ликвидации, в связи с незаконностью внесения записи. 05.08.2019г. в ответ на обращение от 29.07.2019г. ФИО5 из МИФНС №17 по Иркутской области получено письмо за №06-18/0018873@ «О направлении информации», согласно которого в изменении записи в ЕГРЮЛ о статусе ООО «Гурбан» отказано. Учитывая, что правовые основания для внесения спорной записи отсутствовали, суд считает, что указанная запись (ГРН 2193850397849 от 08.07.2019) подлежала исключению из ЕГРЮЛ. Кроме того, учитывая вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области по делу № А19-17833/08-47, суд считает, что у ответчика отсутствовали правовые основания для осуществления процедуры ликвидации в административном порядке. Оспариваемое действие и бездействие нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской, экономической деятельности, так как нарушает права заявителя на участие в управлении юридическим лицом ООО «Гурбан». Таким образом, заявленные требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению. В соответствии с пунктом 5 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации решением суда о ликвидации юридического лица на его
реестра. Представитель Инспекции поддержал решение суда первой инстанции, с доводами апелляционной жалобы не согласился, считает жалобу необоснованной, изложил свои доводы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, а в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Указал на то, что решение о предстоящем исключении ООО «Альфа-Бетон» из ЕГРЮЛ было опубликовано в «Вестнике государственной регистрации». Представитель третьего лица поддержал решение суда первой инстанции, с доводами апелляционной жалобы не согласился, считает жалобу необоснованной, изложил свои доводы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, а в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Считает, что в соответствии с действующим законодательством с момента внесения в ЕГРЮЛ записи о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации , не допускается государственная регистрация изменений, вносимых в учредительные документы ликвидируемого юридического лица, а также государственная регистрация юридических лиц, учредителем которых выступает указанное юридическое лицо, или государственная регистрация юридических лиц, которые возникают в результате его реорганизации. Законность и обоснованность решения проверены
ликвидации общества: 03.02.2015 зарегистрировано увеличение уставного капитала до 11 000 рублей за счет вклада 3-го лица ФИО4, который впоследствии стал единственным участником общества «Феррохим» (25.03.2015 ФИО2 подал заявление о выходе из состава участников), 09.04.2015 зарегистрирована смена директора, 23.04.2015 – смена места нахождения, 17.06.2016 – о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ, 10.10.2016 – исключено из ЕГРЮЛ, как фактически прекратившее свою деятельность, при внесении записи представлены справки об отсутствии движения денежных средств, не представлении отчетности. Указывая на разъяснения, данные в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, податель считает, что обе стороны договора цессии знали, что цедент вел приготовления для дальнейшей ликвидации общества, что цессионарием не будет произведено встречное исполнение обязательств по договору, а цедентом не будет предъявлено требование об их исполнении. В настоящее время исполнение ответчиком обязательств по договору цессии невозможно, поскольку первоначальный кредитор исключен из ЕГРЮЛ. По мнению заявителя, указанное в совокупности свидетельствует о том, что
введение в заблуждение регистрирующего органа, и как следствие принятие неправомерного решения об исключении сведений о нем из ЕГРЮЛ, при не соблюденном порядке ликвидации. Установив изложенные выше обстоятельства, а также, сославшись на то, что установленный ГК РФ порядок ликвидации ООО «Трубопроводная компания» соблюден не был, в регистрирующий орган ликвидатором были представлены документы, содержащие недостоверные сведения, суд первой инстанции заявленные требования удовлетворил. Суд апелляционной инстанции считает, что при вынесении решения, судом первой инстанции допущено несоответствие выводов в нем изложенных, обстоятельствам дела, что в силу п.3) ч.1 ст.270 АПК РФ является основанием для отмены решения и принятия нового судебного акта. Как было указано выше, доводы суда первой инстанции, на основании которых он пришел к выводу о необходимости удовлетворить заявленные требования, строятся на том, что заявитель, как кредитор ликвидированной организации, имеет право на обжалование исключения ее из ЕГРЮЛ, поскольку такой ликвидацией нарушаются его права на получение денежных средств. По мнению суда апелляционной инстанции,
в котором указано на отсутствие у общества имущества и денежных средств. Факт отсутствия денежных средств у общества следует и из анализа расчетного счета ООО «КНК», из которого следует, что платежи по обязательствам организация в период с 2017 по 2020 года не производила. Более того, ответчики не представили и доказательств того, что по состоянию на дату окончания исполнительного производства, а также на дату прекращения деятельности юридического лица и исключения его из ЕГРЮЛ, у ООО «КНК» имелось имущество. Таким образом, считает, что на момент ликвидации организации ООО «КНК» объективно являлось банкротом ввиду снижения стоимости чистых активов и неспособности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов. То же обстоятельство, что ответчики не обращались в арбитражный суд с заявлением о признании организации банкротом не свидетельствует об обратном, а говорит лишь о неисполнении ими установленной законом обязанности. Кроме того, выражает несогласие с оценкой суда, данной действиям (бездействию) ответчиков, выразившихся в не назначении нового директора общества после
