Доверительный управляющий заключил два отдельных договора доверительного управления - гражданское законодательство и судебные прецеденты

лимитом выдачи от 27.02.2013 № КР/45208/0003/01. В обеспечение кредитного договора ООО «СЗТК», действующее в качестве доверительного управляющего (залогодатель), и Банк (залогодержатель) заключили договор ипотеки от 27.02.2013 № КР/45208/0003/01/2, согласно условиям которого залогодатель передал залогодержателю в ипотеку спорное муниципальное имущество и право аренды земельного участка под содержание предприятия общественного питания в счет обеспечения обязательств заемщика ООО «СТК». Договор ипотеки зарегистрирован в установленном законом порядке 12.03.2013. Сославшись на то, что договор ипотеки заключен с нарушением норм действующего законодательства, Администрация обратилась в арбитражный суд с настоящим иском. В силу статьи 168 ГК РФ (в редакции, действовавшей на дату заключения оспариваемого договора ипотеки) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Согласно пункту 1 статьи 1012 ГК РФ по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в

прав и обязанностей для их участников. Таким образом, заключенный 23.03.2012 договор № Э1-МиМ доверительного управления исключительными правами между некоммерческим партнерством по содействию защите прав на интеллектуальную собственность «Эдельвейс» и ООО «Маша и Медведь» является ничтожной сделкой. Следовательно, истец не может быть признан доверительным управляющим, он не приобрел ни исключительных прав на спорные персонажи, ни права обращения в суд за защитой интересов правообладателя. В настоящее время отсутствуют доказательства основания требований истца, в связи с чем, считает, что иск не подлежит удовлетворению. Просил в иске отказать. Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из условий договора от 23.03.2012 № Э1-МиМ о том, что стороны заключили договор доверительного управления , регулируемый главой 53 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд пришел к указанному выводу, исходя из следующих обстоятельств. В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1012 ГК РФ по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему)

лиц, которым предоставлено право на заключение договора доверительно управления в соответствии со статьей 1015 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которой доверительным управляющим может быть индивидуальный предприниматель или коммерческая организация. Принимая во внимание, что в силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона ничтожна, и не создает прав и обязанностей для ее участников, суд пришел к выводу о том, что НП «Эдельвейс» заключив договор от 23.03.2012 № Э1-МиМ, не приобрело исключительные права, а также право на их судебную защиту. При этом суд первой инстанции отклонил доводы истца о вхождении в состав НП «Эдельвейс» в качестве его членов ряда правообладателей и о внесении дополнительным соглашением от 17.03.2014 № Э1-МиМ-М1714 (представлено в материалы дела 04.06.2014 в электронной форме) изменений в договор доверительного управления от 23.03.2012 № Э1-МиМ, которые, по мнению НП «Эдельвейс», позволяют квалифицировать договор как договор по управлению правами на коллективной основе, посчитав, что изменения, внесенные

процентов) и ФИО1 (42 процента) (общая долевая собственность) – 289,4 квадратного метра. Согласно выписке из ЕГРН площадь здания, принадлежащая ИП ФИО1, составляет 121,5 квадратного метра. Общим собранием собственников нежилых помещений 20.06.2017 принято решение заключить договор об эксплуатации и техническом обслуживании здания с ИП ФИО4 Согласно протоколу от 20.06.2017 № 1–2017 плата за содержание установлена в размере 168 рублей за один квадратный метр в месяц. ИП ФИО2 (учредитель управления) и ИП ФИО8 ( доверительный управляющий) заключили договор доверительного управления недвижимым имуществом от 20.02.2017, по условиями которого учредитель управления передает доверительному управляющему на срок, установленный договором, имущество – нежилое помещение общей площадью 1044,5 квадратного метра, расположенное по адресу <...>, в доверительное управление, а доверительный управляющий обязуется осуществить управление этим имуществом в интересах учредителя управления. В свою очередь, ИП ФИО8, действующая в качестве доверительного управляющего недвижимым имуществом ИП ФИО2 (заказчик), и ИП ФИО4 (исполнитель) заключили договор от 01.07.2017 по эксплуатационному и техническому обслуживанию

разрешение на эксплуатацию гидротехнических сооружений ГЭС-1, ГЭС-3 каскада ГЭС на реке ФИО3, паспорт безопасности в отношении каскада ГЭС, оформило страховые полисы обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта. Кроме того, для достижения цели в виде максимального извлечения прибыли от использования имущества, доверительный управляющий заключил с ОАО «Камчатскэнерго» (покупатель) договор поставки электрической энергии от каскада Толмачевских ГЭС от 25.11.2008, по условиям которого принял на себя обязательства по поставке покупателю электрической энергии и мощностей, производимых каскадом ГЭС, а ОАО «Камчатскэнерго» обязалось принять и оплатить поставленные энергию и мощность на условиях договора. Между тем достижение указанных целей невозможно без единого, согласованного порядка пользования и владения общим имуществом. Таким образом, договор доверительного управления от 24.05.2002 №5 фактически является соглашением долевых собственников об объединении принадлежащего им имущества – долей в праве на неделимый объект, самостоятельное использование которого по назначению невозможно. Следовательно, несмотря на объект договора доверительного управления, которым выступают принадлежащие собственникам доли в праве на

ДД.ММ.ГГГГ, наследниками до сих пор не представлен документ об оценке, оформленный должным образом по закону, той части имущества, которая передается в доверительное управление в соответствии со ст. 1173 (Доверительное управление наследственным имуществом) Гражданского кодекса РФ, где указано, что до заключения договора доверительного управления наследственным имуществом независимым оценщиком должна быть проведена оценка той части имущества, которая передается в доверительное управление. Согласно п.3 ст.1015 ГК РФ доверительный управляющий не может быть выгодоприобретателем по договору доверительного управления имуществом. Наследник может выступить с инициативой заключить с ним договор доверительного управления , однако нотариус вправе отказать ему в этом, если установит, что действительной целью обращения с такой просьбой является не забота об имуществе, а желание его использовать для извлечения личной выгоды. Согласно заявлению гр. ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, его умершая мама имела инвестиционный счет, на котором хранятся как денежные средства так и акции, по условиям которого она может получать возврат налогов. На сегодняшний день Сбербанк этот

от использования указанного имущества (доход от сдачи его в аренду), кроме того, возлагает на него дополнительные обязанности по оплате услуг доверительного управляющего. С учетом мнения опекуна истцу обоснованно отказано в заключении с ним договора доверительного управления. Представитель ГБСУ Архангельской области «Маймаксанский психоневрологический интернат» ФИО6 с иском не согласна. Указала, что опекун обязан заботиться о переданном ему имуществе подопечного и способствовать извлечению из него доходов в интересах опекаемого. Опекуном было предложено истцу заключить договор найма жилого помещения в интересах опекаемого ФИО2, однако согласия на заключение договора от истца не последовало. По определению суда дело рассмотрено при указанной явке. Суд постановил вышеуказанное решение, с которым не согласился истец, в поданной апелляционной жалобе просит отменить постановленное решение. В обоснование доводов апелляционной жалобы указал, что стороной истца представлено достаточно доказательств, подтверждающих необходимость доверительного управления квартирой, расположенной по адресу: <адрес>. Указанная квартира находится на отдаленном расстоянии от опекуна, который не может постоянно управлять ею. Все