Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (г. Краснодар, ОГРНИП <***>) на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.06.2023 по делу № А32-53563/2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023 по тому же делу,

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Юниконт СПБ» (192174, <...>, литера Е, ОГРН: <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 424969 о защите исключительного права на товарный знак и взыскании компенсации.

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью «Юниконт СПБ» - ФИО2 (по доверенности от 02.05.2023), ФИО3 (по доверенности от 21.04.2022), ФИО4 (по доверенности от 22.01.2023);

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО5 (по доверенности от 06.12.2021).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Юниконт СПБ» (далее – общество, общество «Юниконт СПБ») обратилось в Арбитражный суд

Краснодарского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю Королеву Максиму Геннадьевичу (далее – Королев М.Г.) о взыскании компенсации за нарушение права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 424969 в размере 3 000 000 рублей.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.06.2023, оставленным без изменения постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023, исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскана компенсация в размере 300 000 рублей, а также 3800 рублей за государственную пошлину.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права и нарушение норм процессуального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Податель жалобы полагает, что судом апелляционной инстанции вынесено постановление в отсутствие представителей сторон, что произошло по вине суда и лишило стороны состязательного процесса.

Кроме того, ФИО1 отмечает, что использование товарного знака в информационных целях не является нарушением прав истца. Указание ответчиком товарного знака с целями, отличными от цели индивидуализации товаров, при отсутствии вероятности смешения различных товаров и производителей, не является использованием товарного знака в понимании статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчик обращает внимание суда на то, что он является инициатором продажи товара и сам его не продает, следовательно, ответчик, как сайт агрегатор, подпадает под категорию информационного посредника.

Податель жалобы считает несоразмерный размер взысканной компенсации по предполагаемому нарушению.

Отзыв на кассационную жалобу, представленный истцом в суд 28.11.2023, Суд по интеллектуальным правам в судебном заседании определил не приобщать его к материалам дела, ввиду не заблаговременного его направления (вручения) ответчику и предоставления в суд (часть 2 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, просил ее удовлетворить.

Представители общества возражали против удовлетворения кассационной жалобы, просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах доводов, изложенных в ней, проверив в порядке статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального права и соблюдения норм процессуального права, а также соответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела при принятии обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для ее удовлетворения в связи со следующим.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака «UNIMACH», зарегистрированного Федеральной службой по интеллектуальной собственности по свидетельству Российской Федерации № 424969, приоритет товарного знака установлен с 04.03.2009.

В обоснование исковых требований истец указал, что он получил сведения о нарушении ответчиком исключительных прав на товарный знак «UNIMACH». Данный факт подтверждается распечатками с сайта spb.regmarkets.ru от 22.07.2022, 01.08.2022, 30.08.2022, 19.10.2022.

Обозначение «UNIMACH» используется непосредственно на сайте spb.regmarkets.ru при предложении к продаже станков.

На основании изложенного, истец полагал возможным взыскать с ответчика компенсацию за неправомерное использование товарного знака «UNIMACH» в размере 3 000 000 рублей.

В рамках соблюдения досудебного порядка урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлено претензионное письмо с требованием о погашении образовавшейся задолженности.

Претензионное письмо оставлено ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения с исковым заявлением в суд.

Суд первой инстанции установил, что материалами дела подтверждаются действия ответчика, свидетельствующие о незаконном использовании словесного обозначения «UNIMACH», тождественного товарному знаку «UNIMACH» по свидетельству на товарный знак Российской Федерации № 424969, что является нарушением исключительного права истца.

С учетом отсутствия доказательств извлечения ответчиком значительной прибыли вследствие использования обозначения «UNIMACH», изучив все представленные в материалы дела доказательства, расчеты, стоимость товара, стоимость услуг ответчика, суд пришёл к выводу о необходимости взыскания компенсации с ответчика в пользу истца в размере 300 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и оставил обжалуемое решение без изменения.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и норм процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения

в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Как установлено частью 3 статьи 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В силу пункта 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в

отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака либо сходного с ними до степени смешения обозначения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

В кассационной жалобе ответчик приводит доводы о том, что он не является инициатором продажи товара, использовал обозначение в информационных целях, сам товары не продает, следовательно, подпадает под категорию информационного посредника в силу пункта 1 статьи 1253.1 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 1253.1 ГК РФ лицо, осуществляющее передачу материала в информационно-телекоммуникационной сети, в том числе в сети «Интернет», лицо, предоставляющее возможность размещения материала или информации, необходимой для его получения с использованием информационно-телекоммуникационной сети, лицо, предоставляющее возможность доступа к материалу в этой сети, - информационный посредник - несет ответственность за нарушение интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационной сети на общих основаниях, предусмотренных этим Кодексом, при наличии вины с учетом особенностей, установленных пунктами 2 и 3 данной статьи.

Пункт 3 статьи 1253.1 ГК РФ определяет, что информационный посредник, предоставляющий возможность размещения материала в информационно-телекоммуникационной сети, не несет ответственность за нарушение интеллектуальных прав, произошедшее в результате размещения в информационно-телекоммуникационной сети материала третьим лицом или по его указанию, при одновременном соблюдении информационным посредником следующих условий:

Как разъяснено в пункте 77 Постановления № 10, особенности ответственности информационного посредника, предусмотренные статьей

1253.1 ГК РФ, являются исключением из правил, установленных пунктом 3 статьи 1250 ГК РФ, о применении мер ответственности (в виде возмещения убытков и выплаты компенсации) за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, независимо от вины нарушителя.

Является ли конкретное лицо информационным посредником, устанавливается судом с учетом характера осуществляемой таким лицом деятельности. Если лицо осуществляет деятельность, которая указана статье 1253.1 ГК РФ, то такое лицо признается информационным посредником в части осуществления данной деятельности.

Ответственность информационных посредников, в том числе, и за нарушения в сфере предпринимательской деятельности, наступает при наличии вины.

Как верно установил суд апелляционной инстанции, ФИО1 является администратором сайта spb.regmarkets.ru, именно он производит настройки данного информационного ресурса, в том числе и поисковых тегов.

Ответчик не отрицает тот факт, что третьи лица, которые могут размещать на сайте spb.regmarkets.ru свои объявления, не могут регулировать настройки процесса поиска и выдачи поискового результата на сайте предпринимателя. Ответчик также не отрицает тот факт, что на его Интернет платформе не размещались объявления о продаже легальной продукции, выпускаемой с использованием товарного знака «UNIMACH».

Суд апелляционной инстанции указал, что само сообщение потенциальному потребителю со стороны ФИО1 в рекламных объявлениях, появляющихся на первой странице выдачи по запросу «UNIMACH», что на его сайте реализуются лазерные станки «UNIMACH», являлось достаточной предпосылкой для введения такого потребителя в заблуждение относительно принадлежности того или иного товара к линейки продукции, выпускаемой под брендом «UNIMACH».

Кроме того, ответчик не дает пояснений тому, для каких целей им в настойки сайта spb.regmarkets.ru был помещен тег, сходный до степени смешения с товарным знаком истца, который непосредственно отображался на сайте предпринимателя при создании каталога объявлений третьих лих, предлагавших к реализации лазерные станки.

Исследовав «Тарифный план» сайта spb.regmarkets.ru, суд установил, что потенциальный потребитель, заинтересованный в приобретении товара под маркой «UNIMACH», как это предлагалось на сайте ответчика, желая ознакомиться с полными техническими характеристиками того или иного товара, был вынужден осуществить переход из списка товаров к конкретному объявлению потенциального покупателя, для последнего это означало оказание услуг со стороны ФИО1, которые подлежали оплате по тарифам.

Таким образом, используя обозначение «UNIMACH», ФИО1 фактически привлекал потенциальных покупателей товара с данным

товарным знаком, которые будучи информированными о реализации подобного товара на сайте ответчика, были вынуждены уточнять сведения о производителе товара и его технических характеристиках посредством совершения переходов в более расширенное объявление либо посредством перехода в карточку товара на интернет-сайтах продавцов, при этом за счёт последних оплачивались услуги Королева М.Г.

Более того, ответчиком не предпринято минимально разумных и необходимых для осуществления предпринимательской деятельности мер, под которыми подразумевается проверка открытых государственных реестров на официальном ресурсе https://www1.fips.ru. Сведения об обозначениях, которые являются зарегистрированными товарными знаками общедоступны, содержатся в открытых источниках сети «Интернет». Претензионные требования истца ответчик также оставил без внимания, продолжил нарушение исключительного права.

Факт незаконного использования защищаемого товарного знака после направления претензии и возбуждения производства по иску подтверждается распечатками с ресурса spb.regmarkets.ru от 18.11.2022, 12.12.2022.

Изложенное исключает возможность освобождения ответчика как информационного посредника.

Установив, что в настоящем споре ответчиком использовался товарный знак при осуществлении деятельности по предложению товаров к реализации, с целью привлечения внимания клиентов к своим услугам, а не для информационных целей, суд отклонил довод ответчика об обратном.

Таким образом, указанные действия ответчика свидетельствуют о незаконном использовании ответчиком при осуществлении своей предпринимательской деятельности словесного обозначения «UNIMACH», тождественного товарному знаку истца, что является нарушением исключительного права истца, в связи с чем заявленные истцом требования о взыскании компенсации являются правомерными, а доводы кассационной жалобы в соответствующей части – несостоятельными.

В отношении содержащегося в кассационной жалобе довода о несоразмерности определенной судами компенсации последствиям допущенного нарушения Суд по интеллектуальным правам указывает следующее.

Из искового заявления следует, что компенсация рассчитана истцом на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ (в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения), размер компенсации обоснован стоимостью товара и длительностью правонарушения.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Вопреки мнению заявителя кассационной жалобы о необоснованности вывода решения в части размера присужденной компенсации, суд первой инстанций исходил из характера нарушения, а также принял во внимание принципы разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения. При этом определение размера компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, является прерогативой судов, рассматривающего дело по существу.

Изложенные в кассационной жалобе доводы фактически связаны с несогласием с размером компенсации, присужденной судом первой инстанции за допущенное нарушение исключительного права на товарный знак в 300 000 рублей, и, по сути, повторяют позицию этого лица по спору, направлены на переоценку доказательств и установление по делу иных фактических обстоятельств, что не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по переоценке фактических обстоятельств дела, установленных нижестоящими судами на основании собранных по делу доказательств.

Суд по интеллектуальным правам отмечает, что размер компенсации может быть изменен судом кассационной инстанции лишь вследствие неправильного применения судами нижестоящих инстанций норм права и правовых позиций суда высшей судебной инстанции, но не по причине несогласия с осуществленной судами оценкой доказательств по делу.

В отношении довода кассационной жалобы о том, что апелляционный суд не осуществлял подключение ответчика к судебному заседанию посредством онлайн-связи, суд кассационной инстанции отмечает, что в делах, рассматриваемых с использованием системы онлайн-заседания, суд, удовлетворив ходатайство соответствующего представителя об участии в судебном заседании посредством онлайн- заседания, для его проведения осуществляет открытие онлайн-заседания в целом, при этом подключение к судебному заседанию производит каждый из представителей самостоятельно. Суд не осуществляет отдельное подключение каждого представителя к участию в таком судебном заседании.

Из протокола судебного заседания и видеозаписи следует, что онлайн-заседание было открыто судом и доступно для присоединения к нему всех представителей, однако участвующие в деле лица не явились в онлайн-заседание.

Таким образом, вопреки доводу подателя кассационной жалобы, суд апелляционной инстанции не допустил нарушений при проведении судебного заседания в режиме онлайн-заседания.

При указанных обстоятельствах, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц. Окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены либо изменения принятых по делу судебных актов.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы подлежат отнесению на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.06.2023 по делу № А32-53563/2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>) – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий Н.Н. Погадаев

судья Судья Д.А. Булгаков

Судья Ю.М. Сидорская