Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «АРК Модел» (ул. 2-я Филевская, д. 7, кор. 6, пом. III, ком. 5, РМ-9, Москва, 121096, ОГРН <***>) на решение Арбитражного суда города Москвы от 21.01.2022 по делу № А40-125444/2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2022 по тому же делу

по исковому заявлению акционерного общества «Национальный центр вертолетостроения им. М.Л. Миля и Н.И. Камова» (ул. Гаршина, д. 26/1, р.п. Томилино, г. Люберцы, Московская обл., 140070, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «АРК Модел» о защите исключительных прав на товарные знаки.

В судебном заседании приняли участие представители:

от акционерного общества «Национальный центр вертолетостроения им. М.Л. Миля и Н.И. Камова» ‒ ФИО1 (по доверенности от 13.07.2022 № НЦВ-899), ФИО2, ФИО3 (по совместной доверенности от 13.07.2022 № НЦВ-900);

от общества с ограниченной ответственностью «АРК Модел» ‒ ФИО4 (по доверенности от 12.08.2021).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Национальный центр вертолетостроения им. М.Л. Миля и Н.И. Камова» (далее – общество «НЦВ») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «АРК Модел» (далее – общество «АРК Модел») со следующими требованиями:

запретить обществу «АРК Модел» использовать товарные знаки по

[A2] свидетельствам Российской Федерации № 657379, № 630727, № 630729, № 638973 для индивидуализации сборных моделей вертолетов, в том числе в сети Интернет;

взыскать компенсацию за нарушения исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 657379, № 630727, № 630729, № 638973 в размере 989 560 рублей;

обязать общество «АРК Модел» изъять из оборота и уничтожить за свой счет упаковки сборных моделей Ми-8МТВ-2, Ми-24П и Ми-24В, на которых незаконно используются товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 657379, № 630727, № 630729, № 638973, в течение 30 календарных дней с момента вступления решения в законную силу, и направить акт о результатах изъятия и уничтожения в адрес истца.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.01.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2022, исковые требования общества «НЦВ» удовлетворены частично: суд запретил обществу «АРК Модел» использовать товарные знаки № 657379, № 630727, № 630729, № 638973 для индивидуализации сборных моделей вертолетов, в том числе в сети Интернет; взыскал с общества «АРК Модел» в пользу общества «НЦВ» компенсацию за нарушения исключительных прав на товарные знаки в размере 989 560 рублей; в удовлетворении остальной части исковых требований отказал.

В кассационной жалобе, поданной в Суд по интеллектуальным правам, ссылаясь на нарушение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и процессуального права, на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, общество «АРК Модел» просит отменить обжалуемые решение и постановление, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование кассационной жалобы общество «АРК Модел» указывает на ошибочность выводов судов первой и апелляционной инстанций о нарушении им исключительных прав на товарные знаки путем реализации контрафактной продукции.

Общество «АРК Модел» отмечает, что скриншоты с сайта «ark-models.org» не могут являться доказательствами продажи сборных моделей вертолетов, поскольку на указанном сайте отсутствуют предложения к продаже спорных моделей, в том числе не указана цена либо порядок ее определения, невозможно оставить какую-либо заявку на приобретение моделей, а скриншоты с других сайтов не являются доказательствами распространения сборных моделей ответчиком.

Общество «АРК Модел» полагает, что суды первой и апелляционной инстанций необоснованно не приняли во внимание подготовленное федеральным государственным бюджетным учреждением науки «Институт социологии федерального научно-исследовательского центра Российской академии наук» заключение от 24.09.2021 № 117-2021 (далее – заключение ФНИСЦ РАН), со ссылкой на то, что факт выполнения экспертизы по заказу

[A3] ответчику и отсутствие предупреждения эксперта об уголовной ответственности не могут являться основанием для критической оценки такого заключения.

По мнению общества «АРК Модел», в нарушение выработанных подходов по оценке сходства обозначений суды пришли к неправомерному выводу о сходстве товарных знаков истца с используемыми ответчиком обозначениями, поскольку подлежат сравнению товарный знак «Ми» и обозначения М*-8МТВ-2, М*-24П и М*-24В, а не товарный знак «Ми» с неохраняемыми элементами (8МТВ-2, 24П и 24В) с обозначениями М*-8МТВ-2, М*-24В и М*-24, так как при оценке сходства неохраняемые элементы во внимание не принимаются.

Кроме того, общество «АРК Модел» подвергает сомнению правомерность выводов судов в части определенного размера компенсации, обращая внимание на то, что суды проигнорировали его доводы о том, что представленный лицензионный договор касался предоставления прав использования товарных знаков в отношении нескольких моделей вертолетов.

В представленном отзыве на кассационную жалобу общество «НЦВ» ссылается на законность и обоснованность выводов судов первой и апелляционной инстанций, в связи с чем просит оставить кассационную жалобу общества «АРК Модел» без удовлетворения.

В судебном заседании, состоявшемся 12.08.2022, представитель общества «АРК Модел» выступил по существу доводов, изложенных в кассационной жалобе, настаивал на ее удовлетворении.

Представители общества «НЦВ» возражали против удовлетворения кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве на нее.

Законность обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и в отзыве на нее.

Как следует из материалов дела и установили суды первой и апелляционной инстанций, общество «НЦВ», созданное в 2019 г. на базе акционерного общества «Московский вертолетный завод им. М.Л. Миля» и акционерного общества «Камов», является обладателем исключительных прав на товарные знаки « », « », « », « » по свидетельствам Российской Федерации № 657379, № 630727, № 630729, № 638973, зарегистрированных в том числе в отношении товаров 28-го класса «игрушки, модели масштабные сборные вертолетов» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

Общество «НЦВ» также является правообладателем общеизвестного товарного знака « »

по свидетельству Российской Федерации № 194.

[A4] Обществу «НЦВ» стало известно, что общество «АРК Модел» осуществляет деятельность по изготовлению и продаже сборных моделей вертолетов Ми-8МТВ-2, Ми-24П и Ми-24В (далее ‒ Сборные модели), на упаковке и в предложении к продаже которых используются обозначения, сходные до степени смешения с упомянутыми товарными знаками.

Так, на сайте общества «АРК Модел» ark-models.org размещена рекламная информация: каталог Сборных моделей, инструкция по их сборке, фотографии контрафактных упаковок Сборных моделей и информация о том, где их можно приобрести. Данные обстоятельства подтверждаются скриншотами сайта.

Ссылаясь на отсутствие у общества «АРК Модел» разрешения на использование товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 657379, № 630727, № 630729, № 638973, а также на то, что действия общества «АРК Модел» по предложению к продаже Сборных моделей нарушают исключительные права на указанные товарные знаки, общество «НЦВ» направило досудебную претензию, в ответ на которую общество «АРК Модел» сообщило об удалении маркировки «Ми» с упаковки Сборных моделей и с официального сайта ответчика ark-models.org.

Поскольку общество «АРК Модел» добровольно не удовлетворило требование о выплате компенсации за незаконное использование товарных знаков общества «НЦВ», последнее обратилось в Арбитражный суд города Москвы с настоящим исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования в части, суд первой инстанции исходил из доказанности принадлежности истцу исключительных прав на заявленные товарные знаки и факта нарушения их действиями ответчика путем предложения к продаже контрафактных товаров.

Принимая во внимание возможность введения потребителя в заблуждение в отношении спорной продукции, которая при предложении к продаже сопровождалась справкой с описанием каждой модели вертолета и ссылкой на его разработку конструкторским бюро им. М.Л. Миля (правопредшественником общества «НЦВ»), а также ввиду сходства до степени используемых обществом «АРК Модел» обозначений с товарными знаками общества «НЦВ», суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости удовлетворения требований о запрете использовать обществу «АРК Модел» названные товарные знаки для индивидуализации сборных моделей вертолетов, в том числе в сети Интернет.

Вместе с тем суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требования об обязании изъять из оборота и уничтожить за свой счет упаковки сборных моделей Ми-8МТВ-2, Ми-24П и Ми-24В, на которых незаконно используются товарные знаки общества «НЦВ» по свидетельствам Российской Федерации № 657379, № 630727, № 630729, № 638973, в течение 30 календарных дней с момента вступления решения в законную силу, и направить акт о результатах изъятия и уничтожения в адрес правообладателя ввиду его абстрактного характера.

[A5] При определении размера компенсации, исходя из того, что компенсация рассчитана истцом из двукратной стоимости права использования товарного знака, оценив заключенный между обществом «НЦВ» и обществом с ограниченной ответственностью «Звезда» (далее – общество «Звезда») лицензионный договор от 31.05.2011 № Ми-11-0672-04 на использование товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 297440 ( ) и 297441 ( ), установив, что каждая серия Сборных моделей Ми-8МТВ-2, Ми-24П, Ми-24В представляет собой отдельное нарушение серии товарных знаков общества «НЦВ», принимая во внимание, что в период нарушения обществом «АРК Модел» исключительных прав на товарные знаки, общество «НЦВ» получило вознаграждение по лицензионному договору в размере 164 926, 73 рублей, суд первой инстанции пришел к выводу, что заявленный размер компенсации в 989 560 рублей является обоснованным, поскольку совокупный размер за 3 нарушения составляет 989 560 рублей из расчета 329 853, 43 рублей (двукратная стоимость права использования товарных знаков) × 3 (количество нарушений исключительных прав посредством изготовления, предложения к продаже и продажи 3-х серии Сборных моделей).

Суд апелляционной инстанции признал выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, указав, что изложенные в апелляционной жалобе общества «АРК Модел» доводы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и возражении на нее, выслушав мнение представителей лиц, участвующих в деле, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом

[A6] (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, − к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также требования о возмещении убытков − к лицу, неправомерно использовавшему средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Как установлено частью 3 статьи 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат

[A7] применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение. В тех случаях, когда введение таких товаров в оборот необходимо в общественных интересах, правообладатель вправе требовать удаления за счет нарушителя с контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров незаконно используемого товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения (пункт 2 статьи 1515 ГК РФ).

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака либо сходного с ними до степени смешения обозначения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Как усматривается из материалов дела, истец в обоснование исковых требований в материалы дела представил скриншоты сайта «ark-models.org» о производстве ответчиком сборных моделей вертолетов, которые реализуется посредством магазинов, в том числе интернет- магазинов, что подтверждается скриншотами сайтов интернет-магазинов.

При этом суды первой и апелляционной инстанций установили, что на сайте «ark-models.org» содержались справки с описанием каждой модели вертолетов и со сведениями об их разработке конструкторским бюро имени М.Л. Миля.

[A8] Суды первой и апелляционной инстанций, оценив указанные доказательства в совокупности и взаимной связи в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к обоснованному выводу о том, что данные доказательства являются относимыми, допустимыми и достаточными и в отсутствие со стороны ответчика доказательств, опровергающих указанные документы, пришли к выводу о том, что вышеназванные документы подтверждают факт нарушения ответчиком исключительных прав истца путем предложения к продаже и реализации контрафактной продукции.

В отношении довода заявителя кассационной жалобы о том, что данные доказательства не подтверждают реализацию спорной продукции, а следовательно, и нарушение исключительных прав на товарные знаки, суд кассационной инстанции отмечает, что одним из способом использования товарных знаков по смыслу подпункта 3 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ является размещение товарного знака в предложениях о продаже товаров, факт которого ответчиком не отрицался согласно представленным ответам на претензии истца.

Довод ответчика о том, что представленные ответчиком скриншоты не могут подтверждать и предложение к продаже, поскольку не содержат информации о цене предлагаемого товара и не отражают реализацию на указанном сайте возможности приобрести эти товары, также подлежит отклонению.

Согласно пункту 2 статьи 494 ГК РФ, выставление в месте продажи (на прилавках, в витринах и т.п.) товаров, демонстрация их образцов или предоставление сведений о продаваемых товарах (описаний, каталогов, фотоснимков товаров и т.п.) в месте их продажи или в сети «Интернет» признается публичной офертой независимо от того, указаны ли цена и другие существенные условия договора розничной купли-продажи, за исключением случая, когда продавец явно определил, что соответствующие товары не предназначены для продажи.

Информация о том, что товары не предназначены для продажи на скриншотах сайта ответчика отсутствует, напротив, имеется информация о том, где эти товары можно приобрести.

Проверяя обоснованность довода общества «АРК Модел» об отсутствии сходства между используемыми им обозначениями и товарными знаками общества «НЦВ», Суд по интеллектуальным правам отмечает следующее.

В пункте 162 Постановления № 10 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными

[A9] потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство – сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени

[A10] однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Как следует из обжалуемых судебных актов, суды первой и апелляционной инстанций установили угрозу смешения между товарными знаками « », « », « », « » по свидетельствам Российской Федерации № 657379, № 630727, № 630729, № 638973 и используемым ответчиком обозначением М*-8МТВ-2, М*-24П и М*-24В ввиду специфики предлагаемых моделей вертолетов, основанных на продукции общества «НЦВ».

Суды первой и апелляционной инстанций учли, что с учетом использования цифрового обозначения модели вертолета, а также, что каждая сборная модель сопровождалась исторической справкой, замена буквы «и» на изображение звезды привела к незначительному уменьшению сходства спорных обозначений.

Вместе с тем общество «АРК Модел» не оспаривает, что предлагало к продаже сборные модели вертолетов, которые были разработаны правопредшественником общества «НЦВ», а подвергает сомнению обоснованность выводов судов о сходстве спорных обозначений, а также смешении маркированной названными обозначениями продукции истца и ответчика в восприятии потребителей.

Согласно пункту 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Проведя сравнительный анализ товарных знаков истца и обозначений, использованных ответчиком для индивидуализации продукции, однородной продукции истца, суды первой и апелляционной инстанций установили сходство сравниваемых обозначений.

При этом суды первой и апелляционной инстанций отклонили представленное ответчиком заключение ФНИСЦ РАН об отсутствии социологических признаков сходства до степени смешения между указанным обозначениями со ссылкой на то, что оно выполнено по заказу ответчика, эксперт судом об уголовной ответственности не предупреждался.

Суд кассационной инстанции отмечает, поскольку данное заключение было подготовлено не по запросу суда, оно обоснованно было расценено как одно из представленных в материалы дела письменных доказательств, которые суды первой и апелляционной инстанций вправе оценивать по своему внутреннему убеждению наряду с иными доказательствами, а следовательно, доводы заявителя кассационной жалобы об обратном свидетельствует о несогласии с данной судами оценкой, что не может

[A11] являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Суд по интеллектуальным правам указывает, что как суд кассационной инстанции проверяет не результаты оценки фактических обстоятельств, а соблюдение судом первой инстанции методологии установления сходства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2017 № 309-ЭС16-15153 по делу № А60-44547/2015).

Из текста обжалуемых судебных актов усматривается, что, делая вывод о сходстве сравниваемых обозначений, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались правильными методологическими подходами.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание то, что общество «АРК Модел» не оспаривало выводы о высокой степени однородности товаров, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о высокой вероятности смешения используемых ответчиком обозначений с товарными знаками общества «НЦВ», что при отсутствии согласия на такое использование является нарушением исключительного права на него.

В отношении содержащихся в кассационной жалобе доводов о несоразмерности определенной судами компенсации последствиям допущенного нарушения Суд по интеллектуальным правам отмечает следующее.

В подтверждение размера компенсации истец сослался на заключенный с обществом «Звезда» лицензионный договор от 31.05.2011 № Ми-11-0672-04 на использование товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 297440 ( ) и № 297441 ( ), по условиям которого вознаграждение по лицензии рассчитывается в размере 3% от стоимости каждой реализованной единицы моделей вертолетов Ми-8, Ми-17, Ми-24, Ми-28, Ми-34С1, Ми-35, Ми-38.

С учетом представленного отчета за 1 квартал 2021 г., в период нарушения ответчиком прав на товарные знаки истца, истец получил вознаграждение по лицензионному договору от общества «Звезда» в размере 164 926, 73 рублей, истец просил взыскать компенсацию в размере 989 560 рублей, из расчета двукратной стоимости права использования товарных знаков в отношении одной сборной модели 329 853, 43 рублей × 3 (количество нарушений исключительных прав посредством изготовления, предложения к продаже и продажи 3-х серий Сборных моделей).

Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации

[A12] в Постановлении от 24.07.2020 № 40-П, размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, то есть применительно к нарушению прав на конкретные результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации - в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости (абзац второй пункта 3 статьи 1252 названного Кодекса). Этот размер должен быть судом обоснован, на что указано в абзаце четвертом пункта 62 Постановления № 10.

При этом размер компенсации, исчисленный на основе подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, по смыслу пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, а потому суд не вправе снижать его по своей инициативе.

При этом ‒ с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности ‒ размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое.

В силу пункта 21 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017)», снижение размера компенсации, исчисленного исходя из двукратной стоимости контрафактных товаров или двукратного размера стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы вывод судов первой и апелляционной инстанций о размере подлежащей взысканию компенсации соответствует указанным выше разъяснениям, сделан с учетом доводов истца и ответчиков, характера допущенного нарушения. При этом суд кассационной инстанции отмечает, что лицензионный договор заключен не в отношении моделей вертолетов, как ошибочно указывает ответчик, а в отношении двух товарных знаков и при расчете компенсации истцом учтено вознаграждение, полученное им по названному лицензионному договору за 1 квартал.

Ссылки общества «АРК Модел» на то, что суды не в полной мере исследовали представленные им доказательства и не дали правовой оценки соответствующим обстоятельствам отклоняются судом кассационной инстанции как противоречащие текстам обжалуемых судебных актов.

В настоящем случае суд первой инстанции признал заявленный размер компенсации соразмерным последствиям нарушения. При этом суд первой инстанции отметил, что доводы ответчика о необходимости расчета компенсации пропорционально объему продаж противоречат способу

[A13] расчета компенсации избранному истцом.

Изложенные в кассационной жалобе доводы фактически связаны с несогласием с размером компенсации, присужденной судами первой и апелляционной инстанций за допущенное обществом «АРК Модел» нарушение исключительных прав на принадлежащие обществу «НЦВ» товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 657379, № 630727, № 630729, № 638973, и по сути повторяют позицию этого лица по спору, направлены на переоценку доказательств и установление по делу иных фактических обстоятельств, что не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Определение судом, рассматривающим спор по существу, конкретного размера компенсации не является выводом о применении нормы права (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Определение размера компенсации за нарушение исключительных прав не относится к компетенции суда кассационной инстанции, суд кассационной инстанции вправе лишь оценить верность применения судами методики определения размера компенсации, закрепленной в нормах ГК РФ и разъяснениях высших судебных инстанций.

Кроме того, судебная коллегия также признает несостоятельной ссылку заявителя кассационной жалобы на то, что судами первой и апелляционной инстанций ненадлежащим образом применены правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенные в Постановлении № 40-П, поскольку в рассматриваемом случае содержащиеся в обжалуемых судебных актах выводы соответствуют разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, содержащимся в указанном постановлении, в соответствии с которым в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Суд по интеллектуальным правам полагает, что определенный судом первой инстанции размер компенсации соответствует действующему законодательству и позволяет восстановить имущественное положение правообладателя товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 657379, № 630727, № 630729, № 638973.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по

[A14] делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, т.е. иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

С учетом изложенного, рассмотрев кассационную жалобу в пределах содержащихся в них доводов, судебная коллегия полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных актов судов первой и апелляционной инстанций в любом случае, судом кассационной инстанции не установлено.

Таким образом, обжалуемые судебные акты являются законными и отмене не подлежат. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 21.01.2022 по делу № А40-125444/2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «АРК Модел» (ОГРНЭ л5е1кт1р7он7н4а6я 0по5д0п7ис6ь9 д)е й‒с тбвиетзе луьднао.влетворения.

ПостановлениеД ванснтыуеп ЭаПе:т Увдо сзтаовкерояюнщниуй юцен тср иФелдуер алсьоно ед кназняа чеейгсотв опринятия и может

Дата 26.01.2022 5:31:07

быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного

Кому выдана Сидорская Юлия Михайловна

Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Электронная подпись действительна.

ПредседательствующДианйн ысеу ЭдПь:я ФИО5 ряющий ц ентр Феде ральное ка значейств оЕ.Ю. ФИО6 26.01.2022 5:31:47

Судья Н.Н. Погадаев Кому выдана Погадаев Никита Николаевич

Судья Ю.М. Сидорская

Электронная подпись действительна.
Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство
Дата 03.02.2022 6:21:59

Кому выдана Пашкова Елена Юрьевна