Х.Х. Т.Д., Ш. и Д. в исходе дела, оснований для оговора осужденной, равно как и существенных противоречий, в показаниях указанных свидетелей, ста вящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности осужденной, Судебной коллегией не установлено. Версия о фактическом оговоре осужденной свидетелями У. и Д. проверялась в суде первой инстанции и обоснованно отвергнута. Судебная коллегия находит убедительным обоснование отказа судом апелляционной инстанции в удовлетворении ходатайства о проведении экспертизы видеозаписи , на которой изображен момент передачи взятки. Утверждение осужденной о том, что ОРМ «оперативный эксперимент» было проведено на основании заведомо ложных сведений, не подтверждается материалами уголовного дела. С учетом изложенного Судебная коллегия приходит к выводу, что обстоятельства, подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ, по настоящему делу установлены судом в полной мере. Заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства ходатайства, судом разрешены в соответствии с требованиями закона, каких-либо сведений о нарушении принципов равенства и
«Алмаз» продукции с изображением товарных знаков в виде словесной надписи "Маша и Медведь" и графических обозначений "Маша" и "Медведь". Указание ответчика на объяснительную продавца ФИО3, пояснившей, что за все время работы она не осуществляла продажу пижамы, а также на то, что общество с ограниченной ответственностью «Алмаз» занимается продажей алкогольной продукции и не осуществляет продажу текстильных изделий, не опровергает факт реализации спорного товара в торговой точке ответчика. Довод ответчика о том, что истцом не представлена экспертиза видеозаписи и не заявлено ходатайство о вызове свидетеля, также признается судом несостоятельным. Поскольку ответчиком в отзыве выражены сомнения в отношении достоверности представленной истцом видеосъемки, именно ответчик в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязан представить доказательства недостоверности представленной суду видеосъемки. Между тем, каких-либо ходатайств в целях проверки подлинности представленной видеосъемки ответчиком суду не заявлено. Как указал истец, им, в предусмотренном законом порядке, разрешения ответчику на использование исключительных прав на товарные знаки № 388157,
был направлен на динамик только на 13 минуте видеозаписи, ранее видеозапись осуществлялась при нахождении в фокусе записывающего устройства потолка кафе, однако до перемещения по кафе лица, осуществлявшего запись, звук также был слышен. Помимо музыкальных произведений на записи различимы шумы и блоки рекламы, не представляется возможным достоверно установить, посредством какого источника воспроизводились музыкальные произведения, в объектив видеозаписывающего устройства не попало непосредственно оборудование которое либо путем передачи радиосигнала, либо путем считывания информации с диска передавало звук. Экспертиза видеозаписи произведена специалистом ФИО8, в соответствии с заключением которой ВОИС имеет право на обращение в суд за защитой нарушенных прав иностранных исполнителей и изготовителей фонограмм согласно международным договорам Российской Федерации, так как фонограмма Tu me Manques была опубликована в России в 2013 году, фонограмма Fallin – в Швеции в 2013 году, фонограмма Yeah! - в Германии в 2004 году, фонограмма La La La – в Великобритании в 2013 году, фонограмма Again And Again – в
Рассмотрение кассационной жалобы было назначено Судом по интеллектуальным правам на 26.09.2019. От предпринимателя поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором он с доводами ее заявителя не согласился, настаивая на законности обжалуемого судебного акта. В судебном заседании 26.09.2019 представители общества заявленные в кассационной жалобе доводы поддержали, а также озвучили дополнительные доводы. В частности, общество дополнительно оспаривает вывод апелляционного суда о недоказанности реализации предпринимателем спорного товара ввиду того, что в рамках рассмотрения дела была проведена судебно-техническая экспертиза видеозаписи покупки спорного товара, по результатам которой каких-либо следов монтажа выявлено не было. То обстоятельство, что спорный товар несколько раз выпадал из кадра, по мнению общества, не свидетельствует о подмене товаров и как следствие недостоверности доказательств, представленных истцом в подтверждение факта совершения ответчиком вменяемого правонарушения. Представители заявителя кассационной жалобы также оспорили выводы апелляционного суда о возможном легальном происхождении спорного товара и, как следствии, исчерпании права на товарный знак. Поскольку приведенные доводы, озвученные представителями истца впервые
со слов заявителя, по адресу <...> а также документы, подтверждающие, по мнению заявителя, факт осуществления трудовой деятельности в интересах ООО «Технологии здоровья». Судом в судебном заседании просмотрена часть виодезаписи от 12.02.2015, подтверждающая факт разгрузки спортивных тренажеров. Запись просмотрена в определенной части по указанию заявителя и с его комментариями. Суд, проанализировав указанную видеозапись признал ее ненадлежащим доказательством по делу, поскольку, приложенная видеозапись, снята неизвестными техническими средствами, и в неустановленном месте. Достоверность данного доказательства не подтверждена. Экспертиза видеозаписи не производилась. Из представленной записи на СД-диске, не представляется возможным определить была ли произведена запись непосредственно с эфира или смонтирована заявителем и переснята с использованием его собственных технических средств. Факт осуществления разгрузки автомашины именно ФИО3, в интересах ООО «Технологии здоровья» и именно по адресу ул. Промышленная д. 11А стр. 1 из представленной видеозаписи не представляется невозможным установить. Представленные заявителем документы: гарантийный талон, накладные, прайс лист, акт сдачи изделия, счет на оплату, не опровергают факт
ФИО1 выдал копию записи с видеорегистратора автомобиля «1» под управлением водителя Д.В., в то время как последний уничтожил подлинник видеозаписи; копия видеозаписи происшествия была осмотрена следователем в присутствии потерпевшего З.А., который заявил, что предъявленная ему видеозапись является видеозаписью дорожно-транспортного происшествия, при котором он получил телесные повреждения. Ссылается на то, что при проведении предварительного следствия защитой было заявлено ходатайство об исследовании видеозаписи экспертом, имеющим допуск к проведению экспертиз видеозаписей; ходатайство было удовлетворено следователем, но фактически экспертиза видеозаписи была поручена эксперту -автотехнику Ф., не имеющему допуска на проведение судебных экспертиз видеозаписей. Также ссылается на то, что в ходе судебного следствия защитой было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы по исследованию обстоятельств происшествия, однако суд по причине того, что видеозапись представлена ФИО1 спустя более года после происшествия, не назначая судебную экспертизу по вопросу возможного монтажа видеозаписи, фактически исключил ее из числа доказательств и отказал в назначении и проведении судебной экспертизы. Таким образом, считает,
