Гражданский кодекс часть 1

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Баканова В.В., судей Тарасовой С.В. и Ширяевой Е.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Ихсановой Э.Ф., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Федеральной службы судебных приставов и Управления Федеральной службы судебных приставов по Оренбургской области на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 10 ноября 2020 г. по делу №А47-1688/2018. В судебном заседании (до перерыва) приняли участие представители: Федеральной службы судебных приставов - ФИО1 (доверенность №Д-56907/20/328-ГК от 07.07.2020, служебное удостоверение № ТО619034 от 09.07.2018);

Управления Федеральной службы судебных приставов по Оренбургской области – ФИО1 (доверенность № Д-56907/20/331-ГК от 07.07.2020, служебное удостоверение № ТО619034 от 09.07.2018).

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, ИП ФИО2, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) исковым заявлением к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов (далее – ответчик, ФССП России) о взыскании за счет казны ущерба в виде снижения качества и стоимости мебельного набора в размере 75 935 руб. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы судебных приставов по Оренбургской области в лице Отдела судебных приставов по Ленинскому району г. Оренбурга, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 (далее – третьи лица, УФССП по Оренбургской области, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10). Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.11.2020 (резолютивная часть объявлена 03.11.2020) исковые требования удовлетворены, с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны Российской Федерации в пользу ИП ФИО2 взыскано 75 935 руб. убытков, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 037 руб., расходы на проведение судебной экспертизы в размере 32 232 руб. Не согласившись с принятым решением суда, ФССП России и УФССП по Оренбургской области обратились в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят отменить решение суда и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. Податели жалобы отмечают, что противоправность действий со стороны судебного пристава-исполнителя при аресте имущества ИП ФИО2 не доказана, следовательно, отсутствует одно из условий, установленных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) для взыскания убытков. Также апеллянты считают, что спор подлежал рассмотрению в суде общей юрисдикции, в связи с чем судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права. Основными критериями разграничения предметной компетенции судов общей юрисдикции и арбитражных судов по требованию о признании незаконными действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя является не только субъектный состав или экономический характер спора, но и то, каким судом (общей юрисдикции или арбитражным) выдан исполнительный документ либо в каком суде (общей юрисдикции или арбитражном) возможно оспорить несудебный исполнительный документ. Поэтому, если с иском о возмещении вреда, причиненного действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя в рамках исполнительного производства, возбужденного по выданному судом общей юрисдикции исполнительному документу обратился взыскатель – юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, то при рассмотрении данного имущественного спора оценку законности указанных действий должен дать суд общей юрисдикции. Кроме того, назначение судом по делу повторной экспертизы и приостановление производства по делу является незаконным и нарушает права ответчика, что повлекло взыскание значительных денежных средств с казны Российской Федерации. Назначение по делу повторной экспертизы было нецелесообразным; степень снижения качества и стоимости мебельного набора не является ущербом, поскольку представляет собой снижение потребительских свойств вещи, бывшей в употреблении. В апелляционной жалобе ФССП России и УФССП по Оренбургской области приводят критическую оценку экспертного заключения, выполненного экспертом федерального бюджетного учреждения «Самарская лаборатория судебной экспертизы» ФИО11

В судебном заседании 18.01.2021 представитель ФССП России и УФССП по Оренбургской области поддержал доводы и требование апелляционной жалобы по изложенным в ней основаниям. В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании объявлялся перерыв с 18.01.2021 по 25.01.2021. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте слушания дела на интернет-сайте суда, явку своих представителей в судебное заседание после перерыва не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 159 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле. Отзывы на апелляционную жалобу в адрес суда не представлены. Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, установленном главой 34 АПК РФ. Как следует из материалов дела, 24.10.2016 судебным приставом-исполнителем составлен акт о наложении ареста на имущество, спорный комплект мебели цвет орех, 3 позиции, 2015 г., инвентарные номера 260415-16-090002, 230415-16-090001, 200415-1609-001 в рамках исполнительного производства № 96086/16/56044, возбужденного на основании исполнительного листа ФС № 016172754, выданного 25.08.2016 Ленинским районным судом г. Оренбурга по делу № 2-1974/2016, о наложении ареста на имущество, принадлежащего должнику ФИО2(т. 2, л.д. 137-140). Ответственным хранителем назначен должник ФИО2 Исполнительное производство окончено на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон № 229-ФЗ, Закон об исполнительном производстве). 04.02.2017 судебным приставом-исполнителем ОСП Ленинского района г. Оренбурга УФССП России по Оренбургской области ФИО6 возбуждено исполнительное производство № 16018/17/56044-ИП на основании исполнительного листа ФС № 016171925, выданного 26.01.2017 Ленинским районным судом г. Оренбурга по делу № 2-1974/2016. В рамках совершения исполнительных действий наложен арест на имущество, принадлежащее должнику, о чем составлен акт от 04.04.2017 (т.2, л.д.61-68), согласно постановлению об оценке имущества, стоимость арестованного имущества составила 50 500 руб. Арестованное имущество передано на хранение ФИО10; 10.04.2017 произведена смена ответственного хранителя на ФИО3; 14.04.2017 - на ФИО4 Однако, в состав имущества, на который был наложен арест 04.04.2017, не входил спорный комплект мебели, о повреждении которого заявляет истец, что следует из перечня имущества, на которое наложен арест (т.3, л.д.62-64), а также пояснений ФИО10, ФИО8, ФИО3, представленных ФИО10 фотографий (т.3, л.д.44-47). Арест на спорный комплект мебели цвет орех, 3 позиции, 2015 г., инвентарные номера 260415-16-090002, 230415-16-090001, 200415-1609-001, о повреждении которого заявлено истцом, наложен 10.04.2017 (акт о наложении ареста (описи имущества от 10.04.2017, т.2, л.д.56-60), предварительно оценен судебными приставами-исполнителями на сумму 100 000 руб. Арестованное имущество изъято и передано на ответственное хранение взыскателю ФИО8 (акт изъятия арестованного имущества от 10.04.2017, т.2 л.д.32) с указанием места хранения: <...>. Изъятие производилось в отсутствие должника - ИП ФИО2 23.06.2017 судебным приставом-исполнителем ОСП Ленинского района г. Оренбурга УФССП России по Оренбургской области ФИО5 вынесено постановление об окончании исполнительного производства № 16018/17/56044-ИП ввиду исполнения должником требований исполнительного документа в полном объеме (т. 2, л.д. 5).

В связи с добровольным погашением суммы задолженности в полном объеме в размере 359 091 руб. 91 коп., истец обратился в ОСП Ленинского района с просьбой отменить установленные ограничения и вернуть изъятое имущество. Возврат арестованного имущества - комплекта мебели цвет орех, 3 позиции, 2015 г, инвентарные номера 260415-16-090002, 230415-16-090001, 200415-1609-001 произведен 23.06.2017, о чем составлен акт приема-передачи имущества, указанного в исполнительном документе (т.2, л.д. 28-31) с замечаниями.

ИП ФИО2 утверждает, что в процессе транспортировки и хранения мебельного комплекта ему были причинены повреждения, соответственно, истец понес убытки, которые им оценены в размере 346 135 руб. В ходе рассмотрения спора, предприниматель исковые требования уточнил, просил взыскать с ответчика 75 935 руб. убытков. Удовлетворяя требования, суд первой инстанции руководствовался статьями 15, 1064, 1069 ГК РФ, положениями Закона об исполнительном производстве, и исходил из обстоятельств дела, подтвержденных имеющимися в деле доказательствами, свидетельствующими о наличии заявленных к возмещению убытков, вызванных повреждением арестованного имущества по вине службы судебных приставов.

Выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствует действующему законодательству, материалам дела.

Возмещение убытков в соответствии со статьей 12 ГК РФ является самостоятельным способом защиты права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками, согласно пункту 2 названной статьи, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании статьи 16 ГК РФ, убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием. Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственной связи между действиями и его последствиями и вины правонарушителя. Суд апелляционной инстанции отмечает, что для возложения ответственности по деликтному обязательству эти условия должны быть в наличии в совокупности.

В соответствии с пунктом 80, 81 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее - Постановление № 50) защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона об исполнительном производстве), но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (статья 1069 ГК РФ). Иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФССП России (пункт 3 статьи 125, статья 1071 ГК РФ, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Согласно статье 1 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» (далее - Закон о судебных приставах) на судебных приставов-исполнителей возлагаются задачи по исполнению судебных актов и актов других органов, предусмотренных Законом об исполнительном производстве.

Положения статьи 12 Закона о судебных приставах обязывают судебного пристава-исполнителя принимать все меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов в процессе исполнения судебных актов и не допускать в своей деятельности ущемления прав и законных интересов граждан и организаций. Таким образом, судебный пристав-исполнитель при осуществлении принудительного исполнения требований исполнительного документа с учетом задач и принципов исполнительного производства, в соответствии с представленными ему полномочиями, исходя из характера требований, указанных в исполнительном документе, обязан принять необходимые и достаточные меры, направленные на своевременное и полное исполнение требований исполнительного документа. Частью 1 статьи 80 Закона об исполнительном производстве установлено, что судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа вправе наложить арест на имущество должника. Статьей 86 Закона об исполнительном производстве установлено, что судебный пристав-исполнитель принимает меры для сохранности арестованного имущества. В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 27 «О некоторых вопросах применения законодательства об исполнительном производстве» при утрате переданного на хранение или под охрану имущества взыскатель имеет право на иск о возмещении вреда за счет казны Российской Федерации, поскольку судебный пристав-исполнитель несет ответственность за действия третьих лиц, на которых он возложил свою обязанность по сохранности имущества должника (статья 403 Гражданского кодекса Российской Федерации). В пункте 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» разъяснено, что передача изъятого имущества на хранение третьему лицу не освобождает Российскую Федерацию от ответственности за убытки, причиненные вследствие необеспечения федеральным органом исполнительной власти надлежащего хранения изъятого имущества. Суд удовлетворяет требование истца о возмещении убытков, причиненных ему утратой, недостачей или повреждением изъятого имущества, установив, что это имущество было изъято органом исполнительной власти у данного лица (пункт 10 указанного информационного письма).

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о судебных приставах ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации. На основании рекомендаций, изложенных в пункте 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами», истец, предъявляя требование о возмещении вреда, причиненного действиями (бездействием) органа (должностного лица), должен доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований, а именно доказать факт причинения ему вреда, его размер, наличие причинной связи между действиями (бездействием) органа (должностного лица) и наступившими неблагоприятными последствиями, а также противоправность таких действий (бездействия). На ответчике лежит бремя доказывания обстоятельств, послуживших основанием для совершения таких действий (бездействия). Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Ответственность за незаконные действия должностных лиц государственных органов наступает при наличии общих (статья 1064 ГК РФ) и специальных (статья 1069 ГК РФ) условий.

Применительно к рассматриваемым отношениям таким условием, в частности, является наличие у истца убытков в результате незаконных действий (бездействий) судебных приставов-исполнителей.

Бремя доказывания наличия и размера вреда, причинно-следственной связи между возникшим вредом (убытками) и действиями причинителя вреда лежит на истце, который должен доказать наличие вышеперечисленных условий для возмещения вреда.

Следовательно, исходя из системного толкования положений ст. 15, 16, 1064, 1069 ГК РФ, для применения ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего следующие элементы: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда, наличие причинно - следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, доказанность размера ущерба.

Отсутствие одного из вышеназванных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о возмещении вреда.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что в рассматриваемом деле истец просит взыскать с ответчика убытки, понесенные им в виде реального ущерба (снижения качества и стоимости мебельного набора) в связи с ненадлежащим обращением арестованным имуществом предпринимателя, переданным на хранение третьим лицам. Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается факт наложения 10.04.2017 судебным приставом-исполнителем ареста на принадлежащее истцу имущество – комплект мебели. В акте приведено следующее описание имущества: комплект мебели цвет орех, 3 позиции, 2015 г., инвентарные номера 260415-16-090002, 230415-16-090001, 200415-1609-001, в конце акта сделана приписка: 1) в комплекте мебели имеются сколы, в нижней части; 2) в районе крепления сколы ПВХ, а также многочисленные сколы по всей мебели. Арестованное имущество возвращено ИП ФИО2 23.06.2017 по акту приема-передачи имущества, указанного в исполнительном документе, в котором содержатся замечания должника о имеющихся повреждениях возвращенного имущества и нарушении условий хранения комплекта мебели, их фото и видеофиксации, а также возражения на указанные замечания со стороны представителя ответственного хранителя. Факт наличия повреждений на имуществе истца после возврата с ответственного хранения подтверждается материалами дела. С целью определения степени снижения качества и стоимости (ущерба) повреждений мебельного набора, времени образования повреждений и оценки стоимости имевшихся на момент ареста повреждений по ходатайству сторон, судом первой инстанции была назначена судебная экспертиза.

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Экспертами ФИО12 и ФИО13 АНО «Судебная экспертиза» проведено исследование степени снижения качества и стоимости (ущерба) повреждений мебельного набора, а также сделан вывод об отсутствии возможности установления точного периода возникновения повреждений в связи с отсутствием научно-разработанных и утвержденных методик по решению данного вопроса, и указано на недостаточность данных для исследования и невозможность ответа на вопрос о стоимости повреждений с учетом только тех повреждений, которые указаны в акте ареста.

В соответствии с частью 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В связи с возникшими сомнениями в обоснованности выводов экспертов АНО «Судебная экспертиза» по проведенным расчетам, в соответствии с частью 2 статьи 87 АПК РФ суд первой инстанции определением от 21.05.2020 по ходатайству истца, назначил повторную экспертизу, проведение которой поручил федеральному бюджетному учреждению «Самарская лаборатория судебной экспертизы» Оренбургский филиал эксперту ФИО11 При ответе на запрос суда о возможности проведения повторной судебной экспертизы, эксперт ФИО11 также указала на невозможность экспертного ответа на вопрос установления точного периода возникновения повреждений и невозможность ответа на вопрос о стоимости повреждений с учетом только тех повреждений, которые указаны в акте ареста. В связи с чем, повторная экспертиза назначена и проведена по вопросам исследования степени снижения качества и стоимости (ущерба) повреждений мебельного набора на момент возврата имущества истцу (23.06.2017). Как следует из части 1 статьи 86 АПК РФ на основании проведенных исследований и с учетом их результатов эксперт от своего имени дает заключение в письменной форме и подписывает его. Материалы и документы, иллюстрирующие заключение эксперта, прилагаются к заключению и служат его составной частью. Если эксперт при проведении экспертизы установит обстоятельства, которые имеют значение для дела и по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение. Как следует из экспертного заключения эксперта ФИО11 при проведении 29.06.2020 натурного осмотра по месту расположения объекта исследования <...>, ТК «Громада мебели» установлено наличие множественных сколов, царапин, потертостей, вырывов на поверхности изделий исследуемого набора мебели (см. фототаблицу №1 к заключению). Отделить дефекты, полученные во время изъятия и ответственного хранения мебели, от образовавшихся за время последующей пассивной эксплуатации мебели, как выставочного образца не представляется возможным.

При этом, эксперт отмечает, что по предоставленным фотоматериалам изъятия мебели 10.04.2017 и процесса возвращения мебели с ответственного хранения 23.06.2017 можно сделать вывод, что большая часть повреждений мебельных изделий (в виде сколов, вырывов, царапин) была получена именно вследствие непрофессиональной разборки, транспортировки, разгрузки и складирования мебели для ответственного хранения).

В соответствии с ГОСТ 16371-2014: «При транспортировке мебели автотранспортом, для защиты мебели от механических повреждений в местах соприкасания изделий мебели друг с другом, с кузовом транспортного средства должны применяться вспомогательные упаковочные средства. Двери и ящики мебели для предотвращения открывания и выдвижения при транспортировке должны быть заперты на замок или, при отсутствии замков, закреплены средствами, исключающими повреждение мебели». Из предоставленных материалов видно, что ни одно из вышеперечисленных требований не выполнено. Как следует из представленных в материалы дела доказательств, включая фото и видеоматериалы момента изъятия мебели и условий его хранения, судом установлено, что действительно, комплект мебели хранился в разобранном состоянии на бетонном полу, без гидроизоляции, составные части шкафа лежали друг на друге либо были прислонены к стене без упаковочного материала. Указанные обстоятельства ответчиком не оспорены.

В суде первой инстанции опрошены свидетели ФИО14 и ФИО16

Свидетель ФИО14 пояснил, что работает водителем у ФИО8, присутствовал при изъятии мебели, видел, как ФИО15 фотографировала имеющиеся повреждения мебели при изъятии, из повреждений назвал сколы, повреждения по низу шкафа от воды, фотографирование производилось до демонтажа; пояснил, что перед транспортировкой мебель оборачивали пленкой, сам мебель не грузил, кто производил разборку мебели, ему неизвестно, в его машину мебель не грузили, возвращали мебель в пленке или нет, он не помнит. Свидетель ФИО16 пояснил, что работает инженером в ООО «ЛК-Комуслуги», в его обязанности входит содержание помещений склада по ул. Лесозащитная, 8, присутствовал при возврате мебельного набора ИП ФИО2, был конфликт по поводу того, кто уронил элемент мебели, кто конкретно допустил падение, пояснить не может, не видел. Как следует из пояснений ответчика (т.2, л.д.79), разборка мебели осуществлялась неизвестными судебному приставу-исполнителю лицами. При этом, из материалов исполнительного производства следует, что разборка комплекта мебели и его изъятие производилось в отсутствие ИП ФИО2

Следовательно, сделать вывод о том, что разборка мебели производилась силами должника, не представляется возможным. Ответчик таких доказательств не представил. Исходя из указанных обстоятельств, ответчик не пояснил, каким образом судебные приставы-исполнители контролировали действия лиц, производивших разборку комплекта мебели, с целью недопущения повреждений мебели при ее разборке.

ФССП России не представлено доказательств того, что им были предприняты меры по недопущению соприкасания изделий мебели друг с другом, с кузовом транспортного средства, закреплению подвижных элементов при транспортировке арестованного имущества к месту хранения.

Пояснение свидетеля ФИО14 о том, что мебель оборачивали пленкой перед погрузкой, не является достаточным доказательством, суд относится к показаниям критически, так как свидетель лично мебель не загружал, мебель на складе находилась без пленки, свидетель не смог пояснить, кто производил обертывание пленкой, какие составные части мебели были обернуты пленкой.

В акте ареста от 10.04.2017 указано, что в комплекте мебели имеются сколы, в нижней части; в районе крепления сколы ПВХ, а также многочисленные сколы по всей мебели. При этом, на каких конкретно деталях имелись повреждения на момент ареста, установить из акта не представляется возможным.

В подтверждение наличия повреждений на комплекте мебели в момент изъятия ответчиком представлены фотографии, сделанные ФИО10 в момент изъятия (фото DSC_1063 по DSC_1084 на электронном носителе - т.5, л.д.149, в распечатанном виде - т.3, л.д.34-43).

Указанные на фотографиях, сделанных ФИО10 в момент изъятия повреждения, являлись объектом экспертного исследования.

Экспертом ФИО11 в заключении судебной экспертизы по результатам проведенного анализа предоставленных для исследования документов и сопоставления их с результатами натурного осмотра, сделан вывод о том, что степень снижения качества и стоимости (ущерб) мебельного набора «MrDors» в результате повреждения по состоянию на 23.06.2017, за исключением повреждений, зафиксированных на фотографиях с DSC_1063 по DSC_1084, составляла 75 935 руб. При этом, при проведении расчетов, экспертом учитывался характер повреждений, их расположение, значительность, учитывалось, что комплект мебели изготавливался по индивидуальному заказу, что обуславливает выбор методов оценки, а также приобретен в 2015 г. и использовался как выставочный образец, что прямо следует их экспертного заключения. Экспертное заключение федерального бюджетного учреждения «Самарская лаборатория судебной экспертизы» Оренбургский филиал соответствует требованиям статей 82, 86, 87 АПК РФ.

Как правильно установлено судом первой инстанции, выводы эксперта ФИО11 понятны, мотивированы, не имеют вероятностного характера, нормативно обоснованы. Сведения, содержащиеся в экспертном заключении, ответчиком документально не опровергнуты (статья 65 АПК РФ). Судебная коллегия принимает во внимание, что изложенные, в качестве доводов апелляционной жалобы утверждения ответчика и третьего лица о несоответствии экспертного заключения требованиям законодательства носят тезисный характер. Заключение повторной судебной экспертизы, представленное в материалы дела, является полным и обоснованным, выводы эксперта носят последовательный непротиворечивый характер, экспертом дана подписка о том, что он предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; заключение по форме и содержанию соответствует требованиям части 1 статьи 83 названного Кодекса. Отклоняя доводы подателей жалобы относительно необоснованного назначения по делу повторной экспертизы, суд апелляционной инстанции отмечает следующее. Процессуальная форма проведения судебной экспертизы выступает в качестве гарантии получения достоверного доказательства - заключения эксперта. Экспертное заключение относится к первоначальным, а не производным доказательствам, поскольку эксперт не просто воспроизводит факты, а анализирует их на основе специальных познаний, предоставляя в распоряжение суда свои выводы - первичную информацию о фактах. Эти особенности экспертного заключения, вкупе с формой выводов эксперта (категоричных или вероятных), и определяют его доказательственную ценность. Согласно статье 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. Экспертное заключение должно отражать весь ход экспертного исследования: наименование поступивших на экспертизу материалов, их осмотр, сравнительное исследование, эксперимент, описание применяемых методик, оценку результатов и изложение выводов (суждений) эксперта. Заключение эксперта ФИО11 оценено судом в порядке статьи 71 АПК РФ в совокупности со всеми представленными в материалы дела доказательствами.

Доводы ответчика о том, что результаты проведенного исследования не могут быть использованы для выводов о стоимости повреждений, так как оценивалась степень снижения качества и стоимости, правомерно отклонены судом первой инстанции. Как пояснил эксперт ФИО11 в суде первой инстанции, комплект мебели изготавливался по индивидуальному заказу, подобрать идентичные изделия на рынке открытых продаж не представляется возможным, необходимо исследовать технологию производства, свойства древесины и пр. Эксперт-товаровед произвел оценку степени снижения качества и стоимости мебели. При этом, судом принимается во внимание, что комплект мебели использовался истцом в предпринимательской деятельности как товар, для продажи. Следовательно, суд считает возможным оценить причиненные истцу убытки как степень снижения качества и стоимости вещи (ущерб). Оценив в порядке, предусмотренном статьями 65, 67, 68, 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства и установленные по делу фактические обстоятельства в их совокупности, суд первой инстанции правомерно счел, что в данном случае состав гражданского правонарушения, предусмотренный статьями 16, 1069 ГК РФ, подтвержден, истцом доказано наличие заявленных к возмещению убытков, причинно-следственная связь между действиями судебного пристава-исполнителя и убытками, факт повреждений арестованного имущества по вине службы судебных приставов доказан, в связи с чем исковые требования о взыскании убытков в размере 75 935 руб. обоснованно удовлетворены судом первой инстанции. Доводы подателей жалоб о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права и не подведомственности спора арбитражному суду, подлежат отклонению.

В соответствии с частью 2 статьи 3 АПК РФ порядок судопроизводства в арбитражных судах определяется Конституцией Российской Федерации, Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации» и Федеральным конституционным законом «Об арбитражных судах в Российской Федерации», Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Закрепленное в статье 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации право на судебную защиту предполагает наличие конкретных гарантий, которые позволяли бы обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости. Требование Конституции Российской Федерации об определении компетентного суда на рассмотрение дела суда законом предоставляет гарантии не только лицу, обратившемуся в суд за защитой нарушенного права, но и лицу, выступающему ответчиком. В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.01.2010 № 1-П закреплено, что подсудность дел предполагает установление законом разграничения как предметной компетенции, в том числе между судами общей юрисдикции и арбитражными судами, так и в рамках каждого вида юрисдикции - для определения конкретного суда, уполномоченного рассматривать данное дело; несоблюдение установленной федеральным законодателем подсудности дел нарушает конституционное предписание о законном суде, а через это - и само право на судебную защиту; рассмотрение дела вопреки правилам о подсудности не отвечает требованию справедливого правосудия, поскольку суд, не уполномоченный на рассмотрение данного конкретного дела, по смыслу статей 46 и 47 Конституции Российской Федерации, не является законным судом, принятые же в результате такого рассмотрения судебные акты не могут признаваться реально обеспечивающими права и свободы.

Частью 1 статьи 27 АПК РФ установлено, что арбитражный суд рассматривает дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дела с участием граждан, организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений подведомственны суду общей юрисдикции.

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» разъяснено, что требования, связанные с исполнением исполнительных документов и подлежащие рассмотрению в порядке искового производства, относятся к компетенции судов общей юрисдикции исходя из правил статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и арбитражных судов, в том числе Суда по интеллектуальным правам - в соответствии со статьями 27, 28, 33 АПК РФ.

Основными критериями разграничения предметной компетенции судов общей юрисдикции и арбитражных судов по требованию о признании незаконными действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя является не только субъектный состав или экономический характер спора, но и то, каким судом (общей юрисдикции или арбитражным) выдан исполнительный документ либо в каком суде (общей юрисдикции или арбитражном) возможно оспорить несудебный исполнительный документ - части 2 и 3 статьи 128 Закона об исполнительном производстве.

Поэтому если с иском о возмещении вреда, причиненного действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя в рамках исполнительного производства, возбужденного по выданному судом общей юрисдикции исполнительному документу, по которому должником выступает физическое лицо, обратился взыскатель - юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, то при рассмотрении данного имущественного спора оценку законности действий судебного пристава должен дать суд общей юрисдикции.

Таким образом, иск юридического лица или индивидуального предпринимателя о взыскании с Российской Федерации в лице ФССП России убытков, причиненных в результате действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя в рамках исполнительного производства, возбужденного по выданному судом общей юрисдикции исполнительному документу, должником по которому выступает гражданин, подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции.

Указанная позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (вопрос № 3 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике»).

Приведенные выше разъяснения в большей степени относятся к ситуации, когда в результате действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя в рамках исполнительного производства, возбужденного по выданному судом общей юрисдикции исполнительному документу, должником по которому выступает гражданин, судебным приставом-исполнителем не предприняты все меры для исполнения исполнительного документа и взыскатель не получил причитающиеся ему денежные средства (имущество).

Между тем, в настоящем деле исполнительное производство от 04.02.2017 №16018/17/56044-44 по исполнительному листу, выданному судом общей юрисдикции, окончено на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 47 Закона об исполнительном производстве ввиду фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе. Предприниматель (должник) обратился в арбитражный суд с исковыми требованиями о взыскании убытков, причиненных действиями судебного пристава-исполнителя при передаче арестованного имущества на хранение.

При решении вопроса о подведомственности арбитражным судам споров о возмещении вреда, причиненного действиями (бездействием) судебных приставов-исполнителей в рамках исполнительного производства, возбужденного на основании исполнительных листов, выданных судами общей юрисдикции, следует руководствоваться критериями подведомственности споров арбитражному суду, закрепленными в статьях 27, 28 АПК РФ, учитывая субъектный состав и характер спорного правоотношения.

Применительно к субъектному составу настоящий спор находится в компетенции арбитражного суда, так как сторонами спора являются индивидуальный предприниматель и публично-правовое образование в лице органов государственной власти.

Таким образом, с учетом субъектного состава сторон в настоящем деле, а также характера спора, имеющего экономический характер, поскольку поврежденное имущество использовалось ИП ФИО2 для целей предпринимательской деятельности в качестве товара (выставочного образца), настоящее дело соответствует требованиям статей 27, 28 АПК РФ.

К исключительной компетенции суда общей юрисдикции разрешение спора о взыскании убытков законом не отнесено.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что соответствии с пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», если при рассмотрении апелляционной жалобы будет установлено что дело не подлежало рассмотрению в арбитражном суде и лицо, подавшее жалобу, заявляло об этом при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции или не могло заявить об этом, поскольку не было надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания, не было привлечено к участию в деле, то судебные акты подлежат отмене, а дело – передаче арбитражным судом апелляционной инстанции в суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном частью 4 статьи 39 АПК РФ (часть 1 статьи 266 Кодекса). Таким образом, с учетом указанных разъяснений, необходимым условием для отмены решения суда первой инстанции, принятого с нарушением правил о компетенции, и направления дела на рассмотрение в компетентный суд, является факт наличия заявления об указанном обстоятельстве лицом, подавшим апелляционную жалобу, при рассмотрении дела в суде первой инстанции, или отсутствие у него возможности заявить об этом вследствие не привлечения его к участию в деле, или не извещения его о времени и месте судебного заседания.

В рассматриваемой ситуации эти обстоятельства материалами дела не подтверждены. Податели апелляционной жалобы к участию в деле привлечены, о времени и месте рассмотрения дела в суде первой инстанции извещены надлежащим образом, при рассмотрении дела в суде первой инстанции о нарушении правил о компетенции суда не заявляли. При этом в суде апелляционной инстанции 18.01.2021 представитель ФССП России и УФССП по Оренбургской области пояснил, что письменное заявление в суд первой инстанции о нарушении правил о подсудности спора, передаче дела на рассмотрение в суд общей юрисдикции не подавалось. При этом, ходатайство о передаче дела по подсудности в суд общей юрисдикции стороной ответчика заявлялось неоднократно. В каком именно судебном заседании заявлялось данное ходатайство, представитель пояснить не смог.

Суд апелляционной инстанции для проверки указанного довода изучил протоколы заседаний суда первой инстанции, имеющиеся в материалах дела и прослушал 37 (тридцать семь) аудиозаписей протоколов судебных заседаний за все время рассмотрения дела в суде первой инстанции за период с 15.02.2018 (подачи иска в суд) по 03.11.2020 (объявление резолютивной части решения суда), включая перерывы: 26.04.2018, 29.05.2018, 14.06.2018, 14.08.2018, 11.09.2018, 04.10.2018, 15.11.2018, 11.12.2018, 17.01.2019, 05.02.2019, 28.02.2019, 16.04.2019, 22.04.2019, 06.05.2019, 30.05.2019, 20.06.2019, 09.07.2019, 11.07.2019, 02.09.2019, 05.11.2019, 26.11.2019, 12.12.2019, 21.01.2020, 13.02.2020, 26.02.2020, 05.03.2020, 21.05.2020, 16.06.2020, 19.06.2020, 21.07.2020, 13.08.2020, 03.09.2020, 10.09.2020, 21.09.2020, 15.10.2020, 27.10.2020, 03.11.2020 и установил, что заявление о передаче дела по подсудности в суд общей юрисдикции лицами, участвующими в деле, сделано не было.

При обжаловании определения Арбитражного суда Оренбургской области от 21.05.2020 о назначении по делу повторной судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции пояснил сторонам в судебном заседании, что соответствующие возражения, указанные в апелляционной жалобе относительно нарушения правил подсудности рассмотрения дела, могут быть заявлены в суд первой инстанции при рассмотрении дела по существу. Право лиц, участвующих в деле на заявление в суде первой инстанции возражений против рассмотрения дела арбитражным судом разъяснено и в постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2020.

Однако, в суде первой инстанции возражения относительно компетенции арбитражного суда по рассмотрению дела не приведены ни в устной, ни в письменной форме.

Согласно статье 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьям 46, 47 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на судебную защиту посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом.

В силу положений частей 2 и 3 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им правами, в том числе своевременно представлять доказательства, заявлять ходатайства, делать заявления. Злоупотребление процессуальными правами либо неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, могут привести к предусмотренным АПК РФ неблагоприятным последствиям для этих лиц.

Согласно части 2 статьи 9, частям 3 и 4 статьи 65 АПК РФ лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга и обязаны раскрыть доказательства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, заблаговременно, до начала судебного разбирательства или в пределах срока, установленного судом, учитывая, что они несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими соответствующих процессуальных действий.

Учитывая длительность рассмотрения возникшего спора, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в поведении ответчика не усматривалось намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор, доводы о нарушении правил о компетенции суда на протяжении всего рассмотрения дела в суде первой инстанции (практически два с половиной года) не приводились. Заявляя об этом в суде апелляционной инстанции после рассмотрения дела по существу, податели жалобы злоупотребляют своими процессуальными правами, что является самостоятельным основанием для отклонения указанного довода апелляционной жалобы.

На основании статьи 110 АПК РФ на ответчика отнесены расходы по уплате государственной пошлины по иску и по оплате судебных экспертиз.

При таких обстоятельствах решение суда является правильным, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, имеющимся в деле доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению как необоснованные по приведенным выше мотивам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены вынесенного судебного акта, не установлено. С учетом изложенного, решение суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу ФССП России и УФССП по Оренбургской области - без удовлетворения. Взыскание с ФССП России и УФССП по Оренбургской области государственной пошлины по апелляционной жалобе не производится ввиду освобождения от уплаты при обращении в арбитражные суды (подпункт 1.1 пункта 1 статьи 333.37 НК РФ).

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 10 ноября 2020 г. по делу №А47-1688/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу Федеральной службы судебных приставов и Управления Федеральной службы судебных приставов по Оренбургской области - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья В.В. Баканов

Судьи: С.В. Тарасова

Е.В. Ширяева