Гражданский кодекс часть 1

без вызова сторон, извещенных о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства надлежащим образом по правилам ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Ульяновской области: www.ulyanovsk.arbitr.ru,

УСТАНОВИЛ:

ООО "Салмо" (SIA "SALMO") обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 50 000 руб. 00 коп., судебных расходов, почтовых расходов.

Определением от 09.06.2021 исковое заявление было принято судом к производству в порядке упрощенного производства.

От истца поступило ходатайство, согласно которому он просит приобщить к материалам дела видеозапись, чек и приобретенный товар.

Определением от 14.07.2021 суд приобщил к материалам дела видеозапись, спорный товар.

04.08.2021 по результатам рассмотрения дела судом принята резолютивная часть решения о частичном удовлетворении исковых требований.

От ответчика по делу поступило заявление о составлении мотивированного решения, в связи с чем суд считает необходимым изготовить мотивированное решение по делу.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд исходил из следующего.

Как следует из материалов дела и искового заявления, истец является обладателем исключительных прав на товарный знак N 771365.

В ходе закупки, произведенной 01.11.2020 г. в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, установлен факт продажи контрафактного товара («крючок рыболовный»).

В подтверждение факта купли-продажи указанного товара истец представил в материалы дела кассовый чек от 01.11.2020 на сумму 30 руб. 00 коп. (л.д. 47 – оригинал чека), компакт - диск, содержащий видеозапись приобретения товара, а также сам приобретенный товар.

Исходя из товарного чека, представленного в материалы дела, реализация товаров была осуществлена индивидуальным предпринимателем с ИНН <***>.

Считая, что действиями ответчика по продаже указанного товара нарушены исключительные права истца на объекты исключительных прав, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением и просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 50 000 руб. на товарный знак № 771365.

Истец направил в адрес ответчика претензию с требованием о прекращении неправомерного использования товарного знака и выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак.

Оставление требования истца без удовлетворения послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Ответчик просит оставить исковое заявление без рассмотрения, указывает, что в представленной копии доверенности, выданной ООО «САЛМО», отсутствует подпись ФИО2. Имеется только подпись помощника присяжного нотариуса - ФИО3.

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 "О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом" (далее - постановление № 23) указано, что из взаимосвязанных положений пункта 9 части 1 статьи 126, части 1 статьи 253, части 3 статьи 254 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что в случае, когда истцом или ответчиком является иностранное лицо, к исковому заявлению прилагается документ, подтверждающий нахождение лица под юрисдикцией иностранного государства, его организационно-правовую форму, правоспособность и содержащий сведения о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятие гражданских обязанностей. Такой документ определяется на основании личного закона иностранного лица (например, выписка из торгового реестра страны происхождения).

Как указано в пункте 20 постановления от 27.06.2017 N 23 при проверке полномочий представителей иностранных лиц в арбитражном процессе судам надлежит учитывать, что лица, имеющие полномочия действовать от имени юридического лица без доверенности, а также полномочия на подписание доверенности от имени юридического лица, определяются по личному закону иностранного юридического лица (подпункт 6 пункта 2 статьи 1202 ГК РФ).

Форма доверенности на участие представителя иностранного лица в арбитражном суде Российской Федерации подчиняется праву страны, применимому к самой доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ), то есть праву Российской Федерации (пункт 4 статьи 1217.1 ГК РФ). Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если не нарушены требования права страны выдачи доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ) и требования статьи 61 АПК РФ.

В пункте 25 Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным с рассмотрением арбитражными судами дел с участием иностранных лиц, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.07.2013 № 158, разъяснено, что официальные документы, подтверждающие статус иностранного юридического лица, должны исходить от компетентного органа иностранного государства, содержать актуальную информацию на момент рассмотрения спора, должны быть надлежащим образом легализованы или апостилированы, а также должны сопровождаться надлежащим образом заверенным переводом на русский язык.

Согласно статье 3 Гаагской конвенции (1961) проставление апостиля компетентным органом государства, в котором этот документ был совершен, является единственной формальностью, которая может быть потребована для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и, в надлежащем случае, подлинности печати и штампа, которыми скреплен этот документ. Проставление апостиля на сертификате о существовании/полномочиях подтверждает подлинность подписи, качество, в котором выступал секретарь штата, как должностное лицо государства, ответственное за регистрацию и учет юридических лиц.

В соответствии со статьей 255 АПК РФ документы, выданные, составленные или удостоверенные по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации по нормам иностранного права в отношении российских организаций и граждан или иностранных лиц, принимаются арбитражными судами в Российской Федерации при наличии легализации указанных документов или проставлении апостиля, если иное не установлено международным договором Российской Федерации. Документы, составленные на иностранном языке, при представлении в арбитражный суд в Российской Федерации должны сопровождаться их надлежащим образом заверенным переводом на русский язык.

В пунктах 39-41 постановления от 27.06.2017 N 23 указано, что арбитражный суд принимает в качестве доказательств официальные документы из другого государства при условии их легализации консульскими учреждениями Российской Федерации и консульскими отделами дипломатических представительств Российской Федерации, если нормами международного договора не установлено иное.

Консульские должностные лица Российской Федерации легализуют иностранные документы, представляемые в официальные органы на территории Российской Федерации, в порядке, предусмотренном статьей 27 Консульского устава Российской Федерации (Федеральный закон от 5 июля 2010 года N 154-ФЗ "Консульский устав Российской Федерации").

Легализация иностранного документа необходима для подтверждения источника происхождения доказательства в арбитражном процессе, но не исключает проверки со стороны суда с целью установления правильности содержащихся в нем сведений по существу.

В случаях, предусмотренных международными договорами Российской Федерации о правовой помощи, арбитражный суд вправе принимать иностранные официальные документы без консульской легализации.

Арбитражный суд принимает официальные документы без их легализации в случаях, предусмотренных Конвенцией, отменяющей требования легализации иностранных официальных документов (Гаага, 5 октября 1961 года).

В соответствии с этой Конвенцией на документах, совершенных компетентными органами одного государства и предназначенных для использования на территории другого государства, проставляется специальный штамп (апостиль).

Совершение легализационной надписи или проставление апостиля на удостоверительной надписи нотариуса, которой засвидетельствована подлинность подписи и печати должностного лица на подтверждающем юридический статус иностранного лица официальном документе, соответствует требованиям статьи 255 АПК РФ.

Доверенность от имени иностранного лица, выданная на территории иностранного государства, не является официальным документом и, по общему правилу, не требует обязательного удостоверения в виде консульской легализации или проставления апостиля, если не содержит отметок официальных органов иностранного государства.

При этом суд в случае сомнений в отношении подлинности подписи, статуса лица, подписавшего доверенность, вправе запросить дополнительные доказательства, подтверждающие полномочия лица, участвующего в деле. К числу таких доказательств может быть отнесена выданная иностранным лицом своему представителю нотариально удостоверенная доверенность с проставленным апостилем или легализационной надписью консульского должностного лица.

В качестве доказательств наличия полномочий на подписание и подачу иска от имени компании у представителя, подписавшего исковое заявление, представлена нотариально удостоверенная доверенность от 22.10.2019 № 77 АГ 1192613, выданная представителем ООО «Салмо» в лице Общества с ограниченной ответственностью «Правовая группа «Интеллектуальная собственность», действующего на основании доверенности б/н от 29.08.2019 г., удостоверенной ФИО3, помощника присяжного нотариуса Зане Ернштрейте, замещающей нотариуса во время ее отсутствия по ее поручению на месте практики нотариуса. Доверенность содержит указание на электронный апостиль и адрес его расположения в сети интернет.

Также в материалы дела представлен нотариальный акт о заверении помощником присяжного нотариуса доверенности, которую выдает участник акта ООО «Салмо», представленный председателем правления ФИО2 с правом отдельно представлять общество капитала.

Из представленного нотариального акта следует, что ФИО2 является председателем правления ООО «САЛМО» с правом отдельно представлять общество капитала, т.е. единолично действовать без доверенности.

Из содержания акта следует, что доверенность, выданная ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность», действует до 31 декабря 2022г. и выдана с правом передоверия другим лицам, как физическим, так и юридическим.

Из раздела «Пометки помощника присяжного нотариуса» следует, что нотариальный акт зачитан для ФИО2.

Дееспособность ФИО2 проверена.

Правоспособность юридического лица и права представления ФИО2 проверены 29 августа 2019 года через Коммерческий регистр.

В соответствии с статьёй 75 Закона о нотариате, проверяя личность, помощник нотариуса просмотрела Регистр населения и Регистр недействительных документов.

ФИО2 подтверждает, что присвоенные ей права представителя не истекли, и настоящая сделка осуществляется в соответствии с предоставленным в настоящем документе объёмом полномочий и соответствует интересам Общества с ограниченной ответственностью «САЛМО».

ФИО2 подтверждает, что поняла содержание и значение настоящего нотариального акта, нотариальный акт соответствует её воле, что подтверждается её подписью, сделанной в присутствии нотариуса.

Также в акте указано, что получателем выписки является ФИО2. В соответствии со статей 102 Закона о нотариате, выписка из книги нотариальных актов имеет такую же силу как оригинал нотариального акта, следовательно приравнивается к оригиналу доверенности.

Следовательно, представленный в материалы дела документ является выпиской из нотариального акта о заверении доверенности, которая как следует из выписки акта, подписана ФИО2.

Указанный нотариальный акт легализован путем проставления электронного апостиля.

Соответственно совершение легализационной надписи или проставление апостиля на удостоверительной надписи нотариуса, которой засвидетельствована подлинность подписи и печати должностного лица, соответствует требованиям статьи 255 АПК РФ.

В силу пункта 7 части 1 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что исковое заявление не подписано или подписано лицом, не имеющим права подписывать его, либо лицом, должностное положение которого не указано.

Учитывая изложенное, правовые основания для оставления искового заявления без рассмотрения у суда отсутствуют.

Таким образом, заявленное ответчиком ходатайство подлежит оставлению без удовлетворения.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

К результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации, которым предоставляется правовая охрана, статья 1225 ГК РФ относит товарные знаки и знаки обслуживания.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Ответчик не представил суду доказательства предоставления истцом ответчику - ИП ФИО1 прав на использование изображения товарного знака.

Сравнив изображения, размещенные на спорном товаре, с изображением товарного знака, права на которые принадлежат истцу на основании свидетельства о регистрации товарного знака № 771365, суд приходит к выводу, что размещенные на указанном товаре изображения ассоциируются с названным изображением товарного знака.

Исходя из установленных фактических обстоятельств, суд приходит к выводу, что реализация спорного товара является нарушением исключительных прав истца, что влечет ответственность ответчика в виде выплаты компенсации, предусмотренной статьей 1515 ГК РФ.

Из пункта 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Разрешая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Исходя из правовой позиции, изложенной в абзаце четвертом пункта 62 постановления N 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Следовательно, определение размера компенсации относится к компетенции судов, рассматривающих спор по существу.

Из материалов дела следует, что истец, заявляя требования о взыскании с ответчика компенсации, сослался на то обстоятельство, что ответчиком допущено одно нарушение исключительного права истца; торговля контрафактом наносит репутационный убыток истцу, поскольку контрафактный продукт низкого качества вызывает у потребителя негативные ассоциации с брендом.

Истец просит взыскать компенсацию из расчета 50 000 руб. за товарный знак.

Ответчик представил отзыв на иск, просит уменьшить размер компенсации, указывает, что правонарушение совершено не умышленно, впервые и не носит грубый характер, размер требуемой компенсации во много раз превышает цену проданного товара, использование интеллектуальной собственности не являлось существенной частью предпринимательской деятельности. Просит уменьшить размер компенсации до 5 000 руб. 00 коп.

Суд отмечает, что размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П, нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Следовательно, истец, заявив требование из расчета 50 000 руб. за одно нарушение, должен документально обосновать и подтвердить данный размер компенсации.

Применительно к настоящему делу суд учитывает, что в силу положений абзаца первого пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ компенсация может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2017 года N 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).

Однако по настоящему делу, заявляя требование о взыскании компенсации в размере 50 000 руб. за одно нарушение, истец не представил суду обоснование суммы компенсации, доказательства того, что указанный размер компенсации направлен на восстановление имущественного положения истца в связи с допущенным нарушением ответчика.

Таким образом, истец не обосновал вероятный размер своих убытков и не сослался на иные обстоятельства, способные повлиять на размер взыскиваемой судом компенсации и подтвержденные доказательствами, в связи с чем, суд лишен возможности убедиться в соразмерности требуемого истцом размера компенсации последствиям реализации (предложения к продаже) ответчиком спорного товара.

Взыскание компенсации при таких условиях в заявленной сумме в полном объеме превращается в меру ответственности карательного характера.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П, размер ответственности, несправедливый и несоразмерный допущенному нарушению, подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

Установление разумного и обоснованного размера компенсации – прерогатива суда (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).

Суд, учитывая вышеизложенное, а также то, что продажа контрафактного товара не является существенной частью предпринимательской деятельности ответчика, срок реализации товара, руководствуясь принципами разумности и соразмерности, считает в данном случае обоснованным размер компенсации из расчета 10 000 руб. за одно нарушение исключительных прав на товарный знак исходя из минимального предела, установленного в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ.

По мнению суда, сумма компенсации 10 000 руб., более чем достаточна для восстановления нарушенного права истца при реализации товара стоимостью 30 руб.

Ходатайство ответчика о снижении размера компенсации до 5 000 руб. 00 коп. не подлежит удовлетворению, так как согласно п. 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений).

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

В рассматриваемом случае, учитывая, что истцом заявлены требования о выплате компенсации за нарушение прав на один товарный знак, оснований для снижения компенсации ниже 10 000 руб. 00 коп. не имеется.

При этом в настоящем деле, определив размер компенсации в сумме 10 000 руб. 00 коп., суд рассматривает не вопрос снижения размера компенсации, а установления судом разумного и обоснованного размера компенсации.

Довод ответчика о том, что после принятия постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 №40-П, снижение размера компенсации меньше минимума, допускается даже при одном нарушении прав на один объект интеллектуальной собственности отклоняется судом, так как в указанном постановлении анализировалось применение нормы подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ. В настоящем же деле истцом заявлены требования по подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.

В связи с чем, исковые требования следует удовлетворить частично в сумме 10 000 руб.; в остальной части – оставить без удовлетворения.

Согласно абз. 2 ч. 1 ст. 110 АПК РФ, в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Расходы на истца, понесенные на уплату государственной пошлины, подлежат взысканию с ответчика в сумме 400 рублей.

Истцом также были заявлены требования о взыскании с ответчика 30 руб. расходов по приобретению спорного товара, почтовых расходов в сумме 173 руб. 00 коп.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дел» к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц.

Перечень судебных издержек, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Расходы на приобретение спорного товара в сумме 30 руб. подлежат удовлетворению. Расходы на сумму 30 руб. подтверждены чеком, соответствуют критерию судебных издержек и подлежат возмещению истцу за счет ответчика.

В подтверждение почтовых расходов представлены почтовые чеки Почты России на общую сумму 173 руб. 00 коп.

Таким образом, почтовые расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Поскольку исковые требования истца были удовлетворены частично (20 %) размер почтовых расходов в отношении ответчика будет составлять: 173,00 х 20% = 34 руб. 60 коп., судебные издержки в размере стоимости товара составят: 30 х 20% = 06 руб. 00 коп.

Кроме того, суд отмечает следующее.

Частью 1 статьи 80 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.

Согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80).

К таким доказательствам может относиться, например, имущество, изъятое из оборота или ограниченное в обороте; к таким же доказательствам в силу статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации относится контрафактная продукция.

С учетом названных правовых норм возвращение приобщенной к материалам дела определением суда от 14.07.2021 г. контрафактной продукции недопустимо.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что вещественные доказательства по соответствующему делу подлежат уничтожению после вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176-177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Ходатайство ответчика об оставлении искового заявления без рассмотрения оставить без удовлетворения.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Салмо" (SIA "SALMO") 10 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №771365, 400 руб. 00 коп. в возмещение расходов по оплате госпошлины; 6 руб. 00 коп. в возмещение расходов, связанных с приобретением спорного товара; 34 руб. 60 коп. - в возмещение почтовых расходов.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Уничтожить вещественное доказательство, приобщенное к материалам дела (спорный товар – крючок рыболовный).

Указанное вещественное доказательство передать на уничтожение после вступления решения суда в законную силу.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

Судья С.А. Карсункин