Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобуиндивидуального предпринимателя ФИО1 (г. Омск, ОГРН <***>) на решение Арбитражного суда Омской области от 22.03.2021 по делу № А46-17097/2020 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021 по тому же делу

по исковому заявлению акционерного общества «Цифровое телевидение» (Ленинградский проспект, эт/пом/ком 10/xxii/1, дом/37а, кор. 4, Москва, 125167, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарные знаки,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) представителя акционерного общества «Цифровое телевидение» ФИО2 (по доверенности от 13.01.2020),

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Цифровое Телевидение» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – предприниматель) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 621353, № 627741, № 630591 в размере 60 000 рублей, а также судебных издержек в размере 75 рублей стоимости вещественного доказательства, 223 рубля 54 копейки почтовых расходов.

Решением Арбитражного суда Омской области от 22.03.2021, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021 исковые требования удовлетворены частично. С предпринимателя в пользу общества взыскано
10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 621353, 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 627741, 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак
№ 630591, а также 37 рублей 50 копеек стоимости товара, 111 рублей 77 копеек почтовых расходов.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, предприниматель обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой.

В кассационной жалобе предприниматель, ссылаясь на нарушения процессуального права, просит отменить обжалуемые решение и постановление.

Предприниматель ссылается на недоказанность факта нарушения исключительных прав истца в силу недостаточности и недопустимости представленных доказательств, отмечает, что в представленных в подтверждение факта покупки чеке отсутствует наименование товара; представленная в материалы дела видеозапись не позволяет достоверно установить предмет изображения, дату, место проведения съемки, данное доказательство получено с нарушением закона.

В отзыве на кассационную жалобу истец возражал против ее удовлетворения.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель общества просил в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Отвтетчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в том числе путем публичного уведомления на официальном сайте Суда по интеллектуальным правам http://ipc.arbitr.ru, своих представителей в суд кассационной инстанции не направил, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в его отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

При рассмотрении дела в порядке кассационного производства Судом по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверено соблюдение судами норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

По смыслу нормы указанной статьи нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена статьей 1515 ГК РФ.

Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (пункт 4 статьи 1515 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10), размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Как установлено судами и следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 621353, № 627741, № 630591.

Принадлежность истцу исключительных прав на спорные товарные знаки установлена судами на основании представленных в материалы дела доказательств и ответчиком не оспаривается.

Ответчик 10.04.2019 в торговом павильоне, расположенном вблизи адреса: <...>,осуществил реализацию детского товара (набор игрушек с изображением логотипа «Leo & Tig», а именно: фигурок с карточками в количестве 2 шт.)

Факт реализации указанного товара подтверждается кассовым чеком от 10.04.2019 с реквизитами ответчика, приобретенным товаром и видеозаписью процесса покупки.

На товаре имеются изображения, сходные до степени смешения со спорными товарными знаками, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Ссылаясь на то, что разрешение на использование поименованных объектов интеллектуальной собственности у предпринимателя отсутствует, в досудебном порядке урегулировать спор не удалось, общество обратилось в арбитражный суд с иском по настоящему делу.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности как принадлежности истцу исключительных прав на соответствующие товарные знаки, так и из доказанности факта нарушения ответчиком указанных прав.

Истцом была заявлена к взысканию сумма компенсации за нарушение исключительных прав в размере 60 000 рублей из расчета по 20 000 рублей за каждое нарушение.

Суд первой инстанции пришел к выводу об определении минимального установленного размера компенсации (10 000 рублей) за нарушение за каждый товарный знак.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Доводы кассационной жалобы о недоказанности факта нарушения исключительных прав в силу недостаточности и недопустимости представленных доказательств также отклоняются Судом по интеллектуальным правам.

Как разъяснено в пункте 55 постановления № 10, факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Суд кассационной инстанции принимает во внимание, что суд первой инстанции обозрел представленную в материалы дела видеозапись процесса закупки спорного товара и установил, что данная видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара именно в торговой точке ответчика.

Оснований полагать, что данное доказательство получено с нарушением федерального законодательства, у судов не имелось.

Суд кассационной инстанции отмечает, что ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В соответствии со статьей 493 ГК РФ факт заключения договора розничной купли-продажи подтверждается выдачей продавцом покупателю кассового или товарного чека. Материалы дела содержат кассовый чек от 10.04.2019, на котором отражены сведения об ответчике и адрес совершения покупки.

Каких-либо доказательств того, что ответчик представленный в материалы дела чек выдал в отношении иного товара, чем тот, на который ссылается истец, а также имеется на видеозаписи, в материалы дела не представлено.

Суд кассационной инстанции также принимает во внимание, что к материалам дела в качестве вещественного доказательства определением суда первой инстанции от 19.10.2020 приобщен спорный товар, который также исследован судами.

Таким образом представленные доказательства составляют неразрывную, логически последовательную цепочку материалов, подтверждающих факт реализации спорного товара ответчиком.

Суд по интеллектуальным правам также обращает внимание на то, что ответчик, ссылаясь на недостоверность представленных доказательств, не подавал в установленном порядке заявление об их фальсификации, а также в свою очередь не представил какие-либо доказательства в их опровержение.

Суд кассационной инстанции отмечает, что вопросы о наличии у истца исключительного права (о наличии у истца права на обращение в суд в защиту этого права) и о нарушении ответчиком исключительного права являются вопросами факта, которые устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 № 305-ЭС16-7224).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, Суд по интеллектуальным правам приходит к выводу о том, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Омской области от 22.03.2021 по делу № А46-17097/2020 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий судья

С.П. Рогожин

Судья

А.А. Ерин

Судья

Е.С. Четвертакова