Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании, проводимом в порядке статьи 153¹ Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Ростовской области (судья Андрианова Ю.Ю. при ведении протокола отдельного процессуального действия помощником судьи Чуминой К.С.), кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Региональное Отделение Сбыта Агротехники» (ул. Артиллерийская, д. 13, пом. 1, г. Миллерово, Ростовская область, 346130, ОГРН <***>) на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2019 по делу № А53-894/2019 (судьи Шапкин П.В., Баранова Ю.И., Величко М.Г.)

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «БДМ-Агро» (ул. Пурыхина, д. 1А, г. Кореновск, район Кореновский, Краснодарский край, 353180, ОГРН <***>) к обществу с

ограниченной ответственностью «Региональное Отделение Сбыта Агротехники» о защите исключительного права на товарный знак.

В судебном заседании приняли участие:

от общества с ограниченной ответственностью «Региональное Отделение Сбыта Агротехники» – генеральный директор ФИО1 (на основании решения от 07.07.2014) и представитель Кладовая О.А. (по доверенности от 28.06.2019).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «БДМ-Агро» (далее – истец, общество «БДМ-Агро») обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Региональное Отделение Сбыта Агротехники» (далее – ответчик, общество «РосАгро») с требованиями об обязании ответчика прекратить использование товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 258908 и о взыскании компенсации за использование товарного знака в размере 500 000 рублей, а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 19 000 рублей и нотариальных расходов в размере 6545 рублей.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 14.03.2019 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Пятнадцатого апелляционного арбитражного суда от 17.06.2019 решение арбитражного суда первой инстанции отменено, принят новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, общество «РосАгро» обратилось в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального права и нарушение норм процессуального права, а также на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам,

просит постановление суда апелляционной инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требований истца отказать в полном объеме.

По мнению заявителя кассационной жалобы, спорное обозначение было использовано ответчиком в целях определения наименования категории сельскохозяйственной техники (дисковая борона), то есть слово «дискатор» применено в информационных целях как имя нарицательное и общеупотребимое слово.

Как указывает общество «РосАгро», судом апелляционной инстанции не был исследован вопрос целей использования спорного обозначения ответчиком.

Наряду с этим выводы суда апелляционной инстанции, как полагает заявитель кассационной жалобы, были основаны на недостоверном и недопустимом доказательстве: прайс-листе на сельскохозяйственную технику, изготовление которого ответчик оспаривал, поскольку на этом документе нет ни печатей общества «РосАгро», ни подписей уполномоченных им лиц.

Заявитель кассационной жалобы также выражает несогласие с тем, что суд апелляционной инстанции обязал истца представить в материалы дела патенты на технические решения, использованные им в производстве дискаторов, которые не имеют отношение к требованию о защите исключительного права на товарный знак, то есть судом неверно определены обстоятельства, подлежащие доказыванию.

Общество «РосАгро» не согласно с размером взысканной с него компенсации, поскольку полагает, что истцом не был доказан факт нарушения.

Кроме того, по мнению заявителя кассационной жалобы, суд апелляционной жалобы необоснованно отказал ему в удовлетворении ходатайства о проведении по делу судебной экспертизы с целью установления, каким образом ответчиком использовано понятие «дискатор» – как имя нарицательное или нет. Общество «РосАгро» считает,

что невнесение денежных средств на депозитный счет суда не может являться препятствием для назначения судебной экспертизы.

В судебном заседании представители общества «РосАгро» поддержали изложенные в кассационной жалобе доводы, просили удовлетворить его кассационную жалобу и отменить обжалуемое постановление.

Общество «БДМ-Агро», извещенное надлежащим образом о начале судебного процесса с его участием, а также о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе посредством публичного уведомления на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечило, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителя.

В Суд по интеллектуальным правам 16.08.2019 поступил отзыв общества «БДМ-Агро» на кассационную жалобу, а 20.08.2019 – ходатайство о проведении судебного заседания в отсутствие представителя истца.

Поскольку общество «РосАгро» отрицало факт получения им копии отзыва на кассационную жалобу, а истец не представил доказательства его направления ответчику, судебная коллегия отказала в приобщении указанного отзыва к материалам дела.

Законность обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, общество «БДМ-Агро» является правообладателем словесного товарного знака « » по свидетельству Российской Федерации № 258908, зарегистрированного в отношении товаров «боровы; бороны; культиваторы (машины); культиваторы тракторные; плуги» 7-го класса Международной

классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ).

Обществом «РосАгро» на сайте в сети «Интернет» www.росагро.рф на странице, расположенной по адресу http://www.росагро.рф/catеgory/, были размещены рекламные материалы – предложение о продаже ответчиком сельскохозяйственной техники (дисковых борон), обозначенной как дискаторы, то есть с использованием принадлежащего истцу вышеуказанного товарного знака.

В подтверждение факта использования спорного товарного знака, общество «БДМ-Агро» представило в материалы дела нотариальный протокол осмотра доказательств (интернет-сайта) от 19.04.2018 № 26АА3351033.

По мнению истца, совершение обществом «РосАгро» действий по использованию в предпринимательской деятельности для целей рекламы реализуемых ответчиком дисковых борон путем размещения информации с использованием спорного товарного знака на сайте по адресу: http://www.росагро.рф – является нарушением исключительного права общества «БДМ-Агро» на принадлежащий ему товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 258908.

Общество «БДМ-Агро» 19.04.2018 направило в адрес ответчика претензию с требованиями прекратить использование спорного товарного знака и выплатить в пользу общества «БДМ-Агро» компенсацию за использование принадлежащего ему товарного знака. Ответчик на указанную претензию ответ не направил, что явилось основанием для обращения с иском в суд.

Заявленный ко взысканию размер компенсации был определен истцом в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции в удовлетворении требований истца отказал, посчитав, что ответчиком спорное обозначение было использовано как наименование категории товаров в информационных целях.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, поскольку признал доказанным факт нарушения ответчиком исключительного права истца, удовлетворив заявленные исковые требования в полном объеме.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда апелляционной инстанции имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для отмены обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции ввиду следующего.

На основании пункта 1 статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются фирменные наименования; товарные знаки и знаки обслуживания; наименования мест происхождения товаров; коммерческие обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 указанного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, при выполнении работ, оказании услуг и путем размещения

товарного знака в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными названным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, – к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним.

Кроме того, на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 59-62, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Суд по интеллектуальным правам отмечает, что переоценка доказательств не входит в полномочия суда при кассационном производстве, поскольку в соответствии с частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы предусмотренных полномочий суда кассационной инстанции, существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Как неоднократно указывал суд высшей судебной инстанции (определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 № 305-ЭС16-7224 и от 15.08.2016 № 305-ЭС16-7224 по делу № А40-26249/2015), вопросы о наличии у истца исключительного права и об использовании его ответчиком (нарушении ответчиком исключительного права) являются вопросами факта, которые устанавливаются в судах первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.

Изложенное позволяет отклонить доводы заявителя кассационной жалобы о том, что слово «дискатор» применено в информационных целях как имя нарицательное и общеупотребимое слово в качестве указания

наименования категории сельскохозяйственной техники (дисковая борона) и что судом апелляционной инстанции не был исследован вопрос целей использования спорного обозначения ответчиком.

При этом суд кассационной инстанции принимает во внимание положения пункта 154 Постановления Пленума № 10, согласно которому лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в защите права на товарный знак (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительным в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 ГК РФ.

Таким образом, довод заявителя кассационной жалобы о том, что слово «дискатор» является именем нарицательным, общеупотребимым словом и означает вид сельскохозяйственной техники, не может быть принят во внимание, так как проверка законности регистрации обозначения в качестве товарного знака осуществляется Федеральной службой по интеллектуальной собственности в административном порядке.

Наряду с этим Суд по интеллектуальным правам полагает необоснованной ссылку заявителя кассационной жалобы на возможность применения при рассмотрении настоящего дела правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.12.2009 № 10852/09 по делу № А45-15671/2008.

Как усматривается из содержания указанного судебного акта, фактические обстоятельства дела № А45-15671/2008 существенно отличаются от обстоятельств, установленных судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела. Так, по делу № А45-15671/2008 было установлено, что на сайте в сети «Интернет» опубликовано интервью генерального директора ответчика, в котором он сообщает о выпуске заводом почвообрабатывающих агрегатов определенной

серии и дважды употребляет слово «дискатор» как нарицательное существительное для обозначения дисковых агрегатов разных типов, используемых для обработки почвы. Суд высшей судебной инстанции указал, что словесное упоминание чужого товарного знака не является его использованием, а доказательств других способов использования спорного товарного знака (при маркировке продукции, выпускаемой заводом, а также в документации и рекламе) суду не представлено.

Из материалов настоящего дела следует, что осуществляющий деятельность по реализации сельскохозяйственной техники ответчик на своем сайте в сети «Интернет» для продвижения товара разместил информацию о продаже агрегатов для обработки почвы, обозначив их дискаторами. Всесторонне исследовав данное обстоятельство, суд апелляционной инстанции сделал обоснованный вывод о том, что общество «РосАгро» использовало спорный товарный знак в рекламных целях при реализации товара.

Суд по интеллектуальным правам принимает во внимание, что в ходе судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы, представители ответчика подтвердили как факт принадлежности им сайта, на котором была размещена соответствующая информация, так и факт осуществления им на данном сайте деятельности по реализации сельскохозяйственной техники.

Судебная коллегия также отклоняет довод заявителя кассационной жалобы о том, что выводы суда апелляционной инстанции были основаны на недостоверном и недопустимом доказательстве: прайс-листе на сельскохозяйственную технику, изготовление которого ответчик оспаривал.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство

признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Как следует из обжалуемого постановления, суд апелляционной инстанции, руководствуясь вышеназванными нормами процессуального права, проанализировал все представленные сторонами спора доказательства, в числе которых был оспариваемый прайс-лист. Между тем, вопреки доводам общества «РосАгро», данный документ не являлся единственным доказательством, на основании которого судом сделан вывод о наличии в действиях ответчика признаков нарушения принадлежащего истцу исключительного права на спорный товарный знак.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что судом апелляционной инстанции неверно определены обстоятельства, подлежащие доказыванию, и необоснованно истребованы у истца патенты на технические решения, использованные им в производстве дискаторов, не принимаются во внимание судом кассационной инстанции, поскольку обжалуемое постановление не содержит их правовой оценки и выводов, установленных на основании исследования указанных документов.

Вместе с тем судебная коллегия обращает внимание общества «РосАгро» на то, что само по себе нарушение норм процессуального права и приобщение к материалам дела письменных доказательств, не отвечающих принципу относимости, не является основанием для отмены судебного акта, поскольку это не привело к принятию неправильного постановления (часть 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Несогласие заявителя кассационной жалобы с размером взысканной с него компенсации также не принимается Судом по интеллектуальным правам в качестве основания для отмены обжалуемого постановления.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления Пленума № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй

пункта 3 статьи 1252 и подпункт 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ).

Следовательно, по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

В рассматриваемом случае, установив факт нарушения ответчиком исключительного права истца, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о правомерности не только искового требования о запрете ответчику использовать спорный товарный знак, но и о взыскании компенсации.

Кроме того, в обжалуемом постановлении суд указал на то, что взысканная компенсация соразмерна последствиям допущенного ответчиком нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости, и принял во внимание то обстоятельство, что ответчик не заявлял о снижении размера компенсации.

Суд по интеллектуальным правам полагает, что изложенные выводы суда апелляционной инстанции в достаточной степени мотивированы, основаны на нормах материального права и представленных в материалы дела доказательствах.

При этом судебная коллегия отмечает, что определение размера компенсации относится к компетенции судов, рассматривающих спор по существу, в связи с чем суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по переоценке собранных по делу доказательств.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что суд апелляционной жалобы необоснованно отказал ему в удовлетворении ходатайства о проведении по делу судебной экспертизы с целью установления, каким образом ответчиком использовано понятие «дискатор» – как имя нарицательное или нет, подлежит отклонению как основанный на неверном понимании обществом «РосАгро» норм процессуального права.

По смыслу части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из письменных доказательств по делу и в силу части 5 статьи 71 указанного Кодекса оно не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно части 1 статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

Как обоснованно указал суд апелляционной инстанции в обжалуемом постановлении, судебная экспертиза назначается в тех случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. При этом назначение судебной экспертизы является правом, а не обязанностью суда.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 162 Постановления Пленума № 10, Суд по интеллектуальным правам соглашается с выводом суда апелляционной инстанции о том, что в спорной ситуации совокупность имеющихся в деле доказательств позволяла суду разрешить спор по существу, не прибегая к помощи института судебной экспертизы.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, невнесение им денежных средств на депозитный счет суда не являлось единственным основанием для отказа в удовлетворении ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы.

В связи с изложенным Суд по интеллектуальным правам считает, что судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего спора правильно определен круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований законодательства.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с результатами содержащейся в оспариваемом судебном акте оценки доказательств по делу

не является основанием для отмены судебного акта, поскольку его доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального или процессуального права, и не опровергают установленные ими обстоятельства.

Судебной коллегией также принимается во внимание правовая позиция, изложенная в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Аналогичный подход применим и при рассмотрении кассационной жалобы на постановление суда апелляционной инстанции.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что фактически доводы кассационной жалобы направлены на переоценку представленных в материалы дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что не относится в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к полномочиям суда кассационной инстанции.

Суд кассационной инстанции также полагает, что вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом апелляционной инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, которые основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных актов судов первой и апелляционной инстанций в любом случае, судом кассационной инстанции

не установлено.

Таким образом, обжалуемое постановление является законным и отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на заявителя этой жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2019 по делу № А53-894/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Региональное Отделение Сбыта Агротехники» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий Е.С. Четвертакова

Судьи Н.Л. Рассомагина

А.А. Снегур