Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НОВЫЙ ВЗГЛЯД» (ФИО1 пр-зд, д. 1, стр. 1, эт. 5, оф. 575, Москва, 109029, ОГРН <***>) на решение Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2022 по делу № А40-180/2022

по исковому заявлению иностранного лица SECOTOOLSAB (SE-737 82 Fagersta, Sweden) кобществу с ограниченной ответственностью «НОВЫЙ ВЗГЛЯД» о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

В судебном заседании приняли участие представители иностранного лица SECO TOOLS AB – ФИО2 (по доверенности от 08.12.2021), ФИО3, генеральный директор (по выписке из Единого государственного реестра юридических лиц).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

иностранное лицо SECOTOOLSAB(далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «НОВЫЙ ВЗГЛЯД» (далее – ответчик) о взыскании компенсации в размере 806 824 рублей за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельству Российской Федерации № 270142 и по международной регистрации № 367748А, № 1165872.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2022, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ответчик обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права и нарушение норм процессуального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ответчик, ссылаясь на положения статьи 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, Кодекс) об исчерпании исключительного права, указал на необоснованность выводов судов первой и апелляционной инстанций о контрафактности реализованных им товаров, маркированных обозначением «PRAMET», сходным до степени смешения с товарным знаком истца.

Податель кассационной жалобы указывает, что поставленная им акционерному обществу «Ракетно-космический центр «Прогресс» (далее – общество «РКЦ «Прогресс») продукция является оригинальной, приобретенной у правообладателя спорного товарного знака через поставщиков – посредников, подтверждением чего является отсутствие каких-либо замечаний к качеству товаров у общества «РКЦ «Прогресс».

Кроме того, ответчик полагает нарушением норм процессуального права непривлечение судом первой инстанции по собственной инициативе общества «РКЦ «Прогресс» к участию в судебном разбирательстве в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Податель кассационной жалобы также ссылается на злоупотребление истцом (шведской компанией) правом, в связи с введением Швецией в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц ограничительных мер, а также принятием указа Президента от 28.02.2022 № 79 «О применении специальных экономических мер в связи с недружественными действиями Соединенных Штатов Америки и примкнувших к ним иностранных государств и международных организаций» (далее – Указ).

В отзыве на кассационную жалобу истец просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты, сославшись на их законность и обоснованность, а также на несостоятельность доводов жалобы.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители истца в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы, по основаниям, изложенным в отзыве.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в его отсутствие.

Суд по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в порядке, предусмотренном статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения кассационной жалобы в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, – к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков – к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе, в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

При этом если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, истец является правообладателем исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 270142, зарегистрированный в отношении товаров 6-го, 7-го классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ), а также на товарные знаки по международной регистрации № 367748А и № 1165872.

Истцу стало известно о том, что ответчик на территории Российской Федерации предлагает к продаже и реализует товары, однородные товарам, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки истца, используя для их индивидуализации словесное обозначение «PRAMET», тем самым нарушая исключительные права истца.

Так, ответчик в 2020 году принимал участие в конкурентной закупке на поставку в адрес общества «РКЦ «Прогресс» товаров, и в рамках аукциона в электронной форме заключил договор от 10.02.2021 № 483СМСП/20, во исполнение которого были произведены поставки товаров 7-го класса МКТУ, маркированных товарным знаком «PRAMET» в отсутствие согласия правообладателя.

Полагая свои права нарушенными, истец направил ответчику претензию, оставление без удовлетворения которой явилось основанием для обращения в арбитражный суд с исковыми требованиями.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, исходил из доказанности принадлежности истцу исключительных прав на спорные средства индивидуализации и нарушения ответчиком указанных прав.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассматривавший дело в соответствии с частью 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подтвердил правильность выводов суда первой инстанции.

Указанные выводы судов Суд по интеллектуальным правам находит соответствующими установленным по делу обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и закону.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Суды первой и апелляционной инстанций, полно и всесторонне исследовав и оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, пришли в соответствии с вышеприведенными нормами права к обоснованным выводам о нарушении ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки, а также надлежащим образом мотивировали выводы о размере подлежащей взысканию компенсации.

Обжалуемые судебные акты отвечают требованиям законности, обоснованности и мотивированности, предусмотренным частью 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаны на правильном применении норм материального права и соблюдении норм процессуального права, содержат обоснование сделанных судами выводов применительно к конкретным обстоятельствам дела.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, судами дана надлежащая, соответствующая применимым правовым нормам оценка имеющимся в деле доказательствам, а также доводам истца и возражениям ответчика.

Нарушений требований процессуального законодательства при оценке судами доказательств по делу суд кассационной инстанции не усматривает.

Довод кассационной жалобы о необходимости применения принципа исчерпания права, предусмотренного статьей 1487 ГК РФ, отклоняется судом кассационной инстанции ввиду следующего.

Согласно положениям статьи 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Принцип исчерпания права означает, что правообладатель не может препятствовать использованию знака применительно к тем товарам, которые введены в гражданский оборот им самим, либо с его согласия, то есть он не может осуществлять свое право дважды в отношении одних и тех же товаров, поставляемых на товарный рынок.

Учитывая специфику споров о защите исключительного права на объекты интеллектуальных прав и особенности доказывания обстоятельств, входящих в предмет доказывания по указанным спорам, истцу в качестве подтверждения факта несанкционированного использования достаточно заявить об отсутствии его согласия на использование ответчиком товарного знака, в то время как соблюдение требований законодательства об интеллектуальной собственности и наличие прав на использование объекта интеллектуальной собственности подтверждает ответчик путем представления соответствующих доказательств (наличие согласия правообладателя, отсутствие сходства между обозначениями, оригинальность товара – исчерпание права и пр.).

Истец, в свою очередь, вправе опровергнуть обстоятельства, подтверждающие соблюдение ответчиком требований законодательства об интеллектуальной собственности, путем представления соответствующих доказательств, заявления ходатайств.

Таким образом, вопрос установления контрафактности товара также подчиняется общим положениям процессуального законодательства о распределении бремени доказывания.

Так, в случае если истец ссылается на нарушение ответчиком исключительного права на товарный знак при вводе ответчиком в гражданский оборот контрафактного товара, а ответчик (при доказанности факта использования) законность использования товарного знака не доказывает, то незаконность такого использования считается подтвержденной в силу части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Если в такой ситуации ответчик заявляет соответствующие возражения, то вопрос о нарушении исключительного права на товарный знак и о контрафактности товара подлежит установлению с учетом конкретных обстоятельств дела и представленных сторонами спора доказательств. Например, ответчик может ссылаться на законность использования товарного знака в связи с тем, что товар введен в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия (статья 1487 ГК РФ), доказывая это тем, что товар внешне выглядит как оригинальный, товарный знак использован в том виде, в каком его использует сам правообладатель, а в качестве изготовителя на товаре (упаковке) указан сам правообладатель или его лицензиат.

Поскольку ответчик считает недопустимыми доказательства контрафактности поставленных им товаров, положенные в основу оспариваемых судебных актов, и настаивает на оригинальности спорных товаров, то именно на него возложено бремя доказывания соответствующих обстоятельств и представления в материалы дела надлежащих доказательств, подтверждающих источник их происхождения.

Вместе с тем вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление ответчика об оригинальном происхождении продукции, поставленной им контрагенту, не было обеспечено какими-либо доказательствами.

Так, суд первой инстанции установил, что источник приобретения спорных товаров ответчиком не подтвержден, поскольку в материалах дела не имеется доказательств, безусловно подтверждающих цепочку реализации товара (приобретения товаров у официального дилера, легальности происхождения товара, производства товаров уполномоченными лицами и т.д.). Надлежащих доказательств того, что реализуемые ответчиком товары были приобретены у истца или иных лиц с согласия истца в материалы дела им не представлено.

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о доказанности нарушения ответчиком исключительного права истца и неприменимости положений статьи 1487 ГК РФ к обстоятельствам настоящего дела.

Ссылка подателя кассационной жалобы на необходимость привлечения общества «РКЦ «Прогресс» к участию в деле в качестве третьего лица отклоняется коллегией судей как не имеющая правового значения для оценки законности и обоснованности принятых по делу судебных актов.

Кроме того, суд кассационной инстанции не усматривает в действиях суда первой инстанции нарушений норм процессуального законодательства, поскольку, во-первых, привлечение или непривлечение третьего лица в судебный процесс является дискреционным полномочием суда, рассматривающего дело по существу, во-вторых, принятое решение не затрагивает права и (или) законные интересы общества «РКЦ «Прогресс», в связи с чем основания для расширения круга лиц, участвующих в деле, у суда первой инстанции отсутствовали.

Довод подателя кассационной жалобы о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом был предметом надлежащей правовой оценки судов первой и апелляционной инстанций.

Так, суд первой инстанции со ссылкой на положения статьи 10 ГК РФ указал, что само по себе обращение за защитой исключительного права не является злоупотреблением права. Между тем, указывая на недобросовестность со стороны истца, ответчик в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательства, которые бы с очевидностью подтверждали указанное обстоятельство.

Суд апелляционной инстанции также правомерно отклонил ссылку ответчика на Указ, поскольку нарушение исключительных прав истца влечет для ответчика предусмотренные российским законодательством правовые последствия, в числе которых присутствует выплата компенсации правообладателю. При этом какие-либо специальные меры реторсии, применимые в рассматриваемом случае, данным Указом не вводились.

Кроме того, как следует из положения статьи 4 ГК РФ, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Правонарушение, являющееся предметом настоящего спора было совершено ответчиком до возникновения обстоятельств, на которые он ссылается в кассационной жалобе, а также до принятия Указа, в связи с чем они не могли быть приняты во внимание судом первой инстанции при разрешении спора по существу.

В соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не вправе пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

В связи с указанным все доводы кассационной жалобы, по существу сводящиеся к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций относительно установленных обстоятельств спора и направленные на переоценку доказательств и фактических обстоятельств дела, установленных судами, заявлены без учета определенных законом пределов рассмотрения дела судом кассационной инстанции, который не вправе давать оценку доказательствам.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13
«О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены либо изменения принятых по делу решения и постановления.

Суд кассационной инстанции не находит и безусловных оснований для отмены обжалуемых решения и постановления, перечисленных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2022 по делу
№ А40-180/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НОВЫЙ ВЗГЛЯД» (ОГРН <***>) – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий		В.В. Голофаев
Судьи		Д.А. Булгаков
		И.В. Лапшина