Гражданский кодекс часть 1

Судья Арбитражного суда Челябинской области Н.В. Шведко,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А.А. Яровой, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества «Южуралмост», г. Магнитогорск, Челябинская область,

к Федеральному казенному учреждению «Управление Федеральных автомобильных дорог «Южный Урал» Федерального дорожного агентства», г. Челябинск,

при участии в деле в качестве третьего лица третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие», г. Москва,

о взыскании 5 136 445 руб. 28 коп.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 – представителя, действующего на основании доверенности № 07-Д от 09.01.2018 (сроком по 31.12.2020), личность установлена по паспорту, ФИО2 – представителя, действующей на основании доверенности № 11-Д от 09.01.2018, личность установлена по паспорту,

от ответчика: ФИО3 – представителя, действующей на основании доверенности № 124 от 26.12.2017 (сроком по 31.12.2018), личность установлена по паспорту,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Южуралмост», г. Магнитогорск, Челябинская область, 02.02.2018 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Управление Федеральных автомобильных дорог «Южный Урал» Федерального дорожного агентства», г. Челябинск, о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 5 136 445 руб. 28 коп.

Протокольным определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.03.2018 к участию в деле в качестве третьего лица третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие», г. Москва.

Заявленные исковые требования истец основывает на нормах статей 404, 405, 406, 702, 716, 753, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, с соблюдением требований ст.ст. 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в судебное заседание полномочного представителя не направило.

Дело рассматривается по правилам ст. 156 АПК РФ в отсутствие третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, извещенного надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

В судебном заседании истец поддержал свою правовую позицию, изложенную им ранее в исковом заявлении. Представил пояснения по иску.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал, по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление и дополнениям к нему.

В судебном заседании 04.07.2018, на основании ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), объявлялся перерыв до 14 часов 05 минут 11.07.2018.

Стороны были извещены о времени и месте проведения судебного заседания под расписку.

Информация в форме публичного объявления о перерыве и продолжении судебного заседания была размещена на официальном сайте Арбитражного суда Челябинской области в сети Интернет (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 19.09.2006 № 113).

После перерыва дело слушанием продолжено.

07.05.2018 в Арбитражный суд Челябинской области от ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» поступило мнение по делу, в котором третье лицо указало, что в обеспечение обязательства истца перед ответчиком по государственному контракту №45 от 18.04.17 на выполнение работ по объекту «Ремонт путепровода М-5 через железную дорогу на км 1852+200 9левый) автомобильной дороги М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-Самара-Уфа-Челябинск» Банк предоставил в пользу Бенефициара банковскую гарантию №13-16/10 от 11.04.2017.20.11.2017 в адрес Банка поступило требование ответчика №АЛ-4539 от 13.11.2017 об уплате денежных средств по банковской гарантии №13-16/10 от 11.04.2017 в сумме5 777 192,60 рублей (далее - требование). В требовании Бенефициар указал на нарушение истцом сроков выполнения работ по контракту, предусмотренных календарным графиком производства работ, что подтверждается подписанными сторонами Актами о приемке выполненных работ №1 от 17.07.2017, №2 от 25.08.2017, №3 от 25.09.2017, №4 от 25.10.2017.Вместе с тем, выплаты по банковской гарантии №13-16/10 от 11.04.2017 Банк не производил, поскольку 24.11.2017 в адрес Банка поступил отзыв требования №АЛ-4738 от 24.11.2017. В соответствии с вышеуказанным документом Бенефициар уведомил Банкоб отзыве требования и просит считать его не предъявленным, поскольку принципал добровольно уплатил в пользу ответчика сумму в размере 5 777 192,60 рублей. Просит суд рассмотреть дело с учетом выявленных и изложенных обстоятельств в отсутствие третьего лица.

Исследовав представленные по делу доказательства, арбитражный суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению частично. При этом суд исходит из следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, между АО «Южуралмост» (подрядчик) и ФКУ Упрдор «Южный Урал» (заказчик) заключен государственный контракт № 45 от 18.04.2017 на выполнение работ по ремонту путепровода через железную дорогу на км 1852+200 (левый) автомобильной дороги М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-Самар-Уфа-Челябинск, по результатам открытого аукциона в электронной форме, протокол №21/2-ЭА от 30.03.2017 (далее – контракт).

В соответствии с п. 1.1. в целях реализации программы дорожных работ подрядчик принимает на себя обязательства выполнить работы по ремонту путепровода через железную дорогу на км 1852+200 (левый) автомобильной дороги М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-Самар-Уфа-Челябинск (далее объект), в соответствии с проектной документацией (далее-проект), а заказчик берет на себя обязательства принять работы и оплатить их в соответствии с условиями настоящего контракта.

Пунктом 3.1 контракта стороны согласовали общую стоимость работ по настоящему контракту в сумме 30 109 805 руб. 05 коп.

В п. 5.1 контракта стороны согласовали сроки выполнения работ на объекте: начало работ – с даты заключения государственного контракта; окончание работ – 15 сентября 2017 года.

Согласно п. 5.2 календарные сроки выполнения работ по объекту определяются Календарным графиком производства и финансирования подрядных работ (приложение №1 к контракту).

В соответствии с п. 5.4 на момент подписания настоящего контракта дата окончания работ, в том числе даты окончания отдельных видов работ, определенные календарным графиком производства и финансирования подрядных работ, являются исходными для определения имущественных санкций в случае нарушения сроков выполнения работ.

Сторонами в приложении №2 к контракту согласован календарный график производства и финансирования подрядных работ.

Так как предметом контракта является государственный заказ по выполнению подрядных работ, данный контракт является государственным контрактом на выполнение подрядных работ для государственных нужд, отношения сторон по указанному контракту регулируются нормами § 1, § 3, § 5 гл. 37 ГФ, а также положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее Закон № 44-ФЗ).

Согласно ст. 112 Закона № 44-ФЗ данный Закон применяется к отношениям, связанным с осуществлением закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд, извещения об осуществлении которых размещены в единой информационной системе или на официальном сайте Российской Федерации в информационно - телекоммуникационной сети «Интернет» для размещения информации о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг либо приглашения принять участие в которых направлены после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. К отношениям, возникшим до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, он применяется в части прав и обязанностей, которые возникнут после дня его вступления в силу, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Соответственно, неустойка, начисленная на основании контракта, заключенного по Федеральному закону от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 94-ФЗ), подлежит списанию на основании положений Закона № 44-ФЗ, поскольку право на списание неустойки возникло после вступления в силу Закона № 44-ФЗ.

Учитывая, что закон о подрядах для государственных и муниципальных нужд до настоящего времени не принят, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.10.2011 № 9382/11, в регулировании подрядных работ для государственных и муниципальных нужд приоритетное значение остается за нормами ГК РФ: в части, не урегулированной статьями 763 - 767 ГК РФ, должны применяться в зависимости от вида подрядных работ положения параграфов 3 или 4 главы 37 ГК РФ, а затем - общие положения о договоре подряда (параграф 1 главы 37 ГК РФ).

Согласно ст. ст. 763, 768 ГК РФ подрядные работы, предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд. К отношениям по государственным или муниципальным контрактам на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд в части, не урегулированной настоящим Кодексом, применяется закон о подрядах для государственных или муниципальных нужд.

В соответствии со статьей 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется исполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В соответствии с п.1 ст.329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу п.1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об оплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно ст. 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства (ст. 331 ГК РФ).

В этой связи, а также с учетом требований ст. 432 ГК РФ соглашение о договорной неустойке считается достигнутым, если в данном соглашении определены размер неустойки и механизм ее начисления.

Юридические лица свободны в заключении договора (ст. 421 ГК РФ), в том числе и в отношении размера неустойки.

В силу ч. 4 ст. 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

Согласно ч. 7 ст. 34 Закона № 44-ФЗ пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере, определенном в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но не менее чем одна трехсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

В п. 11.4 контракта стороны согласовали условие о том, что при нарушении контрактных обязательств подрядчиком заказчик удерживает или подрядчик уплачивает заказчику в порядке, предусмотренным условиями контракта, пеню:

11.4.1 за нарушение подрядчиком сроков выполнения работ (в том числе промежуточных сроков выполнения работ по контракту;

11.4.2. за нарушение согласованных (установленных) сроков для устранения подрядчиком дефектов, выявленных на объекте в период гарантийного срока, согласно п. 10.3 контракта.

Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается в размере определенном в порядке, предусмотренном Постановлением Правительства РФ от 25.11.2013 № 1063, но не менее чем одна трехсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком, и определяется по формуле, согласованной сторонами.

Суд полагает, что сторонами при заключении договора соблюдены предусмотренные статьями 331, 432 ГК РФ требования, касающиеся соглашения о неустойке.

Из содержания искового заявления следует, что в связи с поступившим требованием об уплате пени за нарушение сроков выполнения работ, с целью предотвращения неблагоприятных финансовых последствий для АО «Южуралмост», вызванных увеличением размера комиссии в связи с раскрытием банковской гарантии по Контракту, АО «Южуралмост» вынужденно уплатило в адрес ФКУ Упрдор «Южный Урал» сумму пени в размере 5 777 192 руб. 60 коп. (платежное поручение № 81968 от 23.11.2017).

По мнению истца, требование ФКУ Упрдор «Южный Урал» в части уплаты пени в размере 5 136 445 руб. 28 коп. необоснованные и не подлежат удовлетворению, поскольку п. 5.1. Контракта предусмотрены сроки начала работ на объекте - с даты заключения Контракта; и сроки окончания работ на объекте - 15 сентября 2017 г. При этом, поэтапная разбивка объема работ на объекте, влекущая за собой последствия в виде перехода риска случайной гибели результата выполненных работ на заказчика, не предусмотрена.

Согласно п. 4.3. Контракта следует, что заказчик предусматривает промежуточную оплату объемов выполненных работ, указывая на промежуточные платежи, что и следует из содержания Приложения № 1 к Контракту (Календарный график производства и финансирования подрядных работ - далее - график).Вместе с тем, в указанном Приложении не содержится исчерпывающего перечня видов работ и разбивки выполнения этих работ по этапам, что является необходимым условием для согласования промежуточных сроков выполнения конкретных видов работ. Подписанные между сторонами акты приемки выполненных работ формы КС-2 в соответствии с графиком не позволяют сделать вывод, что после подписания каждого из актов к заказчику перешел риск случайной гибели или случайного повреждения результатов частично выполненных работ, отраженных в актах.

Также разделом 9 контракта предусмотрен особый порядок итоговой приемки результата выполненных работ, в частности, осуществление приемки Объекта в эксплуатацию приемочной комиссией и, следовательно, наличием акта комиссионной приемки (п. 9.9. контракта). Именно такой порядок приемки предусматривает последствия перехода риска случайной гибели результата выполненных работ и окончания выполнения работ по контракту.

Кроме того, при подписании актов при промежуточной приемке объемов выполненных работ заказчик не заявлял претензий, а указал на нарушение только конечных сроков выполнения работ, несмотря на условие, предусмотренное (п. 4.6. контракта).

Таким образом, по мнению истца, расчет неустойки следует производить, с учетом изложенных обстоятельств, за нарушение конечного срока выполнения работ по объекту, а не промежуточных, обозначенных в рамках осуществления финансирования выполняемых объемов работ. В данном случае, по мнению истца, подлежат применению конечные сроки выполнения работ, указанных в Контракте, и сумма пени за этот период, согласно расчету истца, составляет (с учетом изменения) 1 174 141 руб. 23 коп.

Кроме того, как указывает истец, при приемке выполненных работ имели место необоснованные отказы от приемки выполненных работ в части принятия расходов по временным зданиям и сооружениям. Данные обстоятельства, по мнению истца, могут быть квалифицированы как просрочка кредитора, и за указанный период, в соответствии с п. 3 ст. 406 ГК РФ, должник не обязан платить пени за время просрочки кредитора.

В соответствии с п. 4.5. контракта затраты по статье временные здания и сооружения оплачиваются пропорционально выполненным объёмам работ (в процентах от стоимости строительных и монтажных работ).

Цена контракта определена и является твердой. Согласно п. 8.15 контракта подрядчик обязан в счет цены Контракта своими силами и средствами обеспечить сооружение/демонтаж и/или аренду временных зданий и сооружений. Иных указаний, относительно возведения временных зданий и сооружений, Контракт не содержит, за исключением поименования в Ведомости объемов работ (Приложение № 2 к контракту).

Согласно п. 4.84. Методики определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации МДС 81-35.2004 размер средств, предназначенных для возведения временных зданий и сооружений, может определяться двумя способами:

- по расчету, основанному на данных ПОС в соответствии с необходимым набором титульных временных зданий и сооружений;

- по нормам, приведенным в Сборнике сметных норм затрат на строительство временных зданий и сооружений (ГСН 81-05-01-2001 и ГСНр 81-05-01-2001), в процентах от сметной стоимости строительных (ремонтно-строительных) и монтажных работ по итогам глав 1 - 7 (1 - 5) сводного сметного расчета и дополнительными затратами, не учтенными сметными нормами.

Министерство строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации определяет указанные способы производства расчетов за возведение временных зданий и сооружений следующим образом:

- за фактически построенные временные здания и сооружения; или

- по установленным нормам в соответствии с договорными условиями. Условиями Контракта предусмотрено использование второго способа определенияразмера затрат, не требующего предоставления расшифровки, определяющегося по нормам в процентах от сметной стоимости строительных и монтажных работ.

В ответ на направляемые подрядчиком в адрес заказчика письма с просьбой принять к подписанию Акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 и Справки о стоимости выполненных работ по форме КС-3 заказчик требовал расшифровки затрат на возведение временных строений и сооружений, что, по мнению истца, противоречит условиям Контракта (п. 3.4.,4.5., 8.15.).

Согласно норме, предусмотренной ст. 328 Гражданского кодекса РФ, в случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства.

Также в соответствии с п. 3 ст. 405 Гражданского кодекса РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора. Согласно ст. 406 Гражданского кодекса РФ, кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом или договоров либо вытекающих из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства. Таким образом, уклонение заказчика от подписания Актов о приемке выполненных работ по форме КС-2, оформленных надлежащим образом, истец считает ненадлежащим исполнением заказчиком обязательств, предусмотренных п. 9.8. контракта.

Также, как указано истцом в исковом заявлении, при исполнении контракта АО «Южуралмост» столкнулось с объективными обстоятельствами невозможности выполнения работ, вызванными отсутствием предоставления ОАО «РЖД» технологических «окон» для выполнения работ в опасной зоне ВлЮкВ и габарита приближения строений «С» железнодорожного пути, принадлежащего ОАО «РЖД». О данной ситуации подрядчик информировал Заказчика письмом от 26.09.2017г. вх. 4411.

Согласно условиям контракта, подрядчик выполняет ремонтные работы, включающие в себя работы в опасной зоне ВлЮкВ и габарита приближения строений «С» железнодорожного пути, принадлежащего ЮУЖД ОАО «РЖД».

Подрядчик в порядке, установленном п. 1 ст. 401 Гражданского кодекса РФ предпринял все необходимые действия для согласования указанных «окон» в ОАО «РЖД» в соответствиями с требованиями проекта. При согласовании проекта производства работ в подразделениях ЮУЖД представителем подрядчика была получена информация о новых правилах предоставления «технологических окон». В результате проведения переговоров с представителями ЮУЖД (подразделения ЭЧ-1, ПЧ-6) была выявлена необходимость в заключении нового договора с ЮУЖД, включающего в себя учет требований нескольких подразделений ЮУЖД, имеющих зону ответственности на необходимом для выполнения подрядчиком работ участке железной дороги, проект которого был подготовлен представителями ЮУЖД.

В порядке, предусмотренном п. 8.28 Контракта, п. 1 ст. 716 Гражданского кодекса РФ подрядчиком было приостановлено проведение указанных выше работ в связи с изменением правил и фактическим непредоставлением ОАО «РЖД» «технологических окон» в необходимые сроки, в результате чего завершение работ, предусмотренных Контрактом, в установленный срок не было возможным.

Исходя из изложенного, по мнению истца, подрядчик не считается просрочившим выполнение обязательства, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора в соответствии с пунктом 3 статьи 405, пунктом 1 статьи 406 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 9 статьи 34 Закона о контрактной системе сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 Обзора судебной практики от 28.06.2017, при несовершении заказчиком действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или существа обязательства, до совершения которых исполнитель государственного (муниципального) контракта не мог исполнить своего обязательства, исполнитель не считается просрочившим, а сроки исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту продлеваются на соответствующий период просрочки заказчика.

Истец, принимая во внимание переписку сторон относительно приостановления работ (подрядчик своевременно уведомил заказчика о возникновении препятствий к исполнению контракта), учитывая поведение в ходе исполнения своих обязательств по контракту, установив, что просрочка выполнения работ вызвана наличием обстоятельств, независящих от воли и действий подрядчика, и отсутствием со стороны заказчика принятия мер по содействию подрядчику в своевременном и надлежащем выполнении своих обязательств, считает, что у заказчика отсутствовали основания для начисления неустойки за просрочку выполнения работ, и просит взыскать с ответчика денежные средства, перечисленные за нарушение сроков выполнения работ, как неосновательное обогащение в размере 5 777 192 руб. 60 коп.

Поскольку ответчик в добровольном порядке обязательство по возврату денежных средств не исполнил, истец обратился в суд с настоящим иском. Истцом соблюден обязательный досудебный порядок урегулирования спора, предусмотренный ч.5 ст. 4 АПК РФ.

В доказательство фактического выполнения работ по вышеназванному контракту истцом в материалы дела представлены акты о приемке выполненных работ по форме КС-2: № 1 от 17.07.2017 на сумму 1 647 130 руб. 92 коп., № 2 от 25.08.2017 на сумму 1 838 166 руб. 03 коп., № 3 от 25.09.2017 на сумму 7 778 998 руб. 55 коп., № 4 от 25.10.2017 на сумму 18 845 509 руб. 55 коп., справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3: № 1 от 17.07.2017 на сумму 1 647 130 руб. 92 коп., № 2 от 25.08.2017 на сумму 1 838 166 руб. 03 коп., № 3 от 25.09.2017 на сумму 7 778 998 руб. 55 коп., № 4 от 25.10.2017 на сумму 18 845 509 руб. 55 коп., подписанные со стороны ответчика без каких-либо возражений по объему, качеству и стоимости выполненных работ.

Статьей 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

В соответствии со ст. 307, 309 ГК РФ в силу обязательств одно лицо (должник) обязано совершать в пользу другого лица (кредитора) определенные действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны исполняться надлежащим образом, только надлежащее исполнение прекращает обязательство (ст. 408 ГК РФ). Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (ст. 310 ГК РФ).

В соответствии с ч. 3.1. ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

При этом в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Требование АО «Южуралмост» о взыскании с ответчика неосновательного обогащения, возникшего на стороне ответчика в результате начисления штрафных санкций за нарушение промежуточных сроков выполнения отдельных видов работ за период с 26.06.2014 по 23.07.2014 является обоснованным исходя из следующего.

Факт нарушения, как окончательного, так и промежуточных сроков выполнения работ, истцом не оспаривается.

В силу п. 5.1. контракта и календарного графика производства и финансирования подрядных работ (Приложение № 2 к контракту) 15.09.2017 является не сроком завершения отдельного этапа работ (промежуточным сроком), а конечным сроком выполнения работ, то есть сроком, в который подрядчик должен выполнить предусмотренные контрактом работы в полном объеме.

Как следует из искового заявления, ответчиком одновременно начислены штрафные санкции за нарушение срока окончания работ и за нарушение промежуточных сроков выполнения отдельных видов работ в отношении одних и тех же работ.

То есть указанные меры ответственности накладываются друг на друга.

Вместе с тем ответственность за нарушение промежуточных этапов выполнения работ может применяться только до наступления конечного срока выполнения всех работ по контракту, поскольку в противном случае применение одновременно неустойки за нарушение промежуточных сроков выполнения работ и окончательного срока сдачи работ за один и тот же период фактически влечет применение двойной ответственности за допущенное нарушение, что противоречит принципу гражданского законодательства о недопустимости двойной ответственности за одно и то же нарушение.

Поскольку согласно п. 5.1. контракта, конечным сроком выполнения работ является 15.09.2017, то правовых оснований для начисления неустойки за нарушение промежуточных сроков выполнения работ после указанной даты не имеется. В связи с указанными обстоятельствами, неустойка за нарушение промежуточных сроков выполнения отдельных видов работ за период до 15.09.2017 ответчиком начислена необоснованно.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Начисление неустойки на общую сумму государственного контракта без учета надлежащего исполнения части работ противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному п. 1 ст. 1 ГК РФ, поскольку создает преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые были выполнены надлежащим образом. Между тем превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

Согласно пункту 8 названного постановления в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора, отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом.

В этой связи, включение в проект контракта явно несправедливого договорного условия, ухудшающего положение стороны в договоре (подрядчика), оспаривание которого было осложнено особенностями процедуры, установленной Федеральным законом № 94-ФЗ, поставило ФКУ Упрдор «Южный Урал» в более выгодное положение и позволило ему извлечь необоснованное преимущество, а именно начислять неустойку без учета надлежащего исполнения подрядчиком части работ, предусмотренных контрактом.

Суд, проанализировав п. 11.3 контракта, с учетом разъяснений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в постановлении от 28.01.2014 № 13222/13, день уплаты задолженности включается в период расчета неустойки, поскольку в день уплаты денежных средств кредитор либо ограничен по времени в возможности использовать причитающиеся ему денежные средства, либо полностью лишен такой возможности (например, если денежные средства поступили в банк, обслуживающий кредитора, в конце рабочего дня), следовательно, недобросовестное поведение должника влечет неблагоприятные последствия для кредитора и ограничивает его права, согласно абзацу четвертому пункта 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки), по правилам ст. 431 ГК РФ, приходит к выводу о том, что подрядчик обязан уплатить заказчику неустойку за каждый день просрочки исполнения обязательств.

Суд принимает представленный истцом расчет как верный. Неустойка за нарушение конечного срока за заявленный период составила 1 174 141 руб. 23 коп.

Возражения ответчика судом проанализированы и не принимаются, поскольку противоречат представленным доказательствам и обстоятельствам рассматриваемого дела.

Исследовав представленные по делу доказательства относительно применения ст. 401 ГК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для освобождения истца от гражданско-правовых обязательств, возникших перед кредитором по вышеназванному контракту, в силу следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Пунктом 3 указанной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Доказательств наличия чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств (непреодолимой силы), вследствие которых оказалось невозможным надлежащее исполнение истцом обязательств, не представлено.

Оснований для освобождения истца от ответственности в силу статьи 401 ГК РФ не установлено.

Таким образом, с учетом изложенных обстоятельств и на основании указанных норм права, суд полагает, что размер неустойки, подлежащей взысканию с подрядчика составляет 1 174 141 руб. 23 коп.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения спора истцом заявлено о несоразмерности предъявленной к взысканию неустойки последствиям нарушения обязательства и применении статьи 333 ГК РФ.

Согласно п. 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 71, 73, 74, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

Рассматривая ходатайство истца о применении статьи 333 ГК РФ, суд счел заявленную к взысканию неустойку, установленную контрактом, явно несоразмерной последствиям неисполнения обязательства, учитывая компенсационную природу неустойки, в целях соблюдения баланса интересов сторон, в отсутствие доказательств того, что нарушение истцом обязательств повлекло для ответчика существенные негативные последствия (абзац 2 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 N 81),суд считает возможным применить ст. 333 ГК РФ и уменьшить размер неустойки до суммы 700 000 руб. 00 копеек, исходя из следующего.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в определениях от 22.01.2004 № 13-О и от 21.12.2000 № 277-О, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

В силу п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В пункте 1 ст. 333 ГК РФ речь идет о необходимости установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и отрицательными последствиями, наступившими для кредитора в результате нарушения обязательства. Гражданско-правовая ответственность должна компенсировать потери кредитора, а не служить его обогащению.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Таким образом, понятие несоразмерности носит оценочный характер.

Не ограничивая сумму устанавливаемых договором неустоек, ГК РФ предоставляет суду право устанавливать соразмерные основному долгу их пределы с учетом действительного размера ущерба, причиненного стороне в конкретном договоре. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ и речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции. Таким образом, определив соотношение размера неустойки с последствиями нарушения обязательства, суды должны учитывать компенсационную природу неустойки, а также принцип привлечения к гражданско-правовой ответственности только за ненадлежащим образом исполненное обязательство

Поскольку данная мера ответственности должна носить компенсационный, а не карательный характер и не может служить мерой обогащения, как указано выше, постольку суд считает возможным применить положения статьи 333 ГК РФ и снизить размер неустойки до суммы 700 000 руб. 00 коп.

Размер примененной судом ответственности достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости, соразмерно стоимости уступленного права и не приведет к чрезмерному, избыточному ограничению имущественных прав и интересов ответчика.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

В то же время, если подлежащая уплате неустойка перечислена самим должником, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании статьи 333 ГК РФ (подпункт 4 статьи 1109 ГК РФ), за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением.

По правилам статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Из системного анализа абз.2 п. 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 следует, что должник лишается права требовать снижения неустойки в случае, если подлежащая уплате неустойка перечислена им самим, то есть должник должен совершить определенные действия, направленные на перечисление начисленной неустойки кредитору, в частности, направить платежные документы в банк.

Как следует из материалов дела, в связи с поступившим требованием об уплате пени за нарушение сроков выполнения работ, с целью предотвращения неблагоприятных финансовых последствий для АО «Южуралмост», вызванных увеличением размера комиссии в связи с раскрытием банковской гарантии по контракту, АО «Южуралмост» вынужденно уплатило в адрес ФКУ Упрдор «Южный Урал» сумму пени в размер 5 777 192 руб. 60 коп.

Позиция подрядчика подтверждается указанной выше перепиской сторон, пояснениями третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Таким образом, оценив представленные в дело доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о вынужденном согласии подрядчика на удержание санкции по государственному контракту №45 от 18.04.2017, с учетом возможности наступления более неблагоприятных последствий в случае списания неустойки с суммы банковской гарантии.

Поскольку исчисленная и удержанная в рамках государственного контракта №45 от 18.04.2017 сумма пени 5 777 192 руб. 60 коп., по расчету суда составила 1 174 141 руб. 23 коп., которая судом в порядке требований статьи 333 ГК РФ снижена до 700 0000 руб. 00 коп., то разница между данными суммами в размере 4 436 445 руб. 28 коп. является неосновательным обогащением по основаниям статьи 1102 ГК РФ, что соответствует правовой позиции Постановления Пленума ВС РФ N 7, приведенной в пункте 79, в связи с чем требования истца в указанной части являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. В остальной части, требования удовлетворению не подлежат.

Государственная пошлина при обращении с исковым заявлением в суд подлежит уплате в соответствии со ст. 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) с учетом ст. ст. 333.21, 333.22, 333.41 НК РФ.

Государственная пошлина, подлежащая уплате за рассмотрение настоящего дела, составляет 48 682 руб. 00 коп. с учетом п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах».

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в сумме 48 682 руб. 23 коп. по платежному поручению № 1620 от 15.01.2018.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

При указанных обстоятельствах, на основании изложенных норм права, с учетом результатов рассмотрения дела, расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика и взысканию с ответчика в пользу истца в размере 42 047 руб. 77 коп.

Руководствуясь ст. ст. 110, 156, 167-170, ч. 1 ст. 171, ст. 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ответчика – Федерального казенного учреждения «Управление Федеральных автомобильных дорог «Южный Урал» Федерального дорожного агентства», г. Челябинск, в пользу истца - акционерного общества «Южуралмост», г. Магнитогорск Челябинской области, денежные средства, в размере 4 436 445 руб. 28 коп. и в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 42 047 руб. 77 коп.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме), путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Судья Н.В. Шведко

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru