делу лингвистическую экспертизу. Между тем судом этого сделано не было. Ответчиком заявлялось ходатайство о назначении по делу лингвистической экспертизы, однако в его удовлетворении было отказано, что повлекло за собой вынесение незаконного судебного акта <1>. -------------------------------- <1> Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 июля 2014 г. N 60-КГ14-4. 6. При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительныйхарактер . Изучение материалов судебной практики показало, что наиболее сложным для судов было разграничение утверждений о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочных суждений, выражающих субъективное мнение и взгляды автора. Неправильная правовая оценка указанных высказываний, которая приводит к судебным ошибкам, влияет на обеспечение судом баланса между необходимостью восстановления доброго имени истца во мнении третьих лиц
Федерации способа защиты, избранного истцом, в частности компенсацию морального вреда без заявления требования об опровержении не соответствующих действительности сведений. Иное - без констатации судом факта того, что сведения, изложенные в обращении в государственные органы, не соответствуют действительности - означало бы отсутствие правового основания для удовлетворения требования истца о последствиях нарушения его личных неимущественных прав. При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлен факт того, что во всех 23 обращениях ответчика ФИО2, направленных в органы прокуратуры и полиции, не содержится просьба проверить указанную заявителем информацию, а содержатся сведения, имеющие оскорбительный и дискредитирующий для Слободчиковой И.А. характер . При таких обстоятельствах, а также учитывая, что ФИО1 основывала свои исковые требования в том числе на факте несоответствия распространенных в отношении ее сведений действительности, суду апелляционной инстанции следовало установить не только то, что изложение этих сведений носило порочащий ФИО1 характер, но и их соответствие либо несоответствие действительности, поскольку установление именно этой совокупности обстоятельств может
только они не носят оскорбительный характер. По результатам рассмотрения доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что при вынесении обжалуемых судебных актов судами не были учтены вышеизложенные разъяснения и правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации, а также были допущены нарушения норм процессуального права в части оценки и исследования представленных в материалы дела доказательств. Так, из материалов дела усматривается, что в обоснование заявленных исковых требований истцами в материалы дела представлено психолого-лингвистическое заключение от 20.07.2021 № 302, содержащее, в том числе следующие выводы: - негативные сведения обнаружены в 17 высказываниях ответчика, размещенных в сети «Интернет»; - указанные сведения во всех 17 фразах выражены в форме утверждение, иные формы выражения не выявлены; - указанные сведения под номерами 1, 2, 6, 8, 9, 10, 11, 13, 14, 15 и 16 (согласно списку высказываний, приведенных в заключении) носят оскорбительныйхарактер ; - публикации ответчика направлены на формирование негативных
рассматриваемого судом. В рамках дела № А69-2179/2021 рассматривается требование о взыскании неосновательного обогащения в виде денежных средств (неотработанного аванса), оплаченных в счет подлежащих выполнению работ в рамках заключенного договора подряда. Таким образом, между указанными сторонами имеется гражданско-правовой спор, относящийся к исполнению договорных обязательств между сторонами, в рамках которых судом подлежит исследованию размер встречных имущественных предоставлений. Однако исследование судом обстоятельств неэквивалентности в обязательственных правоотношениях не исключает возможности рассмотрения настоящего спора, предполагающую оценку размещенным ответчиком сведениям, как порочащих деловую репутацию истца и носящих оскорбительныйхарактер , исходя из контекста допущенных высказываний. В этой связи суд апелляционной инстанции не находит оснований для приостановления производства по делу. Исходя из специфики настоящего спора и обстоятельств, подлежащих исследованию при рассмотрении дела, сам по себе факт оспаривания постановления об отказе в возбуждении уголовного дела также не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб по существу. Кроме того, рассмотрение апелляционных жалоб по настоящему делу неоднократно откладывалось, поэтому дальнейшее
что ФИО2 неоднократно допускала в его адрес различного рода высказывания, не соответствовавшие действительности: что он является трудоустроенным, в опровержение чего представил копию своей трудовой книжки и удостоверение «Ветерана труда»; что он состоит в близких отношениях с ФИО4, в опровержение чего представил копию жалобы ФИО3 в адрес Президента РОО СОО, и что в ходе рассмотрения гражданского дела №2-506/2019 по иску ФИО4 к АО «Суворовский рынок» о возмещении ущерба, причиненного залитием квартиры, взыскании судебных расходов, им предложена экспертная организация ООО «Спектр-Гранд». Полагает, что все действия ФИО2 в отношении него являются противоправными и незаконными, носящими оскорбительный и клеветнический характер , существенно порочащими его честь и достоинство, авторитет и деловую репутацию. В опровержение доводов встречного иска указал, что в его основу положены сведения, которые являются ложными, не подтвержденными надлежащим образом документально. Относительно фразы «Моя позиция по заявленному иску следующая: иск – полный бред умственно-неполноценного человека», пояснил, что обращался на кафедру русского языка и
защите в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации. То обстоятельство, что оценочное суждение интерпретировано истцом как оскорбительное, само по себе не свидетельствует о распространении его автором порочащих сведений в смысле статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации. В пункте 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г., указано, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если только они не носят оскорбительныйхарактер . В соответствии с абзацем 12 пункта 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 февраля 2017 г., информация, указывающая на противоправный характер поведения субъекта, носит оскорбительный характер, следовательно, даже при условии
порочащий характер этих сведений. Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Из пункта 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г., следует, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса, если только они не носят оскорбительныйхарактер . Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 1 марта 2010 г. № 323-О-О, реальная защита прав и законных интересов лица, чьи честь, достоинство и доброе имя потерпели ущерб в результате распространения не соответствующей действительности негативной информации, в любом случае должна быть обеспечена. Действующее законодательство,
