в удовлетворении ряда ходатайств стороны защиты, в частности, о назначении и проведении судебной «компьютерно- технической экспертизы» для исследования сотового телефона, изъятого у ФИО1 при его задержании, о допросе в судебном заседании в качестве специалиста - химика К. а также о назначении комплексных «химическо-фармакологическо-наркологических» судебных экспертиз для определения свойств веществ и предметов, изъятых при проведении личного досмотра ФИО1 и досмотра его транспортного средства. В итоге защитник просит вынесенные в отношении ФИО1 приговор и апелляционное определение отменить, а уголовное дело в этой части прекратить. Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы адвоката Тарало А.В. Согласно ч.1 ст. 40115 УПК РФ, в ее взаимосвязи со ст.4011 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела, в частности на выводы о виновности подсудимого, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания. Таких
от 22 июля 2019 г. и признательные показания ФИО1, от которых он отказался, поскольку в отношении него сотрудниками полиции были допущены недозволенные методы воздействия, подтверждением чему являются показания свидетелей С и З о нахождении ФИО1 перед досмотром в автомобиле сотрудников «Росгвардии», где, со слов ФИО1, на него надели «пояс шахида» и натерли руки каким-то веществом, на что у сотрудников было около 20 минут с момента его задержания и до проведения личного досмотра без фиксации процесса задержания на видеозапись. Адвокат был предоставлен Ротарю через несколько часов после задержания, личного досмотра и обыска в его квартире. Проведенная в порядке ст. 144 и 145 УПК РФ по заявлению ФИО1 проверка, по результатам которой следователем вынесено постановление от 20 ноября 2019 г. об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления, является некачественной. Защитники осужденных считают необоснованной и немотивированной оценку суда приверженности ФИО1 и Ахмедова радикальному исламу. Подвергают сомнению вывод о
1 статьи 26.2 КоАП РФ). Согласно части 3 статьи 26.2 КоАП РФ не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона. Применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора, таможенный орган допустил нарушения закона при осуществлении таможенного досмотра, что повлекло невозможность применения акта таможенного досмотра в качестве доказательства. Материалы дела свидетельствуют о том, что незаконные действия таможенного органа привели к расходам (убыткам) общества, связанным с оплатой услуг адвоката Будаевой Э.Б., в связи с чем, суд правомерно пришел к выводу о наличии причинно-следственной связи между понесенными расходами общества и действиями таможенного органа. Рассмотрев состав и размер заявленных к возмещению убытков, суд верно пришел к следующим выводам. Пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее -
10.10.2011 за отсутствием состава административного правонарушения. Общество 15.11.2011 представило в Таможню ДТ № 102161110/151111/0060334. Выпуск товара осуществлен Таможней 16.11.2011. Полагая, что в результате незаконных действий таможенного органа возникли убытки, Общество обратилось в суд с иском о взыскании убытков с ФТС. Согласно расчету, представленному Обществом, убытки состоят из расходов на хранение и перемещение двух контейнеров в сумме 640 439 руб. 09 коп., расходов по перетариванию и выставлению контейнеров в зону досмотра в сумме 310 300 руб. Кроме того, Общество заключило с адвокатом , осуществляющим деятельность в коллегии адвокатов Санкт-Петербурга «Полюс», договор № 31/19-11 о защите юридического лица по делу об административном правонарушении, согласно которому адвокат принимает на себя обязательства о защите Общества по делу № 10216000-303/2011 об административном правонарушении, предусмотренном статьей 16.16. КоАП РФ, во всех административных и судебных органах на всех стадиях производства, и уплатило последнему 15 000 руб. Заслушав доводы сторон, изучив материалы дела, суд полагает, что требовании истца
пробы образцов по 50 см. После чего донесли их до машины. Несли представитель ООО "Янтарь" (директор), ФИО7 (он был декларантом) и свидетель. Помимо трех проб таможни отрезали еще 1 пробу, которая по толщине была сантиметров пять. Все донесли до машины. Таможенные образцы упаковали в синие мешки. Свидетель опломбировал пломбиратором. С ФИО7 доехали на машине до поста и занесли образцы в кабинет таможенного досмотра. После чего свидетель предложил ФИО7 дождаться составления акта отбора проб. ФИО7 сказал, что спешит и приедет завтра, но не приехал. Приехал через день с адвокатом . Изначально адвокат сказал, что подписывать акт будет он. Внесли коррективы в акт по их просьбе. Они написали, что пробы отобраны с нарушением ГОСТа. Свидетель указал, что пломбиратор получается под роспись у начальника. В другое время, кроме даты отбора проб, свидетель не мог опломбировать образцы. Акт невозможно составить на железнодорожных путях. Там нет специального оборудования. Акт отбора проб от 01.07.2016 содержит сведения
хранение товара в ПЗТК «Ростэк-Новороссийск» в размере 19030 рублей 00 коп.; - расходов на погрузку разделенного ранее товара, в размере 51335 рублей 09 коп., в том числе, 11048 рублей 94 копейки - прием/отгрузка груженого контейнера № MSCU 8393209, 9391 рубль 60 копеек - выставление для осмотра/ досмотра контейнера № MSCU 8393209, 3612 рублей 16 копеек - прием/отгрузка груженого контейнера № MSCUIL588028, 27282 рубля 39 копеек - коммерческая растарка контейнера MSCU8393209; - расходов по оплате дополнительных услуг по обработке контейнера в порту 6232 рубля 55 копеек; - расходов по оплате за хранение товара на складе в размере 4620 рублей; - расходов по оплате услуг адвоката МСС Новороссийск по ведению дела в Арбитражном суде Краснодарского края в размере 12000 рублей; - дорожных расходов представителя на РЖД в размере 4186 рублей 00 коп.; - дорожных расходов за авиа перелет из Анапы в Москву в размере 4040 рублей; - дорожных расходов представителя на авиа
ОУПДС. Протокол личного досмотра в отношении административного истца составлен ЛДА в порядке ст.ст. 27.7, 27.2, 27.3 КоАП РФ. При этом, административный истец в суд принудительно не доставлялся и не задерживался, а прибыл в Пятый апелляционный суд общей юрисдикции в качестве защитника (адвоката) от адвокатской палаты <адрес> по назначению для защиты подсудимого, т.е., в порядке ст.ст. 27.7, 27.2, 27.3 КоАП РФ, у пристава ЛДА не было законного основания досматривать административного истца и тем более проводить досмотр адвоката в форме обыска. В связи с изложенными обстоятельствами, административный истец обратился в суд. Административный истец ЕЕО в судебном заседании требования, изложенные в административном исковом заявлении подтвердил и просил их удовлетворить. Также он представил в суд дополнительные письменные объяснения. Административный ответчик – судебный пристав по СО ОУПДС по ОУПД Пятого апелляционного суда общей юрисдикции и Кассационного военного суда ГУ ФССП по <адрес> ЛДА, на основании удостоверения, в судебном заседании просил в требованиях административного истца отказать
что обосновывая законность произведенного ДД.ММ.ГГГГ досмотра личных вещей ФИО1 и их изъятие в помещении ИК-27, с целью цензуры переданной осужденным ФИО4 корреспонденции, административные ответчики мотивируют свои действия поступлением сотруднику ИК-27 - ФИО3 оперативной информации о том, что осужденный ФИО4 планирует передавать через адвоката ФИО1 корреспонденцию, которая может содержать в себе сведения, направленные на инициирование, планирование или организацию преступления, либо вовлечение в его совершение других лиц. Между тем, начальником ИК-27 при вынесении ДД.ММ.ГГГГ постановления, санкционировавшего досмотр адвоката ФИО1 и изъятие у нее указанной корреспонденции, не учтено, что в силу ч. 3 ст. 91 УИК РФ переписка осужденного с защитником может быть подвергнута цензуре только в случае, если администрация исправительного учреждения располагает достоверными данными о том, что содержащиеся в переписке сведения направлены на инициирование, планирование или организацию преступления либо вовлечение в его совершение других лиц. Однако материалы дела не содержат каких-либо документов, с достоверностью свидетельствующих о наличии указанных выше оснований для осуществления
