публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам. Оценив по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, суд первой инстанции правомерно применил предоставленные ему действующим законодательством дискретные полномочия по снижению размера подлежащей взысканию налоговой санкции и обоснованно, учитывая наличие смягчающих ответственность налогоплательщика обстоятельств (в том числе, незначительность просрочки перечисления налога, сложное финансовое положение предприятия), сопоставив соразмерность исчисленного штрафа с тяжестью совершенного правонарушения, уменьшил размер штрафа в два раза. Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой инстанции, отклонил довод инспекции о неоднократности совершенного правонарушения в течение проверяемого периода, как не опровергающий вывод суда первой инстанции о наличии оснований для снижения размера санкции,
степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам. Учитывая изложенное выше, и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доводы подателя апелляционной жалобы и все представленные участвующими в деле лицами доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае суд первой инстанции правомерно применил предоставленные ему действующим законодательством дискретные полномочия по снижению размера назначенных налоговым органом санкций и обоснованно, учитывая наличие смягчающих ответственность налогоплательщика обстоятельств (в том числе, финансовое состояние заявителя, а также то, что заинтересованным лицом не представлено доказательств того, что действия заявителя повлекли какие-либо негативные последствия либо причинили ущерб интересам третьих лиц) уменьшил размер штрафа по статье 123 НК РФ. Ссылка налогового органа на систематическое нарушение обществом обязанности по уплате НДФЛ, удержанного с дохода работников, отклоняется судом апелляционной инстанции, как не опровергающая
степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам. Учитывая изложенное выше, и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доводы подателя апелляционной жалобы и все представленные участвующими в деле лицами доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае суд первой инстанции правомерно применил предоставленные ему действующим законодательством дискретные полномочия по снижению размера назначенных налоговым органом санкций и обоснованно, учитывая наличие смягчающих ответственность налогоплательщика обстоятельств (в том числе, незначительность просрочки перечисления налога, сложное финансовое положение Общества, сопоставив соразмерность исчисленного штрафа с тяжестью совершенного правонарушения, совершении налогового правонарушения впервые, уменьшил размер штрафа по статье 123 НК РФ в два раза. Ссылка налогового органа на неоднократность совершенного правонарушения в течение проверяемого периода, отклоняется судом апелляционной инстанции, как не опровергающая выводов суда первой инстанции о наличии оснований
степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам. Учитывая изложенное выше, и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доводы подателя апелляционной жалобы и все представленные участвующими в деле лицами доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае суд первой инстанции правомерно применил предоставленные ему действующим законодательством дискретные полномочия по снижению размера назначенных налоговым органом санкций и обоснованно, учитывая наличие смягчающих ответственность налогоплательщика обстоятельств (в том числе, незначительность просрочки уплаты налога, сложное финансовое положение Общества, сопоставив соразмерность исчисленного штрафа с тяжестью совершенного правонарушения, уплату налога, а также отсутствие в материалах дела доказательств повторности совершения ООО ПП «Полевской ДОЗ» аналогичного правонарушения), уменьшил размер штрафа по статье 123 НК РФ до 48 556,69 руб. В целом, доводы апелляционной жалобы основаны на неправильном толковании норм права,
во внимание, что наличие оснований для признания сделки недействительной по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не может быть сведено к арифметическому определению отклонения цены договора от предполагаемой средней цены рынка (в два и более раза), а должно учитывать все обстоятельства спора, которые могут свидетельствовать о заключении сделки на условиях, когда низкая цена продажи обусловлена не обычными условиями торга, а намерением продать имущество по существенно заниженной цене в ущерб кредиторам. Реализуя свои дискретные полномочия по оценке доказательств, проведя несколько экспертиз, суды пришли к законному и обоснованному выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной. Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены/изменения судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не выявлено, обжалуемые определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.05.2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2021 по настоящему делу являются законными и обоснованными и отмене по
несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (п. 1 ст. 333 ГК РФ). Установленное право суда на уменьшение неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод). Применяя статью 333 ГК РФ суд, хотя и осуществляет свои дискретные полномочия , однако связан с конкретными обстоятельствами дела, наличие которых определяет конечный размер назначаемой судом должнику неустойки как меры гражданско-правовой ответственности, соразмерной допущенному должником нарушению. При этом следует исходить из того, что неустойка носит для кредитора компенсационный характер, выступает как акцессорное обязательство по отношению к основному, следовательно, не может приобретать для кредитора самостоятельного значения. Положения статьи 333 ГК РФ предусматривают право суда уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Установленное право
гражданин Шалинского городского округа». Протокол содержит описание трудовой деятельности Ф., имеющихся у него наград и поощрений, данных, характеризующих личность Ф., перечислены требования к кандидатам, которым Ф. не соответствует, отражено мнение каждого члена по рассматриваемому вопросу, количество голосов за и против, и окончательное решение о том, что Ф. не достоин присвоения указанного Почетного звания «Почетный гражданин Шалинского городского округа». Действиями/бездействием Ь. права и законные интересы Ф. не нарушены, так как при принятии оспариваемого решение реализованы дискретные полномочия комиссии, исходя из совокупности субъективных мнений ее членов. При опросе им членов комиссии, которых он так же представляет по доверенности, ими мнение, отраженное в оспариваемом протоколе, подтверждено. Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, судом установлено следующее. Частью 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации закреплено, что решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Возможность оспаривания действий (бездействия) должностных лиц
оспариваемой части решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции отмечает, что установленное право суда на уменьшение неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод). Применяя статью 333 ГК РФ суд, хотя и осуществляет свои дискретные полномочия , однако связан с конкретными обстоятельствами дела, наличие которых определяет конечный размер назначаемой судом должнику неустойки как меры гражданско-правовой ответственности, соразмерной допущенному должником нарушению. При этом следует исходить из того, что всякая неустойка, включая носит для кредитора компенсационный характер, выступает как акцессорное обязательство по отношению к основному, следовательно, не может приобретать для кредитора самостоятельного значения. Применительно к установленным судом первой инстанции обстоятельствам данного дела, оснований для вмешательства суда апелляционной инстанции в дискретные полномочия суда
инстанции, судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда отмечает, что установленное право суда на уменьшение неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод). Применяя статью 333 ГК РФ суд, хотя и осуществляет свои дискретные полномочия , однако связан с конкретными обстоятельствами дела, наличие которых определяет конечный размер назначаемой судом должнику неустойки как меры гражданско-правовой ответственности, соразмерной допущенному должником нарушению. При этом следует исходить из того, что всякая неустойка, включая носит для кредитора компенсационный характер, выступает как акцессорное обязательство по отношению к основному, следовательно, не может приобретать для кредитора самостоятельного значения. Применительно к установленным судом первой инстанции обстоятельствам данного дела, оснований для вмешательства суда апелляционной инстанции в дискретные полномочия суда
