акта заключается в более полном и ясном изложении тех его частей, понимание которых вызывает затруднение. При этом суд не вправе изменить содержание судебного акта и не может касаться тех вопросов, которые не были отражены в его тексте. В рассматриваемом случае заявитель просит устранить допущенные, по его мнению, неясности относительно того, обязательно ли должен суд первой инстанции при новом рассмотрении провести экспертизу давности изготовления квитанции к приходному кассовому ордеру от 02.10.2008 № 21 и экспертизуподлинностиподписи ФИО1 на данной квитанции. В тексте определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.11.2021 № 305-ЭС21-9462 (1, 2) указано следующее: «При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, провести экспертизу давности изготовления квитанции к приходному кассовому ордеру и подлинности содержащейся на ней подписи, а также рассмотреть вопрос о привлечении к участию в деле ФИО1». Соответственно, указание судебной коллегии на обязанность суда первой инстанции провести экспертизу не содержит неясностей, требующих разъяснения.
и не проводилась, в связи с чем ФИО1 была лишена возможности сформулировать вопросы для эксперта, участвовать в проведении экспертизы, эксперт не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В материалы дела представлен не оригинал, а копия заключения специалиста. Кроме того, заключение специалиста не имело непосредственного отношения к предмету спора, которым являлось установление обстоятельств исполнения ФИО1 обязательств по уплате денежных средств по договору цессии, тогда как перед специалистом был поставлен вопрос технического характера о последовательности выполнения печатных текстов и подписей с удостоверительными записями в договоре уступки права (цессии) от 29 декабря 2016 г. и в акте приема-передачи документов к договору уступки права. Заключение и подписание договора цессии сторонами не оспаривалось. Акт приема-передачи денежных средств по договору уступки права (цессии) от 29 декабря 2016 г. специалистом не исследовался, вопрос о подлинностиподписей сторон на нем перед специалистом не ставился. При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской
АД-11-17/12031 дсп. от 04.06.2008 в отношении ООО «Меркурий» последняя отчетность представлена за сентябрь 2006 год, согласно отчетам, численность организации в 2005-2006годах - 0 человек. Требование о представлении документов, направленное на юридический адрес ООО «Меркурий»: <...>, вернулось с отметкой об отсутствии данной организации по указанному адресу. При явке в налоговый орган ФИО4 пояснил, что не является руководителем ООО «Меркурий» и за вознаграждение давал паспорт посторонним лицам. Инспекцией постановлением от 02.06.2008 № 3 назначена почерковедческая экспертиза подлинности подписи ФИО4 в договоре подряда, договоре купли-продажи, справках о выполненных работах, счетах-фактурах. Из заключения экспертизы от 28.07.2008 № 702 следует, что подписи от имени ФИО4 в счетах-фактурах, в договоре купли-продажи строительных материалов № 06/15 от 06.06.2006, договоре подряда № 6 от 15.05.2006 между ООО ФПК «Дюкон» и ООО «Меркурий» выполнены одним лицом, выполнены не ФИО4 Согласно представленному ИФНС России по Центральному району г.Новосибирск ответу № АД-11-17/1171 Одсп от 02.06.2008 на юридический адрес ООО «Россервис»
что учредитель и руководитель ФИО36 никакого отношения к созданию и деятельности ООО «СтальМашПром» в проверяемый период не имеет, а счета-фактуры подписаны за руководителя ООО «СтальМашПром» неустановленным лицом. Выводы оспариваемых судебных актов о законности учреждения ООО «СтальМашПром» основаны на доказательствах, имеющихся в материалах дела. Судами первой и апелляционной инстанции установлено, что объяснения ФИО36 о его непричастности к созданию и деятельности общества, на которые ссылается налоговый орган, противоречат совокупности имеющихся в деле доказательств. Кроме того, экспертиза подлинности подписи ФИО36 в учредительных и финансово-хозяйственных документах ООО «СтальМашПром» налоговым органом не проводилась. В связи с вышеизложенным, выводы судов первой и апелляционной инстанции о неправомерности принятого ответчиком решения, основаны на правильном применении судами норм ст. 5, 89, 90 и 95 Налогового кодекса Российской Федерации. Судом установлен факт оплаты истцом счетов-фактур ООО «СтальМашПром» в сумме 611 014 942, 55 руб. (в том числе налог на добавленную стоимость – 93 205 669, 21 руб.). Как следует
