Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Гибадуллиной И.С. и осужденного ФИО1 (с дополнениями), на приговор Миасского городского суда Челябинской области от 5 апреля 2021 года, которым

ФИО1, родившийся <данные изъяты>, судимый:

1) 24 июля 2015 года Миасским городским судом Челябинской области по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы;

2) 27 апреля 2016 года мировым судьей судебного участка № 1 г. Миасса Челябинской области по ч. 1 ст.159.1 УК РФ (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Миасского городского суда Челябинской области от 29 июня 2016 года) с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор Миасского городского суда Челябинской области от 24 июля 2015 года) к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный 31 июля 2017 года на основании постановления Кыштымского городского суда Челябинской области от 18 июля 2017 года условно-досрочно на 1 год 3 месяца 6 дней;

3) 20 февраля 2018 года мировым судьей судебного участка № 7 г. Миасса Челябинской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Миасского городского суда Челябинской области от 6 апреля 2018 года), с применением ст. 70 УК РФ (приговор мирового судьи судебного участка № 1 г. Миасса Челябинской области от 27 апреля 2016 года) к 1 году 7 месяцам лишения свободы, освобожденный 19 сентября 2019 года по отбытии наказания;

4) 9 сентября 2020 года Миасским городским судом Челябинской области по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 314.1 УК РФ с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

осужден за совершение четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158 УК РФ, к 9 месяцам лишения свободы за каждое преступление, по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 4 года 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательно назначено 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, осужденный взят под стражу в зале суда. Постановлено зачесть в срок лишения свободы отбытое наказание по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 9 сентября 2020 года с 26 августа 2020 года по 4 апреля 2021 года, время содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 5 апреля 2021 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Андреева М.В., выступления осужденного ФИО1, принимавшего участие в судебном заседании апелляционной инстанции посредством видеоконференцсвязи, адвоката Курюмовой Ф.Ф., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Прохорова Е.В., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО1 осужден за тайное хищение имущества <данные изъяты> на общую сумму 2000 рублей, совершенное в период с 15 часов 10 мая 2020 года до 17 часов 24 мая 2020 года с незаконным проникновением в жилище, покушение на тайное хищение имущества <данные изъяты> на общую сумму 27000 рублей, совершенное 7 июня 2020 года с незаконным проникновением в иное хранилище, тайное хищение имущества <данные изъяты> на общую сумму 4500 рублей, совершенное 28 июня 2020 года, тайное хищение имущества <данные изъяты> на общую сумму 15993 рубля, совершенное 29 июня 2020 года, тайное хищение имущества <данные изъяты> на общую сумму 3275 рублей, совершенное 30 июня 2020 года, тайное хищение имущества <данные изъяты> на общую сумму 26242 рубля 50 копеек, совершенное 1 июля 2020 года, покушение на открытое хищение имущества <данные изъяты> на общую сумму 594 рубля 40 копеек, совершенное 6 июля 2020 года, открытое хищение имущества <данные изъяты> на общую сумму <***> рублей, совершенное в период с 23 часов 30 минут 15 июля 2020 года до 00 часов 40 минут 16 июля 2020 года.

Преступления совершены в г. Миассе Челябинской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе (с дополнениями) осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, чрезмерной суровостью наказания. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на то, что выводы суда о признании его виновным в хищении имущества <данные изъяты> с незаконным проникновением в жилище не соответствуют действительности. Приводя описание домовладения <данные изъяты> утверждает, что сени расположены в пристрое дома, являющимся самовольной постройкой, по мнению автора жалобы, не имеющего общего фундамента с домом и не предназначенного для постоянного или временного проживания. Указывает на то, что не совершал проникновение в сени, не заходил в данной помещение, не пересекая порога, путем свободного доступа взял триммер. Полагает, что совершение им преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, не подтверждено доказательствами. Считает, что судом не дана оценка действиям потерпевшей <данные изъяты> вывезшей с его двора доски на общую сумму 16000 рублей. Приводя собственное описание событий, указывает на то, что пришел к <данные изъяты> за досками и свободно зашел в незапертые сени, не имея умысла на хищение, в связи с чем, по мнению автора жалобы, квалифицирующий признак «незаконное проникновение в жилище» в его действиях отсутствует. Считает, что стоимость похищенного триммера завышена, его действия с учетом стоимости похищенного имущества по данному факту являются административным правонарушением. Одновременно приводит доводы о том, что у него отсутствовал умысел на хищение имущества <данные изъяты> а его действия вызваны тем, что <данные изъяты> неправомерно забрала его доски, в связи с чем его действия образуют состав самоуправства. Указывает на то, что <данные изъяты> испытывает к нему неприязнь, поэтому к ее показаниям следовало отнестись критически. Считает, что его показания должным образом не были оценены судом. По мнению автора жалобы, суд при назначении наказания учел в качестве отягчающего обстоятельство, относящееся к признакам состава преступления. Полагает, что суд формально указал обстоятельства, смягчающие наказание, не применив их при назначении наказания. Полагает, что суд не учел условия жизни его семьи, наличие престарелых родителей, нуждающихся в его помощи. Указывает на то, что суд в нарушение требований уголовно - процессуального закона не вызвал в судебное заседание потерпевших и свидетелей, лишив его возможности допросить их. Просит приговор отменить.

В апелляционной жалобе адвокат Гибадуллина И.С., действуя в интересах осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильного применения материального и процессуального права, чрезмерной суровости назначенного наказания. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на то, что суд не принял во внимание доводы стороны защиты, не оценил надлежащим образом исследованные доказательства, приняв, таким образом, обвинительный уклон. Полагает, что суду не представлено достаточных доказательств совершения ФИО1 хищения триммера у <данные изъяты> с незаконным проникновением в жилище. Считает, что вывод суда о том, что сени относятся к части жилого помещения, не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Утверждает, что сени являются пристроем к жилому дому, в сенях отсутствуют окна и отопление. Полагает, что, исходя из стоимости похищенного имущества, действия ФИО1 необходимо квалифицировать, как мелкое хищение, не образующее состав уголовного деяния. Полагает, что назначенное судом наказание является несправедливым в связи с чрезмерной суровостью. Обращает внимание на то, что по всем преступлениям кроме хищения у <данные изъяты> ФИО1 вину признал полностью, в содеянном раскаялся, активно способствовал раскрытию преступлений, оказывал помощь в розыске похищенного имущества, потерпевшие не настаивали на строгом наказании. Отмечает, что ФИО1 имеет постоянное место жительства в г. Миассе, занят трудом. Просит приговор отменить, оправдать ФИО1 по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, наказание снизить.

В возражении на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Сорокин Д.Ю. выражает несогласие с доводами апелляционной жалобы адвоката Гибадуллиной И.С., считает их несостоятельными и неподлежащими удовлетворению, а приговор - законным и обоснованным. Утверждает, что причастность ФИО1 к инкриминируемым преступлениям доказана. Просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката без удовлетворения.

В возражении на апелляционную жалобу (с дополнениями) осужденного потерпевшая <данные изъяты> выражает несогласие с доводами апелляционной жалобы осужденного ФИО1, утверждает, что ? часть дома ею приватизирована в январе 2010 года. Ссылаясь на технический паспорт дома, указывает, что триммер был похищен из помещения, указанного как «холодная пристройка». Отмечает, что у ФИО1 отсутствует право собственности на дом. Обращает внимание на то, что крышу обеих частей дома производила за свой счет. Указывает на то, что отец ФИО1 умер, а его мать ДД.ММ.ГГГГ года рождения престарелой не является. Просит приговор оставить без изменения.

Выслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб адвоката и осужденного (с дополнениями), возражения государственного обвинителя и потерпевшей <данные изъяты> изучив материалы уголовного дела и материалы, представленные потерпевшей <данные изъяты> вместе с возражением на апелляционную жалобу осужденного, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены состоявшегося приговора.

Судебное разбирательство в суде первой инстанции по уголовному делу проведено с соблюдением требований УПК РФ о состязательности, равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного его разрешения обстоятельств, подлежащих доказыванию при его производстве, в том числе, касающихся места, времени, способа совершения преступлений, формы вины, мотивов, целей и последствий. В процессе его рассмотрения сторонам были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав.

Фактические обстоятельства изложенных в описательно - мотивировочной части приговора действий, совершенных осужденным, установлены судом первой инстанции правильно и основаны на оценке совокупности доказательств, полученных в предусмотренном законом порядке, всесторонне и полно исследованных непосредственно в судебном заседании.

Приведенные авторами жалоб доводы о несоответствии содержащихся в приговоре выводов суда о юридической квалификации действий ФИО1 по факту хищения имущества <данные изъяты> фактическим обстоятельствам дела апелляционная инстанция находит необоснованными, не подтвержденными материалами уголовного дела.

В судебном заседании по обстоятельствам обвинения в хищении имущества <данные изъяты> осужденный ФИО1 вину признал частично, пояснив, что, находясь на территории двора <данные изъяты> в сенях увидел триммер, которых похитил. Не соглашается с квалифицирующим признаком «незаконное проникновение в жилище».

По обстоятельствам обвинения в совершении хищений имущества <данные изъяты> а также покушениях на хищение имущества <данные изъяты> и <данные изъяты> ФИО1 вину признал полностью, дав показания, подробно изложенные в приговоре.

По результатам состоявшегося разбирательства суд первой инстанции, несмотря на занятую осужденным позицию по отношению к предъявленному ему обвинению в хищении имущества <данные изъяты>, правильно пришел к выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемых деяниях, в обоснование чего привел доказательства, соответствующие требованиям УПК РФ по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для вынесения обвинительного приговора.

При обосновании вывода о виновности ФИО1 в хищении имущества <данные изъяты> суд первой инстанции в приговоре правомерно сослался на показания потерпевшей <данные изъяты> согласно которым она не разрешала заходить ФИО1 в ее огород и дом, долговых обязательств перед ним не имеет. У нее из сеней дома ФИО1 похитил электротриммер, что следует из видеозаписи с камер видеонаблюдения в магазине «<данные изъяты>», куда ФИО1 сдал ее инструмент; показания свидетеля <данные изъяты> пояснившего, что, работая в магазине «<данные изъяты>», он принял от ФИО1 электротриммер без документов на инструмент.

Кроме того при обосновании вывода о виновности ФИО1 в совершенном преступлении суд первой инстанции в приговоре правомерно сослался на показания осужденного ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования, согласно которым находясь во дворе у <данные изъяты> увидел в сенях, дверь которых не была заперта, электротриммер, решил его похитить, для чего прошел в сени и забрал инструмент, сдав его потом в магазин.

Объективно вина осужденного ФИО1 в совершении данного преступления также подтверждается: заявлением <данные изъяты> о преступлении (т. 1 л.д. 94), протоколом осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 98-100), рапортом сотрудника полиции (т. 1 л.д. 93) о поступившем сообщении <данные изъяты> о хищении ее триммера, протоколом выемки из магазина «<данные изъяты>» (т. 1 л.д. 103-104) записи с камер видеонаблюдения и протоколом осмотра данной видеозаписи (т. 1 л.д. 105-106), копиями документов на похищенный у <данные изъяты> триммер (т. 1 л.д. 115-116).

В обоснование выводов о виновности ФИО1 в покушении на хищение имущества <данные изъяты> суд первой инстанции в приговоре сослался на признательные показания осужденного ФИО1, показания представителя потерпевшего <данные изъяты>, согласно которым ему сообщили о задержании ФИО1, пытавшегося похитить из склада пожарной части принадлежащие <данные изъяты> лафетный ствол стоимостью 27000 рублей и лестницу, не представляющую материальной ценности; показания свидетелей <данные изъяты> об обстоятельствах обнаружения ФИО1 на складе и задержании последнего; справку о стоимости похищенного имущества (т. 1 л.д. 164); рапорт сотрудника полиции (т. 1 л.д. 158) о сообщении диспетчера пожарной части о попытке хищения имущества; протокол осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 165-168), протокол осмотра предметов (т. 1 л.д. 169-170).

В обоснование выводов о виновности ФИО1 в хищении имущества <данные изъяты> суд первой инстанции в приговоре сослался на признательные показания осужденного ФИО1, показания потерпевшего <данные изъяты>, согласно которым 28 июня 2020 года с рабочего места в магазине «<данные изъяты>» был похищен его телефон стоимостью <***> рублей в чехле стоимостью 500 рублей; свидетеля <данные изъяты> согласно которым 28 июня 2020 года ФИО1 заходил в магазин «<данные изъяты>», выйдя оттуда, сказал, что похитил телефон; заявление о преступлении (т. 2 л.д. 2); протокол осмотра места происшествия (т. 2 л.д. 4-6); рапорт сотрудника полиции (т. 2 л.д. 1) о сообщении <данные изъяты> о хищении телефона в магазине «<данные изъяты>».

В обоснование выводов о виновности ФИО1 в хищениях имущества <данные изъяты> от 29 июня 2020 года, 30 июня 2020 года, 1 июля 2020 года суд первой инстанции в приговоре сослался на признательные показания самого осужденного, показания представителя потерпевшего <данные изъяты> согласно которым при просмотре записей с камер видеонаблюдения в магазине «<данные изъяты>» обнаружено, как ФИО1 29 июня 2020 года взял со стеллажа планшетный компьютер «Хуавэй» стоимостью 15993 рубля и под одеждой вынес из магазина без оплаты, 30 июня 2020 года ФИО1 таким же способом похитил со стеллажа планшетный компьютер «Дексп» стоимостью 3275 рублей; представителя потерпевшего <данные изъяты> и свидетеля <данные изъяты>, согласно которым при просмотре записи с камер видеонаблюдения в магазине «ДНС» обнаружено, как ФИО1 1 июля 2020 года взял со стеллажа планшетный компьютер «Самсунг» стоимостью 26242 рубля 50 копеек и под одеждой вынес из магазина без оплаты; заявления представителей потерпевшего <данные изъяты> о преступлении (т. 2 л.д. 40, 52, 105), справки об ущербе (т. 2 л.д. 41-48, 53-59, 106-113); рапорты сотрудников полиции (т. 2 л.д. 39, 50, 104) о поступивших сообщениях работников магазина «ДНС» о хищениях товаров; протоколы осмотра места происшествия (т. 2 л.д. 60-61, 115-119), протоколы осмотра предметов - записей с камер видеонаблюдения, коробок от гаджетов (т. 2 л.д. 63, 126-127); протокол личного досмотра <данные изъяты> (т. 2 л.д. 120), согласно которому у <данные изъяты> изъят планшетный компьютер «Самсунг», протоколом осмотра предметов (т. 2 л.д. 121-122).

В обоснование выводов о виновности ФИО1 в покушении на хищение имущества <данные изъяты> суд первой инстанции в приговоре сослался на признательные показания осужденного ФИО1, показания представителя потерпевшего <данные изъяты> о сообщении о попытке хищения <данные изъяты> в магазине «<данные изъяты>» двух бутылок водки общей стоимостью 594 рубля 40 копеек; свидетелей <данные изъяты> об обстоятельствах задержания ФИО1, не оплатившего товар и пытавшегося скрыться; заявление о преступлении (т. 2 л.д. 157); протокол осмотра места происшествия (т. 2 л.д. 162-163); справку об ущербе (т. 2 л.д. 160-161); протоколы осмотра предметов, изъятых при осмотре места происшествия (т. 2 л.д. 164-165, 168-169).

В обоснование выводов о виновности ФИО1 в хищении имущества <данные изъяты> суд первой инстанции в приговоре сослался на признательные показания самого осужденного, показания потерпевшей <данные изъяты> согласно которым мужчина выхватил из её рук телефон стоимостью <***> рублей и убежал; свидетеля <данные изъяты> согласно которым он видел, как мужчина выхватил у <данные изъяты> из рук телефон и убежал, хотя она кричала ему остановиться; свидетеля <данные изъяты> согласно которым при распитии алкогольных напитков ФИО1 около полуночи отлучался, утром попросил сдать в магазин «<данные изъяты>» телефон, в дальнейшем сообщил, что забрал телефон у девушки; свидетеля <данные изъяты> согласно которым <данные изъяты> сдал в магазин «Дайтехник» телефон.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно сослался на письменные доказательства, исследованные в ходе судебного заседания: заявление <данные изъяты> о преступлении (т. 4 л.д. 2), протокол осмотра места происшествия (т. 4 л.д. 4-6); протокол выемки из магазина «<данные изъяты>» записи с камер видеонаблюдения от 16 июля 2020 года (т. 4 л.д. 10-11), протокол осмотра изъятой записи с камер видеонаблюдения (т. 4 л.д. 12-13); копии документов на телефон (т. 4 л.д. 25-26).

Содержание перечисленных и иных доказательств и их анализ подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора.

Допустимость и достоверность приведенных в приговоре доказательств, которые суд положил в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, поскольку получены они с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и согласуются между собой.

Вопреки доводам стороны защиты о ненадлежащей оценке исследованных доказательств, все показания осужденного, потерпевших, свидетелей были подвергнуты судом первой инстанции тщательному анализу путем сопоставления между собой и с письменными доказательствами по делу, им дана надлежащая оценка в совокупности с иными доказательствами, которая полностью разделяется судом апелляционной инстанции.

Положенные в основу приговора показания потерпевших, в том числе <данные изъяты> и свидетелей обвинения получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, последовательны и в деталях подтверждаются другими исследованными доказательствами. Существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности осужденного, на правильность применения уголовного закона, судом апелляционной инстанции не установлено.

Нельзя признать состоятельными доводы осужденного ФИО1 о нарушении судом первой инстанции уголовно-процессуального закона путем оглашения показаний не явившихся потерпевших и свидетелей. Как видно из протокола судебного заседания все ранее данные в ходе предварительного расследования показания потерпевших и свидетелей, не явившихся в судебное заседания оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, в том числе осужденного ФИО1 и его защитника. Возражения стороны защиты против оглашения указанных показаний отсутствовали.

Вопреки доводам стороны защиты, какие-либо сведения о заинтересованности потерпевшей <данные изъяты> и основания для оговора ею ФИО1 не имеется.

Показания ФИО1, в целом не оспаривающего показания потерпевших и свидетелей, не противоречат исследованным судом первой инстанции доказательствам и обоснованно положены в основу приговора.

Оценка исследованных в судебном заседании протоколов следственных действий, других доказательств надлежащим образом аргументирована, разделяется судом апелляционной инстанции.

В материалах уголовного дела не содержится и судом первой инстанции не добыто данных об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств обвинения либо их фальсификации.

С учетом всей совокупности приведенных в приговоре доказательств суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об их достаточности для полного установления фактических обстоятельств настоящего уголовного дела, причастности осужденного к инкриминируемым деяниям и его виновности в совершенных преступлениях.

В приговоре содержится подробный анализ исследованных в судебном заседании доказательств, каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 и квалификации его действий, между перечисленными доказательствами не установлено.

Юридическая оценка действий ФИО1 судом первой инстанции сделана правильно, действия ФИО1 верно квалифицированы

- по факту хищения имущества <данные изъяты> по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в жилище;

- по факту покушения на хищение имущества <данные изъяты> по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как покушение на кражу, то есть на тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в иное хранилище;

- по фактам хищения имущества <данные изъяты> а также хищения имущества <данные изъяты> от 29 июня 2020 года, 30 июня 2020 года, 1 июля 2020 года по ч. 1 ст. 158 УК РФ по каждому преступлению, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества;

- по факту покушения на хищение имущества <данные изъяты> по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 УК РФ, как покушение на грабеж, то есть на открытое хищение чужого имущества;

- по факту хищения имущества <данные изъяты> по ч. 1 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества.

Выводы суда первой инстанции о квалификации содеянного ФИО1 убедительно и подробно мотивированы в приговоре, не носят характер предположений, не содержат противоречий, конкретны, в том числе и о фактических обстоятельствах дела. Оснований для переоценки данных выводов апелляционная инстанция не находит.

Доводы авторов жалоб о неправильной квалификации действий осужденного пор факту хищения имущества <данные изъяты>, об отсутствии квалифицирующего признака кражи «с незаконным проникновением в жилище» проверялись судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты.

Так, в соответствии с примечанием 3 к ст. 139 УК РФ под жилищем во всех статьях УК РФ понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

Исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции правильно установил, что сени, из которых произошло хищение имущества потерпевшей, представляют собой нежилое помещение в индивидуальном жилом доме, расположенное за входным крыльцом, оборудованное входной дверью и является частью жилого дома. Отсутствие запора на двери в момент хищения не влияет на выводы суда о признании данного помещения жилищем.

Исходя из того, что потерпевшая не давала согласия ФИО1 на проникновение, суд первой инстанции правильно усмотрел в действиях осужденного наличие квалифицирующего признака кражи «с незаконным проникновением в жилище».

Оснований полагать, что осужденный находился в сенях дома потерпевшей правомерно с целью решить вопрос о досках, не имея преступного намерения, на что указывает осужденный в жалобе, у апелляционной инстанции не имеется. Без всякого сомнения, умысел у осужденного на совершение преступления возник в момент, предшествующий его проникновению в сени дома потерпевшей, поскольку, как видно из показаний самого ФИО1, последний, будучи во дворе дома <данные изъяты> увидел в сенях электротриммер, который сразу же похитил и распорядился им по своему усмотрению.

Нельзя признать обоснованными доводы жалобы осужденного о совершении им самоуправства. Исходя из показаний самого ФИО1 и потерпевшей <данные изъяты> последняя каких либо долговых и иных обязательств гражданско-правового характера перед ФИО1 не имела, претензий ФИО1 к <данные изъяты> в том числе по поводу досок с перекрытия крыши, на что указывает в своей жалобе осужденный, не предъявлял.

Таким образом, оснований для иной квалификации действий осужденного, как об этом ставится вопрос в жалобах, не имеется.

С доводами стороны защиты о том, что стоимость похищенного электротриммера достоверно не установлена и завышена, нельзя согласиться, поскольку данный факт подтвержден показаниями потерпевшей, признанными судом достоверными, относительными и допустимыми.

Нельзя признать состоятельными доводы стороны защиты об обвинительном уклоне суда первой инстанции при рассмотрении настоящего уголовного дела. Как видно из материалов уголовного дела, протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Судом исследованы все представленные сторонами доказательства и разрешены по существу заявленные ходатайства в точном соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ, при этом нарушений норм уголовного и уголовно - процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было. Из протокола судебного заседания видно, что необоснованных отказов судом в удовлетворении ходатайств стороны защиты не имеется. Материалы уголовного дела не содержат сведений о наличии какой-либо заинтересованности со стороны суда при рассмотрении настоящего уголовного дела. Право осужденного на защиту не нарушалось. Судебное следствие проведено всесторонне, полно и объективно, с исследованием всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

При назначении наказания ФИО1 суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности содеянного им, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, и пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы без назначения дополнительного наказания.

Предусмотренные ч. 3 ст. 66 УК РФ пределы наказания при определении срока лишения свободы за совершение неоконченных преступлений соблюдены.

Все существенные для определения меры наказания обстоятельства исследованы и учтены при вынесении приговора. Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с данным выводом, считает, что цели наказания будут достигнуты лишь в условиях изоляции осужденного от общества.

Судом первой инстанции в полном объеме учтены сведения о личности осужденного и все смягчающие наказание обстоятельства в отношении каждого преступления, в том числе и те, на которые обращают авторы жалоб. Обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом первой инстанции, не установлено.

Доводы стороны защиты о том, что смягчающие наказание обстоятельства учтены судом не в полной мере, следует расценивать как субъективное суждение автора жалобы, которое не ставит под сомнение в этой части обоснованность выводов суда по вопросам назначения наказания.

Суд первой инстанции обоснованно признал отягчающим наказание ФИО1 обстоятельством рецидив преступлений, верно определив его вид как опасный, и назначил наказание в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Обоснованным является и вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения по делу положений ст.ст. 62, 64, 73, ч. 3 ст. 68, ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вид исправительного учреждения ФИО1 назначен в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ правильно.

Размер наказания, определенный как за каждое совершенное преступление, так и по их совокупности в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 69 УК РФ, соответствует обстоятельствам содеянного и личности виновного, снований для его смягчения не имеется.

Исковые требования потерпевших <данные изъяты> о возмещении материального ущерба рассмотрены в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ.

Вместе с тем, при изучении материалов дела установлено, что судом первой инстанции нарушены требования Общей части Уголовного кодекса РФ, регламентирующие назначение уголовного наказания, что является основаниями к изменению приговора в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 389.15, п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ.

Как следует из приговора, суд пришел к правильному выводу о назначении наказания ФИО1 с применением положений ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Вместе с тем, как следует из резолютивной части приговора, применяя принцип частичного сложения наказаний, суд при назначении наказания с применением указанных положений уголовного закона, указал на частичное сложение наказания, назначенного на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ за преступления по настоящему уголовному делу, с наказанием по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 9 сентября 2020 года. Таким образом, изложенный судом первой инстанции порядок сложения указанных наказаний свидетельствует о частичном сложении наказания, назначенного на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по настоящему уголовному делу, и полном сложении наказания по приговору от 9 сентября 2020 года.

Поскольку примененный судом первой инстанции порядок назначения наказания не соответствует положениям ч. 5 ст. 69 УК РФ, и полное сложение одного из наказаний повлекло назначение окончательного наказания в завышенном размере, приговор в данной части подлежит изменению - окончательное наказание осужденному следует назначить путем частичного сложения наказаний, назначенных ФИО1 по настоящему приговору на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ и по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 9 сентября 2020 года.

В связи с изложенным в приговор следует внести соответствующие изменения.

Каких-либо иных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих изменение приговора либо его отмену, не усматривается. Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб адвоката Гибадуллиной И.С. и осужденного ФИО1 (с дополнениями) не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л :

приговор Миасского городского суда Челябинской области от 5 апреля 2021 года в отношении ФИО1 изменить:

- на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, назначенных ФИО1 по настоящему приговору на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ и по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 9 сентября 2020 года, окончательно назначить четыре года одиннадцать месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Гибадуллиной И.С. и осужденного ФИО1 (с дополнениями), – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным - в тот же срок со дня вручения ему копии данного судебного решения.

В рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции вправе принимать участие осужденный, а также иные лица, указанные в ч. 1 ст. 401.2 УПК РФ, при условии заявления ими ходатайства об этом.

Председательствующий

Судьи