Буквальное понимание закона - гражданское законодательство и судебные прецеденты

что статья 25 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» по ее буквальному пониманию содержит указание на изъятие из незаконного оборота автомобильного транспорта, используемого для перевозки этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, находящихся в незаконном обороте, сами по себе соответствующие транспортные средства не могут рассматриваться как изъятые из оборота только в силу того, что в них хранилась или перевозилась продукция, которая была произведена и находилась в обороте с нарушением установленных требований. Соответственно, такие транспортные средства не могут расцениваться как не подлежащие возвращению собственнику на данном основании в силу пункта 2 части 3 статьи 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл статьи 25 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» является общеобязательным, что исключает любое иное ее

«Орел Натурпродукт» на момент подачи встречного искового заявления отсутствовало нарушенное право, подлежащее судебной защите, соответственно, у ООО «Орел Натурпродукт» отсутствовало право на иск, поскольку ни имущественные, ни иные права и интересы последнего не были нарушены. В описательно-мотивировочной части встречного искового заявления Истец указывает, что считает заключенные между ним и ответчиком по встречному иску сделки купли-продажи, оформленные договорами № 1, 2 и 3 от 05.12.2013г. являются ничтожными сделками, ссылаясь на установившуюся судебную практику и буквальное понимание закона , указывает на то, что признавать ничтожную сделку недействительной не нужно, так как последняя действительна в силу закона с момента ее совершения (в отличие от оспоримой), а, следовательно, можно ставить вопрос только о применении последствий недействительности данных ничтожных сделок. Между тем, в соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 167 ГК Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее

отношений по управлению и распоряжению объектами муниципальной или государственной собственности, от лица, приобретающего в порядке приватизации, в частности, на конкурсе, соответствующее имущество, уплаты в составе его выкупной цены сумм налога на добавленную стоимость неправомерно. Позиция Ответчика основывается, на том, что п. 2 ст. 146 НК РФ содержит указание на то, что объектом налогообложения не является имущество муниципальных предприятий. Гражданским кодексом дано следующее определение понятия предприятие — имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности. Буквальное понимание закона позволяет рассматривать имущественный комплекс (здание и земля), используемые в предпринимательской деятельности, как предприятие. Так, статья 132 ГК РФ определяет предприятие, как объект права, признается имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности. Предприятие в целом как имущественный комплекс признается недвижимостью. Пробелы в налоговом законодательстве, не позволяющие однозначно определить обязанность по уплате налога, должны толковаться в пользу налогоплательщика. Таким образом, неточная формулировка действующей на момент заключения сделки редакции Налогового кодекса не может, является основанием для

третьего лица о том, что юридическая сила соглашения о расторжении договора участия в долевом строительстве была определена в решении Арбитражного суда Омской области от 13.02.2017 по делу № А46-16511/2016, судом отклоняются. В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. В силу буквального понимания закона преюдиция распространяется только на фактические обстоятельства по делу и не имеет отношения к оценке доказательств, представленных сторонами при рассмотрении другого дела. В силу чего, обстоятельства дела № А46-16511/2016 не являются преюдициальными, поскольку, хотя и рассматривались отношения из соглашения от 27.05.2016 о расторжении договора участия в долевом строительстве от 18.12.2015 № 208, однако доказательствами в рамках настоящего дела явились иные документы, которые не были предметом судебной оценки при разрешении того спора. Таким образом, суд

результате наступления для общества последствий на которые оно ссылается в обоснование заявленных требований. Расчет суммы подлежащих взысканию убытков проверен судом и признан обоснованным, так как из положений Закона №44-ФЗ следует, что преимущества организациям инвалидов составляют до 15% в отношении предлагаемой организацией инвалидов цены контракта, следовательно, сумма контракта с учетом преимущества в соответствии со статьей 29 Закона №44-ФЗ составила бы 4 504 456 руб. 98 коп. Правовых оснований для снижения данного размера с учетом буквального понимания Закона №44-ФЗ и условий проведенного аукциона судебной коллегией не установлено. С учетом изложенного, вопреки доводам заявителя, суд апелляционной инстанции считает правомерным вывод суда области об удовлетворении заявленных требований, соответствующим требованиям закона и фактическим обстоятельствам дела, установленным судом в результате оценки имеющихся в деле доказательств с соблюдением требований статей 69, 68, 71 АПК РФ. Возражения ответчика, сводящиеся фактически к иному толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не могут служить основанием для отмены обжалуемого

объеме. Преюдициальное значение судебного акта следует воспринимать с учетом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела: предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и исследованными и оцененными судом. При этом одна лишь оценка конкретного доказательства (в той или иной части) не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции. В силу буквального понимания закона преюдиция распространяется только на фактические обстоятельства по делу и не имеет отношения к оценке доказательств, представленных сторонами при рассмотрении другого дела. Данная норма не исключает различной правовой оценки фактических обстоятельств, которая зависит от характера конкретного спора и объема представленных доказательств. Судебная коллегия отмечает, что рассмотренные обстоятельства в рамках дела № А46-2790/2015, а также настоящий спор имеют различный предмет иска, а также значительно отличается объем и виды доказательств. Как верно отмечено судом, результаты кадастрового

благополучии населения. В зонах санитарной охраны источников питьевого водоснабжения осуществление деятельности запрещаются или ограничиваются в случаях и в порядке, которые установлены санитарными правилами и нормами в соответствии с законодательством о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения.» Родник «...» используется в целях питьевого водоснабжения и розлива питьевой воды и соответственно требования ст. 6 Водного Кодекса РФ должны выполняться с учетом требований ст. ст.42, 43 Водного Кодекса РФ, т. е. с учетом требований санитарного законодательства. Исходя из вышеуказанного буквальное понимание Закона с учетом положения Водного Кодекса РФ ( ст.ст 42 и 43 ) прямо указывает, что ООО «Масим» не имеет нарушений в этой области и соблюдает установленные нормы. Представитель ООО «Масим» ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы жалобы в полном объеме и просил суд их удовлетворить. Выслушав участвующих лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. На основании части 3 статьи 30.6 Кодекса РФ об административных правонарушениях судья, вышестоящее должностное лицо не связаны

части наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания в виде принудительных работ. Цитирует положения ст. 80 УК РФ и правовые позиции, высказанные в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ. Считает, что у суда первой инстанции не имелось законных оснований к отказу в замене лишения свободы более мягким видом наказания. Вывод суда о том, что наличие поощрений и отбытие осужденным установленного законом срока не являются исключительными обстоятельствами, позволяющими положительно разрешить ходатайство осужденного, противоречит буквальному пониманию закона . Сведения о наличии у осужденного взысканий за весь период отбывания наказания указаны в совокупности, а каждое взыскание не было рассмотрено индивидуально. В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Холмского района Бойцов Г.В. просит постановление суда оставить без изменения. Проверив представленные материалы, законность и обоснованность постановления, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения оспоренного постановления. Согласно ч. 1 и ч. 2 ст.

жалобы о нарушении ст. 29.8 КоАП РФ в части ведения протокола о рассмотрении дела об административном правонарушении. Как следует из представленного подлинника дела об административном правонарушении № 57/2019, в нем протокол о рассмотрении дела об административном правонарушении коллегиальным органом отсутствует. По запросу суда представлен подлинник протокола заседания административной комиссии Вихоревского муниципального образования № 11, датированный 08.05.2019, который содержит сведения о рассмотрении в этот день трех дел об административных правонарушениях. Однако, как следует из буквального понимания закона (части 1-2 статьи 29.8 КоАП РФ), протокол о рассмотрении дела об административном правонарушении составляется при рассмотрении коллегиальным органом каждого дела отдельно. В представленном суду протоколе № 11 не указано: событие рассматриваемого административного правонарушения; документы, исследованные при рассмотрении дела, в том числе документ, на основании которого комиссия установила обстоятельство, отягчающее административную ответственность – постановление № 496 от 03.10.2018 не приобщено в материалы дела, оно не исследовалось на заседании комиссии. Учитывая, что факт повторности совершения