Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (г. Уфа, Республика Башкортостан, ОГРНИП <***>) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2023 по делу № А34-13007/2022 по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (г. Курган, ОГРНИП <***>) о взыскании компенсации.

В судебном заседании принял участие индивидуальный предприниматель ФИО1 (личность гражданина удостоверена паспортом гражданина Российской Федерации).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель ФИО1) обратилось в Арбитражный суд Курганской области к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – предприниматель ФИО2) с иском о взыскании компенсации за использование товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 299509, № 647502 в размере 600 000 рублей (с учетом принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса заявления об изменении предмета иска).

Решением Арбитражного суда Курганской области от 15.11.2022, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда апелляционная жалоба предпринимателя ФИО2 возвращена заявителю на основании пункта 5 части 1 статьи 264 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2023 решение Арбитражного суда Курганской области от 15.11.2022 изменено, иск удовлетворен частично: с предпринимателя ФИО2 в пользу предпринимателя ФИО1 взыскана компенсация за использование товарных знаков (знаков обслуживания) по свидетельствам Российской Федерации № 299509, № 647502 в размере 78 293 рублей 33 копейки, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 957 рублей.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, предприниматель ФИО1 обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой просит:

в случае признания правомерности довода истца о том, что апелляционный суд должен был прекратить производство по апелляционной жалобе в связи с пропуском процессуального срока на ее подачу, либо в случае признания правомерности принятия Арбитражным судом Курганской области представленного истцом расчета размера взыскиваемой с ответчика компенсации исходя из двукратной стоимости оказанных ответчиком услуг - постановление апелляционного суда отменить, решение суда первой инстанции по этому делу оставить в силе;

в ином случае – отменить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Курганской области.

В обоснование довода о незаконности обжалуемого судебного акта податель кассационной жалобы указывает на то, что суд апелляционной инстанции неправомерно восстановил пропущенный процессуальный срок на подачу апелляционной жалобы, поскольку отсутствуют какие-либо уважительные причины для восстановления срока.

Также, не соглашаясь с произведенным судом апелляционной инстанции расчетом размера компенсации, указывает на то, что суд апелляционной инстанции не мог самостоятельно произвести этот расчет. Заявитель кассационной жалобы считает, что при расчете размера компенсации апелляционный суд допустил нарушения норм процессуального права.

В представленном в материалы дела отзыве на кассационную жалобу, ответчик возражает против удовлетворения кассационной жалобы по изложенным в ней доводам, указывая на правомерность и обоснованность постановления суда апелляционной инстанции.

В судебном заседании предприниматель ФИО1 выступил по доводам кассационной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Предприниматель Ибрагимов С.Д., надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в его отсутствие.

При рассмотрении дела в порядке кассационного производства Судом по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверено соблюдение судом апелляционной инстанции норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов в любом случае, и таких нарушений не выявлено.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО1 является обладателем исключительных прав на товарные знаки, в защиту которых предъявлен иск по настоящему делу, а именно:

« » по свидетельству Российской Федерации № 299509, зарегистрированного 14.12.2005 с приоритетом от 05.03.2004 по заявке № 2004704708 в отношении услуг 35-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ);

« » по свидетельству Российской Федерации № 647502, зарегистрированного 13.03.2018 с приоритетом от 14.05.2015 по заявке № 2015714242 в отношении услуг 35, 36, 41, 43-го классов МКТУ.

Правообладателю стало известно, что сходное с его товарными знаками до степени смешения обозначение используется для индивидуализации услуг магазина, находящегося по адресу: ул. Бурова-Петрова, д. 60 г. Курган.

Полагая, что ответчиком нарушены исключительные права на вышеуказанные товарные знаки, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием прекратить использование обозначения «Планета» и выплатить компенсацию за незаконное использование товарных знаков.

Претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, в связи с чем истец обратился в арбитражный суд с требованиями по настоящему делу.

При этом истец избрал вид компенсации, предусмотренной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, рассчитав ее исходя из двукратного размера выручки от реализации товаров в торговой точке ответчика за предшествующие три года. Истец указал выручку ответчика в размере 5 000 000 рублей, в связи с чем полагал, что может требовать компенсацию в размере 10 000 000 рублей, но самостоятельно снизил размер компенсации до 600 000 рублей.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности нарушений ответчиком исключительных прав истца, признав обоснованным заявленный размер компенсации.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассматривавший дело в соответствии с частью 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о необоснованности произведенного истцом и принятого судом первой инстанции расчета размера компенсации.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, выслушав мнение присутствующего в судебном заседании лица, участвующего в деле, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно статье 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. При определении размера компенсации учитываются вышеуказанные обстоятельства.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Изменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Продажа товара сама по себе не является услугой, а самостоятельную стоимость услуг по реализации товаров для целей правоприменения не представляется возможным выделить из стоимости реализуемых товаров, доход торговой организации (выручка от продажи товаров за определенный промежуток времени) не отражает стоимость оказываемой услуги «реализация товаров» в целях применении подпункта 4 пункта 2 статьи 1515 ГК РФ совместно с пунктом 2 статьи 1477 Кодекса.

Так, при продаже товаров ответчик оказывает различные сопутствующие услуги (упаковка, доставка, расфасовка, выкладка, предоставление информации и т.п.), в отношении которых не заключаются самостоятельные договоры, их цена не указана на ценнике, в прейскуранте или на товарном чеке. Как следствие, самостоятельную стоимость этих услуг определить невозможно. Доход от деятельности по продаже товаров непосредственно связан с характеристиками и со стоимостью продаваемых товаров, при этом цена услуг, связанных с реализацией товаров, не равна цене реализуемых товаров. Следовательно, выручка от деятельности по продаже товаров, т.е. доход от совокупности сделок купли-продажи, произведенных ответчиком за определенный период, не может быть принята за основу для расчета компенсации в двукратной стоимости услуг, оказываемых при продаже товаров. В описываемой ситуации доход организации за определенный период не эквивалентен стоимости оказываемых в магазине услуг, не отражает сведения ни о количестве таких услуг, ни об их цене.

С учетом невозможности определения самостоятельной стоимости услуг, оказываемых при реализации товаров, а также неравнозначности стоимости реализованного товара и стоимости оказанных услуг при продаже товаров суд не может удовлетворить требование о взыскании компенсации

в двукратном размере стоимости услуг, исходя из представленных истцом сведений о выручке ответчика.

Как указал суд апелляционной инстанции, в рассматриваемом случае следует исходить из того, что стоимость услуги «реализация товаров» в силу ее экономических особенностей сопоставима со стоимостью права использования обозначения, то есть со стоимостью, которую правообладатель определяет в договоре об использовании права на знак обслуживания в отношении услуги «реализация товаров».

С учетом этого в отсутствие доказательств иного суд может рассчитать компенсацию исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего средства индивидуализации. Этот расчет компенсации, учитывающий стоимость права, не ведет к неправомерному смешению двух способов расчета в данном конкретном случае, поскольку основан не на замене одного способа другим, а на том, что, исходя из особенностей конкретной услуги, эти способы должны привести к идентичному результату.

Суд апелляционной инстанции правомерно отказал в принятии в качестве обоснования стоимости права использования товарных знаков истца договор с индивидуальным предпринимателем ФИО3, поскольку из видеозаписи усматривается, что объект, где используются товарные знаки истца, представляет собой небольшую торговую площадь (вагончик), что явно несопоставимо с торговым объектом предпринимателя ФИО2

Основываясь на приведенных методологических подходах, суд апелляционной инстанции посчитал возможным произвести расчет компенсации за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки применительно к условиям лицензионного договора от 01.10.2020 между истцом и индивидуальным предпринимателем ФИО4, а именно: 58 720 рублей : 3 (количество товарных знаков по договору с предпринимателем ФИО4) х 2 (количество товарных знаков истца, исключительные права на которые нарушены) х 2 (двукратная стоимость) = 78 293 рубля 33 копейки.

Указанные выводы суда апелляционной инстанции Суд по интеллектуальным правам находит соответствующими установленным по делу обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и закону.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют

действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Постановление суда апелляционной инстанции отвечает требованиям законности, обоснованности и мотивированности, предусмотренным частью 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основано на правильном применении норм материального права и соблюдении норм процессуального права, содержит обоснование сделанных судом выводов применительно к конкретным обстоятельствам дела.

Вопреки доводам истца, нарушений требований процессуального законодательства при оценке судом апелляционной инстанции доказательств по делу суд кассационной инстанции не усматривает.

В постановлениях от 13.12.2016 № 28-П, от 13.02.2018 № 8-П, от 24.07.2020 № 40-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Под услугой «реализация товаров» с учетом статьи 2 Федерального закона от 28.12.2009 № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» понимается не само по себе заключение договоров купли-продажи, а деятельность, связанная с продажей покупателям товаров любых производителей, вида и ассортимента, включая выкладку, демонстрацию товаров, обслуживание покупателей. Лицами, оказывающими данную услугу, являются торговые предприятия (магазины), в определенных случаях имеющие специальное разрешение (лицензию) на торговую деятельность в целом или на продажу отдельных видов товаров. Потребителями данного вида услуги являются все покупатели, заходящие в магазин для покупок.

Исходя из указанного определения услуга «реализация товаров» не охватывает продажу товаров как таковую, но может быть признана однородной деятельности магазина, состоящей из различных услуг, сопровождающих продажу товаров, поскольку эта деятельность совпадает с услугой «реализация товара» по назначению, способам оказания и кругу потребителей.

Поскольку продажа товара сама по себе не является услугой, а самостоятельную стоимость услуг по реализации товаров для целей правоприменения не представляется возможным выделить из стоимости реализуемых товаров, доход торговой организации (выручка от продажи товаров за определенный промежуток времени) не отражает стоимость

оказываемой услуги «реализация товаров» при применении подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ совместно с пунктом 2 статьи 1477 Кодекса.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о том, что выручка от продажи товаров не может быть положена в основу расчета размера компенсации в отношении знаков обслуживания исходя из двукратной стоимости услуги «реализация товаров».

Положив в основу выводов правильные методологические подходы, суд апелляционной инстанции обоснованно рассчитал размер подлежащей взысканию компенсации за незаконное использование спорных знаков обслуживания на основании стоимости права их использования, определенной исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарных знаков, с учетом представленного самим истцом договора от 01.10.2020, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО4

Суд апелляционной инстанции с достаточной полнотой мотивировал свои выводы о стоимости права использования товарных знаков и основанном на этой стоимости размере компенсации, сопоставив и исследовав обстоятельства, обусловившие стоимость использования товарных знаков в договоре с индивидуальным предпринимателем ФИО4, и обстоятельства совершенного правонарушения.

В любом случае определение судом, рассматривающим спор по существу, конкретного размера компенсации не является выводом о применении нормы права (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Определение размера компенсации за нарушение исключительных прав не относится к компетенции суда кассационной инстанции.

Доводы истца по существу выражают несогласие с выводами апелляционного суда относительно установленных обстоятельств спора и направлены на их переоценку, что не допускается в суде кассационной инстанции.

В соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не вправе пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса),

переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286–288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Довод истца о том, что суд апелляционной инстанции неправомерно восстановил пропущенный процессуальный срок на подачу апелляционной жалобы, отклоняется Судом по интеллектуальным правам в силу того, что действия суда апелляционной инстанции по восстановлению пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы не привели к неправильному принятию судебного акта.

С учетом изложенного, оснований для отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Суд кассационной инстанции не находит и безусловных оснований для отмены обжалуемых судебных актов, перечисленных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины, понесенные в связи с подачей кассационной жалобы, относятся на заявителя кассационной жалобы на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Курганской области от 15.11.2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 18.04.2023 по делу № А34-13007/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Ибатуллина Азамата Валерьяновича (ОГРНИП 311028012400084) – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий И.В. Лапшина Судья С.П. Рогожин Судья Е.Н. Чеснокова

Электронная подпись действительна.
Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России
Дата 23.01.2023 5:13:00
Кому выдана Чеснокова Елена Николаевна
Электронная подпись действительна.
Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России
Дата 07.04.2023 8:55:00
Кому выдана Рогожин Сергей Петрович
Электронная подпись действительна.
Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России
Дата 07.04.2023 9:09:00

Кому выдана Лапшина Инесса Викторовна