Гражданский кодекс часть 1

Судья Суда по интеллектуальным правам Лапшина И.В., рассмотрев без вызова лиц, участвующих в деле, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 Абдуллаха Махуда (Санкт-Петербург, ОГРНИП <***>) на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2020 по делу № А56-49404/2020 и на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2021 по тому же делу по исковому заявлению акционерного общества «Сеть Телевизионных Станций» (ул. Правды, д. 15, стр. 2, Москва, 127137, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 Абдуллаху Махмуду о взыскании компенсации за нарушение исключительных на товарные знаки Российской Федерации и на произведения изобразительного искусства,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Сеть Телевизионных Станций» (далее – общество «СТС», истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 Абдуллаху Махмуду (далее – предприниматель, ответчик) о взыскании компенсации в размере 90 000 рублей, в том числе за нарушение исключительных прав на товарные знаки Российской Федерации № 707374, № 707375, № 709911 (по 20 000 рублей за каждый) и за нарушение исключительных прав на произведения изобразительного искусства – изображение персонажей «Нудик», «Лапочка», «Сажик» (по 10 000 рублей за каждое).

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства в соответствии с правилами главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2021, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с указанными судебными актами, ответчик обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2021, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением Суда по интеллектуальным правам от 17.05.2021 кассационная жалоба предпринимателя принята к производству суда.

В обоснование несогласия с принятыми по настоящему делу решением и постановлением предприниматель указывает на допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права, которые, по мнению заявителя кассационной жалобы, привели к принятию незаконных и необоснованных судебных актов по настоящему делу.

В срок, установленный Судом по интеллектуальным правам для представления мотивированного отзыва на кассационную жалобу, в Суд по интеллектуальным правам поступил отзыв, в котором общество «СТС» выразило несогласие с правовой позицией предпринимателя, полагая, что изложенные в кассационной жалобе доводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не опровергают законность и обоснованность принятых по настоящему делу решения и постановления.

Согласно части 2 статьи 288² Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснениям, изложенным в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» арбитражным судом кассационные жалобы на судебные акты по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются без проведения судебного заседания, без вызова лиц, участвующих в деле, и без осуществления протоколирования.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом положений части 2 статьи 288² Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационные жалобы на решения арбитражного суда первой инстанции и постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, принятые по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются арбитражными судами округов и Судом по интеллектуальным правам судьей единолично без вызова сторон.

Необходимости проведения судебного заседания при рассмотрении кассационной жалобы предпринимателя судом не усматривается.

В силу части 3 статьи 288² Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение кассационной жалобы по настоящему делу осуществляется без вызова сторон.

В силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и в возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 и 288² Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в кассационной жалобе и в отзыве на нее.

Как установлено судом первой инстанции и как следует из материалов дела, общество «СТС» является обладателем исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 707374, № 707375, № 709911 и на произведения изобразительного искусства «Нудик», «Лапочка», «Сажик».

Обществом «СТС» 08.12.2019 и 11.02.2020 были установлены факты реализации предпринимателем продукции (ткань), воспроизводящей внешний вид товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 707374, № 707375, № 709911 и произведений изобразительного искусства «Нудик», «Лапочка», «Сажик».

Полагая, что указанные действия предпринимателя нарушают исключительные права на названные товарные знаки и произведения изобразительного искусства, общество «СТС» обратилось к предпринимателю с претензией о досудебном урегулировании спора, которая была оставлена им без удовлетворения.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения общества «СТС» в арбитражный суд с исковым заявлением.

При принятии решения по настоящему делу суд первой инстанции исходил из доказанности обществом «СТС» факта принадлежности ему исключительных прав на спорные товарные знаки и произведения изобразительного искусства и факта их использования предпринимателем, а также из недоказанности ответчиком наличия предусмотренных законом или договором обстоятельств, в силу которых ему принадлежит исключительное право или право использования в отношении спорных объектов интеллектуальной собственности.

Суд первой инстанции счел заявленный размер компенсации соответствующим характеру допущенного нарушения и последствиям его совершения, в связи с чем удовлетворил исковые требования общества «СТС» в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, отклонил доводы апелляционной жалобы предпринимателя и оставил обжалуемый судебный акт без изменения.

Не согласившись с принятыми по настоящему делу решением и постановлением, предприниматель обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и в отзыве на нее, проверив в соответствии со статьями 284, 286, 287 и 288² Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

Выражая несогласие с принятыми по настоящему делу решением и постановлением, предприниматель указывает на неполноту осуществленных судами действий по исследованию имеющихся в материалах дела доказательств, в результате которых ими был установлен факт использования ответчиком спорных объектов интеллектуальной собственности. Как полагает заявитель кассационной жалобы, в рассматриваемом случае речь идет не о воспроизведении принадлежащих истцу товарных знаков и произведений изобразительного искусства, а об их переработке.

Оценивая законность обжалуемых судебных актов с учетом приведенного довода, судебная коллегия исходит из того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения.

В силу указанного пункта статьи 1259 ГК РФ произведения изобразительного искусства – рисунки – отнесены к числу объектов авторских прав. Они обладают признаками оригинальности (уникальности, неповторимости), индивидуальными характеристиками, созданными в результате творческой деятельности конкретного автора (художника), и в отношении них существует возможность их использования как самостоятельных объектов интеллектуальной собственности.

Согласно пункту 3 указанной нормы авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Исходя из положений статьи 1270 ГК РФ автору или иному правообладателю произведения принадлежит исключительное право на соответствующий объект интеллектуальной собственности, выражающееся в возможности его использования любым не противоречащим закону способом, а также в возможности распоряжения исключительным правом на него.

Пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

По смыслу нормы указанной статьи нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания приведенных правовых норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

По смыслу приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Факт принадлежности обществу «СТС» исключительных прав на спорные товарные знаки и произведения изобразительного искусства не оспаривается участвующими в деле лицами. Однако предприниматель выражает несогласие с выводом судов о доказанности факта использования им изображений, воспроизводящих внешний вид спорных объектов интеллектуальной собственности.

Судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам отмечает, что согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.04.2019 № 10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство – сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Суд по интеллектуальным правам также учитывает, что в соответствии с пунктом 1 статьи 1260 ГК РФ переводчику, а также автору иного производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки или другого подобного произведения) принадлежат авторские права соответственно на осуществленные перевод и иную переработку другого (оригинального) произведения.

Как следует из обжалуемых судебных актов, при рассмотрении и разрешении искового заявления общества «СТС» суды первой и апелляционной инстанций установили, что предпринимателем были использованы обозначения, сходные до степени смешения со спорными товарными знаками и воспроизводящие внешний вид принадлежащих истцу произведений изобразительного искусства.

Суд по интеллектуальным правам также обращает внимание на то, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторное исследование и оценка представленных в материалы дела доказательств не входят в компетенцию суда кассационной инстанции.

Как указано в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом того что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, не допускается.

Исходя из того, что вопрос о сходстве использованных ответчиком обозначений и спорных объектов интеллектуальной собственности, включая вопрос о степени творческой самостоятельности использованных ответчиком обозначений, относится к числу вопросов факта, а также принимая во внимание, что соответствующие обстоятельства установлены судами по результатам исследования имеющихся в материалах дела доказательств, судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам не усматривает оснований для переоценки выводов судов в отношении доказанности факта использования предпринимателем спорных товарных знаков и произведений изобразительного искусства, в связи с чем отклоняет приведенный довод предпринимателя как заявленный без учета компетенции суда кассационной инстанции.

В кассационной жалобе предприниматель также указывает на то, что вследствие фактического поведения представителей истца ответчик был лишен возможности по мирному урегулированию спора до начала судебного разбирательства по настоящему делу.

Между тем судебная коллегия полагает невозможным согласиться с данным доводом кассационной жалобы.

Суд по интеллектуальным правам учитывает, что в силу положений части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Иные споры, возникающие из гражданских правоотношений, передаются на разрешение арбитражного суда после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора только в том случае, если такой порядок установлен федеральным законом или договором.

Экономические споры, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора в случае, если такой порядок установлен федеральным законом

В соответствии с абзацем первым пункта 5¹ статьи 1252 ГК РФ в случае, если правообладатель и нарушитель исключительного права являются юридическими лицами и (или) индивидуальными предпринимателями и спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде, до предъявления иска о возмещении убытков или выплате компенсации обязательно предъявление правообладателем претензии.

Как усматривается из материалов дела, до начала судебного разбирательства по настоящему делу общество «СТС» обратилось к предпринимателю с претензией о досудебном урегулировании спора, однако данная претензия была оставлена предпринимателем без удовлетворения.

С учетом того что предусмотренное законом требование о досудебном урегулировании спора по рассматриваемой категории арбитражных дел соблюдено истцом надлежащим образом, изложенный довод кассационной жалобы отклоняется Судом по интеллектуальным правам как не соответствующий фактическим обстоятельствам дела.

Выражая несогласие с принятыми по настоящему делу судебными актами, предприниматель также указывает на то, что спорная продукция была приобретена им у иного лица – индивидуального предпринимателя ФИО2

По мнению заявителя кассационной жалобы, данное обстоятельство свидетельствует о том, что надлежащим ответчиком по настоящему делу являлось именно названное лицо, которое тем не менее не было привлечено судами первой и апелляционной инстанций к участию в деле в качестве соответчика. Как полагает предприниматель, изложенное свидетельствует о допущенных судами нарушениях действующих правовых норм и является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Оценив законность принятых по настоящему делу решения и постановления с учетом приведенного довода кассационной жалобы, Суд по интеллектуальным правам полагает необходимым отметить следующее.

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1270 ГК РФ распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригиналов или экземпляров является самостоятельным способом осуществления исключительного права на соответствующий объект интеллектуальной собственности.

Суд по интеллектуальным правам полагает, что с учетом данного нормативного положения суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что факт изначального приобретения спорных товаров у иного лица не исключает наличие в действиях ответчика по их реализации предусмотренного законом состава нарушения исключительного права общества «СТС».

При этом Суд по интеллектуальным правам обращает внимание на то, что в силу присущего арбитражному судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), какое исковое требование и в связи с чем предъявлять в суд (пункты 4 и 5 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть 5 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Соответственно суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом.

По смыслу части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд не вправе рассматривать требования, которые не соответствуют интересам истца и противоречат его волеизъявлению. Обратное означает нарушение принципа диспозитивности арбитражного процесса. Данная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.08.2018 № 305-ЭС18-4373.

Таким образом, с учетом того что в рассматриваемом случае исковые требования общества «СТС» были обращены исключительно к предпринимателю, вопреки правовой позиции заявителя кассационной жалобы, у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали основания для привлечения индивидуального предпринимателя ФИО2 к участию в деле в качестве соответчика.

При таких обстоятельствах Суд по интеллектуальным правам отклоняет приведенный довод кассационной жалобы как основанный на неправильном понимании норм материального и процессуального права.

Возражая против выводов судов первой и апелляционной инстанций о размере подлежащей взысканию компенсации, предприниматель указывает на факт необоснованного неприменения судами положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, предусматривающих возможность взыскания компенсации в размере ниже минимального установленного законом размера.

Ответчик также обращает внимание на то, что на момент приобретения спорной продукции у третьего лица он не был осведомлен о ее контрафактном характере, что свидетельствует об отсутствии вины в его действиях.

Между тем Суд по интеллектуальным правам полагает невозможным согласиться с приведенными доводами кассационной жалобы. При этом суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными этим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в установленных законом пределах в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления от 23.04.2019 № 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность потребителям), характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В силу абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В пункте 64 постановления от 23.04.2019 № 10 разъяснено, что положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Вместе с тем сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

При этом, как указано в пункте 65 постановления от 23.04.2019 № 10, распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

Суд по интеллектуальным правам обращает внимание на то, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в рассматриваемом случае предпринимателем не было подано ходатайство о снижении заявленного истцом размера компенсации ниже минимального предусмотренного законом предела. Данное обстоятельство подтверждается в том числе фактом отсутствия в материалах дела отзыва предпринимателя на исковое заявление общества «СТС».

Таким образом, в отсутствие соответствующего волеизъявления ответчика суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для снижения испрашиваемого к взысканию размера компенсации ниже минимального предусмотренного законом предела.

Наряду с этим Суд по интеллектуальным правам отмечает, что в силу положений пункта 3 статьи 1250 ГК РФ предусмотренные названным Кодексом меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено настоящим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 названного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Более того, судебная коллегия обращает внимание на то, что в силу абзаца третьего пункта 2 статьи 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Таким образом, с учетом того что предусмотренная законом мера ответственности за нарушение исключительного права на товарные знаки и на произведения изобразительного искусства в виде взыскания компенсации может быть применена к лицу, совершившему такое нарушение при осуществлении им предпринимательской деятельности, независимо от его вины, а также с учетом рискового характера предпринимательской деятельности судебная коллегия признает несостоятельным довод заявителя кассационной жалобы о том, что неосведомленность предпринимателя о контрафактном происхождении реализованной им продукции может свидетельствовать о наличии оснований для освобождения его от гражданско-правовой ответственности либо для снижения ее размера.

С учетом изложенного, принимая во внимание то, что, как верно установили суды, в рассматриваемом случае отсутствовали основания для снижения заявленного размера компенсации ниже минимального предусмотренного законом предела, а также исходя из того, что доводы кассационной жалобы не содержат иных мотивов, направленных на опровержение вывода судов о размере подлежащей взысканию компенсации, Суд по интеллектуальным правам соглашается с выводом судов о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме. Приведенные доводы кассационной жалобы отклоняются Судом по интеллектуальным правам как не опровергающие законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

Выражая несогласие с принятыми по настоящему делу решением и постановлением, предприниматель также отмечает, что в нарушение действующих норм процессуального права суды первой и апелляционной инстанций не перешли к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, что привело к нарушению прав и законных интересов участвующих в деле лиц.

Оценив законность обжалуемых судебных актов с учетом изложенного довода кассационной жалобы, Суд по интеллектуальным правам полагает необходимым отметить следующее.

В силу пункта 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в порядке упрощенного производства подлежат рассмотрению, в частности, дела по исковым заявлениям о взыскании денежных средств, если цена иска не превышает для юридических лиц восемьсот тысяч рублей, для индивидуальных предпринимателей четыреста тысяч рублей.

При этом Суд по интеллектуальным правам учитывает, что не подлежат рассмотрению в порядке упрощенного производства дела об оспаривании решений и действий (бездействия) должностного лица службы судебных приставов, дела, относящиеся к подсудности Суда по интеллектуальным правам в качестве суда первой инстанции, дела о несостоятельности (банкротстве), дела по корпоративным спорам, дела о защите прав и законных интересов группы лиц, дела, связанные с обращением взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации (часть 4 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из обжалуемых судебных актов, с учетом размера заявленной к взысканию суммы компенсации (90 000 рублей) и правового статуса ответчика (индивидуальный предприниматель), а также ввиду того, что спор по настоящему делу не относится ни к одной из категорий споров, указанных в части 4 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для рассмотрения настоящего дела в порядке упрощенного производства.

В соответствии с частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что: 1) порядок упрощенного производства может привести к разглашению государственной тайны; 2) необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства, а также провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания; 3) заявленное требование связано с иными требованиями, в том числе к другим лицам, или судебным актом, принятым по данному делу, могут быть нарушены права и законные интересы других лиц.

Из обжалуемых судебных актов усматривается, что при рассмотрении и разрешении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций не было установлено наличие ни одного из перечисленных юридически значимых обстоятельств, о чем свидетельствует в том числе факт отсутствия в материалах дела отзыва предпринимателя на исковое заявление общества «СТС». При этом материалами дела подтверждается факт надлежащего извещения ответчика о начавшемся в отношении него судебном процессе по настоящему делу, что не оспаривается участвующими в деле лицами.

С учетом изложенного Суд по интеллектуальным правам приходит к выводу о том, что приведенный довод предпринимателя не соответствует фактическим обстоятельствам дела и не опровергает законность и обоснованность принятых по настоящему делу судебных актов, в связи с чем он отклоняется судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274‑О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Суд по интеллектуальным правам отмечает, что в кассационной жалобе предпринимателя отсутствуют ссылки на доказательства, имеющиеся в материалах дела, которые не были бы оценены судами первой и апелляционной инстанций или которыми опровергаются вышеприведенные выводы судов, в связи с чем Суд по интеллектуальным правам признает выводы судов первой и апелляционной инстанций основанными на представленных в материалы дела доказательствах и соответствующими нормам материального и процессуального права.

Исходя из изложенного, рассмотрев кассационную жалобу в пределах приведенных в ней доводов, Суд по интеллектуальным правам полагает, что размер подлежащей взысканию компенсации определен судами на основании объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебного акта судов первой и апелляционной инстанций в любом случае, судом кассационной инстанции не установлено.

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2020 по делу № А56-49404/2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2021 по тому же делу являются законными и отмене не подлежат. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и в силу части 3 статьи 291¹ Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит обжалованию в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы относятся на предпринимателя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288², 289, 291¹ Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2020 по делу № А56-49404/2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 Абдуллаха Махуда – без удовлетворения.

Данное постановление является окончательным и обжалованию не подлежит.

Судья

И.В. Лапшина