Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (г. Арзамас, Нижегородская обл., ОГРНИП <***>) на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 26.02.2021 по делу
№ А43-28049/2020 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2021 по тому же делу

по иску акционерного общества «Сеть телевизионных станций» (ул. Правды, д. 15, стр.2, Москва, 127137, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о защите исключительных прав.

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Сеть телевизионных станций» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 120 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав, в том числе 50 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 707374, № 707375, № 709911, № 713288, № 720365 и 70 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на произведения изобразительного искусства: изображения «Три кота», «Коржик», «Карамелька», «Компот», «Папа», «Мама», «Сажик», «Изюм».

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.09.2020 исковое заявление принято в порядке упрощенного производства.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 03.11.2020 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 26.02.2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2021 решение Арбитражного суда Нижегородской области от 26.02.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права и нарушение норм процессуального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В кассационной жалобе, анализируя условия заключенного между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «Студия Метраном» договора заказа производства с условием об отчуждении исключительного права от 17.04.2015 № Д-СТС-0312/2015, заявитель указывает на отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих наличие у общества исключительных прав на спорные произведения изобразительного искусства.

Заявитель кассационной жалобы выражает свое несогласие с выводами судов первой и апелляционной инстанции относительно размера взысканной с него компенсации и отсутствие оснований для ее снижения, ссылаясь на фактические обстоятельства (тяжелое материальное положение, эпидемиологическую ситуацию в рассматриваемом периоде, когда предпринимательская деятельность не осуществлялась, наличие иждивенцев), которые привели к уменьшению дохода, а также иные обстоятельства, в целом свидетельствующие о несоразмерности взысканной компенсации возможным убыткам правообладателя.

В отзыве на кассационную жалобу общество просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

ФИО1 и общество, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и в отзыве на нее.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, общество является обладателем исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 707374, № 707375, № 709911, № 713288, № 720365, зарегистрированные в отношении широкого перечня товаров и услуг, в том числе товаров 28-го класса «игры, игрушки» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

Кроме того, общество является обладателем исключительных прав на изображения «Три кота», «Коржик», «Карамелька», «Компот», «Папа», «Мама», «Сажик», «Изюм» на основании заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «Студия Метраном» (далее – студия) договора заказа производства с условием об отчуждении исключительного права от 17.04.2015 № Д-СТС-0312/2015.

Студия (заказчик) заключила с индивидуальным предпринимателем ФИО2 договор от 17.04.2015 № 17-04/2, по которому последний поручился по заданию заказчика оказать комплекс услуг по производству фильма, а также передать заказчику в полном объеме исключительное право на фильм (как в целом, так и на отдельные его части) и любые иные результаты интеллектуальной деятельности, созданные им в рамках настоящего заказа.

Сторонами 25.04.2015 подписан акт приема-передачи к договору от 17.04.2015 № 17-04/2, согласно которому предприниматель передал, а студия приняла исключительные права на произведения согласно приложенному графическому и текстовому описанию.

Обществу стало известно, что ФИО1 05.03.2020 в торговой точке, расположенной по адресу: ул. Калинина, д. 2/2, г. Арзамас, Нижегородская область, предлагал к продаже и реализовал товар – (детская игрушка), с использованием указанных изображений и товарных знаков.

Факт реализации спорного товара подтверждается представленными в материалы дела кассовым чеком 05.03.2020, в котором содержатся сведения об уплаченных за товар денежных средствах и данные о продавце (ответчике), видеозаписью процесса приобретения данного товара, фотоматериалами, а также самим приобретенным товаром.

Полагая, что ответчик своими действиями по реализации спорного товара нарушил исключительные права на произведения изобразительного искусства «Три кота», «Коржик», «Карамелька», «Компот», «Папа», «Мама», «Сажик», «Изюм», а также на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 707374, № 707375, № 709911, № 713288, № 720365, общество направило в его адрес претензию с требованием о выплате компенсации.

Поскольку ФИО1 добровольно не выплатил компенсацию за нарушение исключительных прав на принадлежащие обществу объекты интеллектуальных прав, последнее обратилось в арбитражный суд с соответствующим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта обладания истцом исключительными правами на вышеперечисленные произведения изобразительного искусства и средства индивидуализации, а также факта нарушения этих прав ответчиком путем реализации товара, содержащего указанные объекты интеллектуальных прав.

При определении размера компенсации суд первой инстанции исходил из того, что произведения и товарные знаки, в защиту исключительных прав на которые подан иск, являются самостоятельными объектами интеллектуальных прав; истцом заявлено о взыскании компенсации в минимальном размере; ответчик являлся участником ряда иных дел (№ А43-18710/2020, № А43-19678/2017), в рамках которых с него была взыскана компенсация, ввиду чего, установив неоднократность нарушения ответчиком исключительных прав истца, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Повторно рассматривая дело, суд апелляционной инстанции отклонил довод ФИО1относительно недоказанности обществом наличия у него исключительных прав на рассматриваемые произведения изобразительного искусства как противоречащий имеющимся в материалах дела доказательствам, а также отклонил его довод о несогласии с размером взысканной судом первой инстанции компенсации со ссылкой на отсутствие оснований для такого уменьшения исходя из установленных фактических обстоятельств.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и в отзыве на нее, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и норм процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы в силу следующего.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующий результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

Согласно пункту 3 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно подпунктам 2 и 11 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности распространение произведения путем продажи, доведение произведения до всеобщего сведения таким образом, что любое лицо может получить доступ к произведению из любого места и в любое время по собственному выбору (доведение до всеобщего сведения).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака, в том числе, на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 3 той же статьи предусмотрено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Как установлено частью 3 статьи 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В силу статьи 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных этим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 названного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемого исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Обществом при обращении с иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 статьи 1301 ГК РФ и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, – в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Разрешая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

После установления размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 1 статьи 1301 ГК РФ и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

В силу части 1 статьи 64, статей 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации применительно к настоящему спору в предмет доказывания со стороны истца входят факт принадлежности ему исключительных прав на рассматриваемые объекты интеллектуальной собственности, а также факт их нарушения ответчиком. В свою очередь ответчик вправе доказать выполнение им требований закона при использовании рассматриваемых товарных знаков и произведений изобразительного искусства, в противном случае он признается нарушителем и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Как усматривается из обжалуемых судебных актов, выводы судов первой и апелляционной инстанции о доказанности истцом наличия у него исключительных прав, в том числе на произведения изобразительного искусства «Три кота», «Коржик», «Карамелька», «Компот», «Папа», «Мама», «Сажик», «Изюм», основаны на исследовании и оценке представленного истцом договора заказа производства с условием об отчуждении исключительного права от 17.04.2015 № Д-СТС-0312/2015 иакта приемки-передачи исключительного права к названному договору от 25.04.2015.

Соответствующие выводы судов первой и апелляционной инстанций надлежащим образом мотивированы, подтверждены имеющимися в материалах дела доказательствами (статьи 15, 65, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопреки мнению подателя кассационной жалобы, предметом договора от 17.04.2015 № Д-СТС-0312/2015 является отчуждение исключительных прав не только на фильм как аудиовизуальное произведение, но и на иные произведения, в том числе спорные произведения изобразительного искусства.

Это подтверждается также актом приема-передачи от 25.04.2015 к договору от 17.04.2015 № 17-04/2, имеющимся в материалах дела.

Представленные обществом доказательства в подтверждение наличия у него исключительных прав на рассматриваемые товарные знаки и произведения изобразительного искусства в установленном порядке не были опровергнуты ответчиком, об их фальсификации в ходе рассмотрения дела ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не заявлялось.

Суд по интеллектуальным правам обращает внимание на то, что в рассматриваемом случае доводы заявителя кассационной жалобы, по существу, сводятся к несогласию с данной судами оценкой обстоятельств заключения и условий заключенного обществом договора об отчуждении исключительных прав на спорные объекты интеллектуальных прав.

Между тем у суда кассационной инстанции в силу его компетенции, установленной главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют правовые основания для переоценки доказательств и основанных на них выводов судов первой и апелляционной инстанций, рассмотревших настоящее дело по существу.

Как неоднократно указывал суд высшей судебной инстанции (см., в частности, определения Верховного Суда Российской Федерации от13.09.2016 № 305-ЭС16-7224 и от 15.08.2016 № 305-ЭС16-7224), вопросы о наличии у истца исключительного права и об использовании его ответчиком (нарушении ответчиком исключительного права) являются вопросами факта, которые устанавливаются в судах первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.

Доводы заявителя кассационной жалобы относительно несогласия с размером взысканной компенсации со ссылкой на наличие оснований для его уменьшения проверены и отклонены.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Сторона, заявившая о необходимости снижения размера компенсации, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

В рассматриваемом случае суды первой и апелляционной инстанций по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств обоснованно не усмотрели оснований для уменьшения предъявленной к взысканию компенсации.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанции, общество просило взыскать с ответчика 120 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на 12 объектов интеллектуальных прав (с учетом принятого судом первой инстанции увеличения размера исковых требований), т.е. в минимальном предусмотренном законом размере, составляющем 10 000 рублей за каждый спорный объект.

Суды первой и апелляционной инстанции обоснованно указали на то, что само по себе превышение размера заявленной истцом компенсации над стоимостью реализованного контрафактного товара не является безусловным основанием для ее снижения, а обстоятельства, связанные с введением на территории Российской Федерации ограничительных мер, направленных на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения, принятых в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19), не свидетельствуют о наличии оснований для применения судом такой экстраординарной меры как снижение размера компенсации ниже низшего предела, установленного законом.

Доказательств принятия разумных мер по недопущению нарушения закона (получение документов, подтверждающих оригинальность продукции, ее соответствие установленным законом требованиям) ответчиком не было представлено, при этом необходимость принятия таких действий относится к предпринимательскому риску ответчика, несущего соответствующие нарушению правовые последствия.

Суды первой и апелляционной инстанции установили, что нарушение прав истца не является первым.

Суд по интеллектуальным правам отмечает, что определение размера компенсации не является вопросом применения права. Установление конкретного размера компенсации относится к компетенции суда, рассматривающего спор по существу, и не относится к полномочиям суда кассационной инстанции.

Взысканная с ответчика сумма компенсации надлежащим образом мотивирована в обжалуемых судебных актах с учетом установления всех обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения данного вопроса.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены обжалуемых судебных актов.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относится на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 26.02.2021 по делу № А43-28049/2020 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 –
без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий		А.А. Ерин
Судьи		Г.Ю. Данилов
		В.А. Корнеев