Лайт», ФИО10).

Таким образом, оспариваемые сделки совершены при наличии признаков неплатежеспособности должника.

Кроме того, судом первой инстанции отмечено отсутствие в материалах дела доказательств того, что на момент совершения оспариваемой сделки (12.02.2016) у должника имелись денежные средства либо иные активы в размере, достаточном для погашения задолженности перед указанными выше кредиторами.

Помимо периода «подозрительности» оспариваемой по специальным основаниям сделки, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В данном случае конкурсный управляющий в обоснование заявления указывал на наличие отношений заинтересованности между должником и ответчиками ФИО3 и ФИО5, ставя под сомнения факт оплаты приобретенного земельного участка со стороны ответчиков.

ФИО3 возражал, полагая, что заинтересованным с должником лицом не является.

При рассмотрении данных доводов, суд первой инстанции установил подтвержденность материалами дела наличие у должника и ответчика ФИО3 доверительных отношений, приняв во внимание показания должника, ФИО3 и иных лиц, допрошенных в качестве свидетелей в рамках уголовного дела. В частности, согласно показаниям ФИО3, он длительное время знаком в ФИО1 и ФИО12, которые вместе работали в ООО «Инкам», проводит с ними свободное время, находятся в приятельских отношениях; ФИО1 является его соседом; после развода в 2008 году они с ФИО1 жили вместе в его квартире; согласно показаниям ФИО1, ФИО3 является его близким знакомым, согласно показаниям ФИО10, на его вопрос, возникший в связи с осознанием оформления ФИО1 на подставных лиц без получения денежных средств, сколько квартир последний оформил на своего близкого знакомого ФИО3, ФИО1 ответил, что «оформил на Эдика порядка 7 квартир и понятно, там никаких денег»; из показаний свидетеля ФИО13 следует, что должник со своим знакомым ФИО3 в 2015 году приезжали в офис, она составила договора участия в ЖСК, приходно-кассовые ордера и заявления о вступлении в ЖСК на 3 квартиры на общую сумму 5 млн. руб., передачу денег она не видела, ФИО1 сказал, что ФИО14 передаст деньги в автомобиле; на ФИО3 также были оформлены две квартиры по ул. Сибирская, 66 (л.д. 95 т.1). Более того, из текста приговора следует, что обвинение рассматривало версию соучастия ФИО1 и ФИО3

Вопреки позиции ФИО3, то обстоятельство, что обвинение не было установлено, а он сам был переведен в уголовном дела в свидетели, не опровергает наличие у указанных лиц отношений заинтересованности. Напротив, в рамках уголовного дела исследовались обстоятельства совершения преступления, о которых ФИО3 был осведомлен и в которых так или иначе принимал участие, о чем свидетельствует рассмотрение первоначально версии соучастия ФИО3 в преступлении, его допрос в качестве свидетеля; указанное подтверждает наличие между должником и ответчиком отношений, выходящих за пределы простого знакомства, позволяет оценить их как отношения взаимосвязанности, заинтересованности с должником.

В апелляционной жалобе ФИО3, оспаривая выводы суда об его заинтересованности по отношению к должнику, указывает на не установление судом между ним и должником общности экономических интересов, вовлеченности в экономическую деятельность, полагая, что сам факт их знакомства не презюмирует глубокую осведомленность ответчика в делах должника, не свидетельствует о том, что ответчик знал и должен был знать о долгах и просроченных обязательствах ФИО1

Между тем, общность экономических интересов, вовлеченность в экономическую деятельность не являются обязательными критериями для признания лиц взаимосвязанными, фактически аффилированными.

В силу правовых позиций, выраженных в определениях Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) аффилированность (заинтересованность) должника и ответчика может быть не только юридической, но и фактической, при которой сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений. О наличии фактической аффилированности (заинтересованности) может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как указано ранее, фактическими обстоятельствами дела, имеющимися в деле доказательствами фактическая аффилированность должника и ответчика ФИО3 подтверждается.

Также судом первой инстанции установлено наличие отношений свойства между должником и ФИО5, которая является матерью бывшей супруги должника (л.д. 1-4 т.3). Указанное не оспаривается лицами, участвующими в деле. При этом в рамках другого спора о признании недействительными сделок должника, в связи с возникшим вопросом относительно определения единственного жилья для должника и его семьи, представитель должника завил, что расторжение брака было формальным и после отбытия уголовного наказания должник намеревается проживать совместно с ФИО15

Учитывая отношения заинтересованности между должником и ответчиком ФИО3, судом поставлен под сомнение факт передачи наличных денежных средств по оспариваемому договору от 12.02.2016, применен по отношению к нему повышенный стандарт доказывания.

Исходя из условий договора, следует, что денежные средства в размере 80 000 руб. уплачиваются покупателем продавцу наличными денежными средствами при подписании договора; денежные средства в размере 20 000 рублей уплачиваются покупателем продавцу наличными денежными средствами в срок до 31.12.2016 включительно. На договоре имеется расписка ФИО1 о получении 80 000 руб.

В качестве источника получения ФИО3 денежных средств для приобретения объектов недвижимости у должника, с учетом нескольких объектов недвижимости, приобретенных у должника ФИО3 в один период – 11.02.2016 и 12.02.2016, которые также оспариваются в рамках дела о банкротстве ФИО1, на общую сумму 1 350 000 руб., в том числе на спорный земельный участок в размере 100 000 руб., ответчик ссылается на получение денежных средств в заем от ФИО6.

По утверждению ответчика, действительность заемных отношений с ФИО6 исследовалась по гражданскому делу № 2-3133/2017, в рамках уголовного дела № 1-245/2018, в том числе в рамках финансовой экспертизы. ФИО3 поясняет, что из полученных от ФИО16 заемных средств 8 500 000 руб. были потрачены на приобретение квартир в доме № 3 по ул. Речной в с. Култаево Пермского района, с учетом оставшейся части заемных средств в размере 1 500 000 руб. ФИО3 имел финансовую возможность приобрести иные объекты ФИО1, включая спорный земельный участок.

В ходе судебного разбирательства по обособленным спорам к ответчику ФИО3 судом установлено, что ФИО16 предоставлены противоречивые сведения относительно источника получения им денежных средств для их передачи в заем ФИО17, первоначально он лично в одном из судебных заседаний утверждал, что денежные средства передал ФИО17 в наличной форме в заем, так как имел в спорный период значительные доходы от игорного бизнеса, в последствии ФИО6 изменил позицию, указав в отзыве на то, что выдал заем ФИО17 из денежных средств, полученных от ФИО7 в порядке возврата заемных средств по договору от 20.04.2012 на сумму 10 000 000 руб. (л.д. 3-5 т.5). В свою очередь, ФИО7 указывает, что имел денежные средства для возврата заемных средств ФИО6 в связи с продажей имущества.

Между тем, изменение ФИО16 пояснений об источниках получения денежных средств, переданных в заем ФИО3, с учетом давности событий, само по себе не может быть воспринято как подтверждение отсутствия между ними заемных отношений.

Однако, утверждение апеллянта о том, что ФИО3 осуществил оплату по спорному договору за счет денежных средств, полученных им в заем от ФИО6, не соответствует материалам дела.

Вопреки утверждению ответчика, ни приговором суда, ни решением суда по делу № 2-3133/2017 не установлен факт получения им в заем от ФИО6 именно 10 млн. руб., их частичное расходование на приобретение иных объектов недвижимого имущества, с учетом которого у ответчика могли остаться денежные средства порядка 1,5 млн. руб.

Напротив, из приговора суда следует, что ФИО3, приобретено 9 квартир в доме № 3 по ул. Речная в с. Култаево; сумма денежных средств, полученных ФИО1, действующим от имени ФИО10, согласно представленным на исследование распискам продавца определена в размере 13 559 300 руб.; экспертом факт поступления этих денежных средств не устанавливался; согласно пояснениям ФИО3, перед новым 2015 годом он вступил в ЖСК «Рублевка Лайт», внес паевой взнос на 3 квартиры по ул. Речная, 3 в размере 5 млн. руб., после сдачи дома приобрел еще 6 квартир за 8 570 000 руб.. так как у ФИО1 не было денег для достройки дома, а у него были свободные деньги; общая стоимость квартир составила 13 570 000 руб., деньги он передал наличными ФИО1; согласно показаниям ФИО1, он получил от ФИО3 денежные средства в декабре 2015 года (за три квартиры), и 30.01.2016 – в сумме 8 500 000 руб.

Органами предварительного расследования преступления первоначально действия ФИО1 в части хищения денежных средств ФИО18 в результате заключения мнимых (безденежных) сделок с ФИО3 30.01.2016 на сумму 13 559 300 рублей были квалифицированы как самостоятельное преступление, но впоследствии обвинитель уточнил квалификацию на ч. 4 ст. 160 УК РФ, что расценено судом как отказ государственного обвинителя от обвинения, из обвинения исключена излишне вмененная квалификация.

Суд пришел к выводу, что ФИО1 присвоил денежные средств ФИО10 в общей сумме 13 559 300 руб., заключив 30.01.2016 договоры купли-продажи с ФИО3 в доме по ул. Речная, 3.

Таким образом, ФИО3 на покупку недвижимого имущества направлено 13 559 300 руб.

При этом, согласно его пояснениям, данное имущество приобретено им за счет заемных средств, полученных от ФИО6 Однако, из представленных в материалы дела документов следует, что в заем последним ответчику предоставлено 10 млн. руб. Иной источник денежных средств для расчетов по договорам купли-продажи 9 квартир ФИО3 не раскрыты, доказательства не представлены.

Из имеющихся в материалах дела справки МАУ ДО «ДЮСТШ» от 28.02.2020, справок по форме № 2НДФЛ следует, что ФИО3 за 2015 год имел доход в размере 243 250,46 руб., за 2016 год – 234 691,87 руб. (л.д. 58-46, т.2).

Получается, что все заемные средства потрачены ФИО3 на оплату квартир, причем передача денежных средств состоялась до заключения спорного договора.

Более того, даже если у ФИО3 на 11.02.2016 имелись денежные средства, полученные от ФИО6, само по себе это не свидетельствует о том, что он ими оплатил земельный участок.

Как следует из договора от 12.02.2016, при его заключении были переданы лишь денежные средства в сумме 80 000 руб. При наличии денежных средств в распоряжении ФИО3 в размере 1 500 000 руб. наличными частичная оплата по договору в незначительном размере представляется по крайней мере не логичной. Чем обусловлен пункт договора об оплате 20 000 руб. в срок до 31.12.2016, перед судом не раскрыто. Какие-либо разумные пояснения по такому порядку расчетов, с учетом утверждений ответчика о наличии у него денежных средств размере 1 500 000 руб., ответчиком не даны.

Исходя из изложенного, судом сделаны правильные выводы о наличии заинтересованности между участниками сделки от 12.02.2016, отсутствии доказательств финансовой возможности ФИО3 в виде наличных денежных средств, отсутствие у него необходимого дохода в спорный период, а также доказательств, подтверждающих передачу должнику 100 000 руб. (с учетом имеющейся в договоре отметки о получении только части суммы – 80 000 руб.).

Кроме того, в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства расходования должником денежных средств по оспариваемому договору. В представленном представителем должника отзыве содержатся ссылки на траты денежных средств на содержание детей, на погашение кредитных обязательств и оплату юридических услуг. При этом в рамках дела о банкротстве ФИО1 в настоящее время рассматриваются несколько исковых заявлений о признании сделок должника по отчуждению большого количества объектов недвижимости недействительными, совершенные в один и тот же период на значительную сумму. Представителем должника во все обособленные споры представленные одинаковые отзывы и документы о том, куда потратил должник полученные по сделкам денежные средства.

Также материалами дела подтверждаются доводы о порочности последующего договора купли-продажи спорного земельного участка от 01.03.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО5, являющейся матерью супруги должника.

ФИО5 в суде первой инстанции утверждалось, что она произвела оплату безналичным путем в размере 100 000 руб. по платежному поручению № 14-1 от 01.06.2019. Действительно, из указанного документа следует, что имелась банковская операция по перечислению 100 000 рублей со счета ФИО5 на счет ФИО3

Вместе с тем, указанное перечисление денежных средств не корреспондирует с пунктом 3 договора от 01.02.2019, а также противоречит имеющейся на договоре расписке ФИО3 о получении от ФИО5 100 000 руб. наличными. Более того, вызывает сомнение необходимость оплаты безналичным путем между двумя физическими лицами суммы 100 000 руб.

Каких-либо пояснений относительно данных обстоятельств ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции не даны.

Принимая во внимание указанное, в том числе, наличие отношений заинтересованности должника с ФИО3 и с ФИО5, учитывая обстоятельства оплаты по договорам, а также противоречивые документы об оплате по договору от 01.03.2019, суд пришел к обоснованному выводу о том, что перечисление 100 000 руб. по счетам было произведено с целью транзита, демонстрации оплаты, без реального намерения оплатить земельный участок, так как по договору от 12.02.2016 такой оплаты не было. Вместе с тем, доказательств того, что 100 000 руб. являлись денежными средствами самого должника, в материалах дела не имеется.

Доводы должника о том, что договоры не могут быть единой сделкой, судом отклонены с учетом указанных выше обстоятельств. Судом установлено, что ФИО3 безвозмездно был номинальным собственником земельного участка, право собственности по которому было переведено на родственницу должника, при этом была создана видимость оплаты по договору от 01.03.2019. Кроме того, судом отмечено, что тексты, условия, шрифты обоих договоров от 12.02.2016 и от 01.03.2019 идентичные, что также подтверждает, что сделка была единой, с одной целью вывести от расчетов с кредиторами имущество должника, по сути, сохранив за ним имущество.

Кроме того, как следует из представленного в материалы дела постановления Пермского районного суда Пермского края от 11.11.2020 по делу № 3/6-287/202 наложен арест на недвижимое имущество, принадлежащее ФИО5 (л.д. 8-10 т.5).

Из указанного судебного акта следует, что в период с 2016 год по 2019 год ФИО5 приобретены объекты недвижимости, при этом земельный участок с кадастровым номером 59:32:0630006:12848 приобретен ФИО1 по доверенности от ФИО5 В ходе предварительного следствия установлено, что ФИО5 с 2013 года является пенсионеркой, ее пенсия составляет 83 00 руб. Справки 2 -НДФЛ за период с 2010 по 2019 гг. от налоговых агентов на имя ФИО5 не подавались. Согласно показаниям ФИО5, она не помнит, при каких обстоятельствах она приобретала земельные участки и за какую стоимость. В связи с указанным суд пришел к выводу о наличии достаточных оснований полагать, что имущество приобретено в результате противоправной деятельности ФИО1, а оформление прав собственности на ФИО5 обусловлено необходимостью сокрытия источников дохода.

Кроме того, судом признаны обоснованными доводы финансового управляющего о продаже земельного участка по заниженной стоимости. Как следует из заключения эксперта ООО «Пермь инвентаризация» № 063/2021-ЗЭ рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 59:07:2370104:718, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование- для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 1093 кв.м., находящийся по адресу Пермский край, Краснокамский район, Оверятское городское поселение, <...> по состоянию на 11.02.2016 составила 175 770 рублей (л.д. 23-124 т.4).

В апелляционной жалобе ФИО3 возражений в данной части не приведено.

Принимая во внимание изложенного, находясь в отношениях заинтересованности, должник и ответчики, совершая безвозмездную сделку по отчуждению имущества, зная о наличии неисполненных обязательств перед кредиторами в столь значительном для физического лица размере, а также учитывая, что в весной 2016 году возбуждено уголовное дела в отношении должника, должник и ответчики не могли не осознавать необходимости расчетов с кредиторами и недобросовестностью действий по безвозмездному отчуждению имущества, которое могло бы быть направлено на исполнение обязательств перед кредиторами.

С учетом указанных обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно признал доказанным необходимую совокупность условий для признания оспариваемых сделок на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (п. 4).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Иной подход, оспаривание сделки по ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как следует из заявления, финансовый управляющий в обоснование недействительности сделки указывает на совершение сделки при наличии у должника признаков неплатежеспособности, по цене, существенно ниже рыночной, в отсутствие встречного предоставления, с целью вывода имущества на аффилированное лицом и причинения вреда кредиторам.

Указанные обстоятельства охватываются критериями подозрительной сделки, предусмотренными ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие у сделки дефектов, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, заявителем не обосновано, доказательства таких дефектов не представлены.

При таком положении оснований для признания сделки недействительной на основании ст. 168 ГК РФ не имеется.

Согласно пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

На основании указанных норм, учитывая, что спорный земельный участок кад. номер 59:07:2370104:718 разделен на два земельных участка с кад. номерами 59:07:2370104:3276 и 59:07:2370104:3277 в качестве последствий недействительности сделки в данном случае следует возвратить в конкурсную массу должника эти земельные участки, а также, учитывая перечисление денежных средств по счету, и отсутствие доказательств возврати этих денежных средств, взыскать с ФИО3 в пользу ФИО5 100 000 руб.

Доводы заявителя апелляционной жалобы фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой судом доказательств.

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам, постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом первой инстанции допущено не было.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 21 мая 2022 года по делу № А50-36696/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова

Судьи

В.Г. Голубцов

В.И. Мартемьянов