Исковая давность по длящимся договорам - гражданское законодательство и судебные прецеденты

в 2016 году, в связи с чем признание долга по этим договорам не имеет правового значения. Общество «ПМК Русская» ссылается также на то, что суд кассационной инстанции неправильно определил подлежащие установлению обстоятельства, поскольку встречные требования заявлены о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ. Однако суд округа принял за начало течения срока исковой давности срок окончания работ, предусмотренный договорами. Между тем, работы по договорам субподряда сданы значительно позже согласованных сторонами сроков, в связи с чем имелась просрочка исполнения субподрядчиком обязательства по своевременному выполнению работ. Заявитель кассационной жалобы указывает, что такое нарушение условий договора имеет длящийся характер, предусмотренная договором неустойка представляет собой «текущую» меру ответственности, подлежащую применению (начислению) за каждый день просрочки исполнения обязательства. Поэтому срок исковой давности взыскания неустойки должен исчисляться отдельно по каждому дню просрочки. При этом общество «ПМК Русская» ссылается на определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2019 № 305-ЭС18-21546 и указывает, что срок течения исковой давности начинает

срок давности истек 31.08.2016. Таким образом, по мнению суда кассационной инстанции, на момент подачи обществом «ПМК Русская» 04.03.2019 встречного иска срок исковой давности по всем заявленным им требованиям о взыскании неустойки пропущен. Обращаясь с кассационной жалобой в Верховный Суд Российской Федерации, общество «ПМК Русская» указывает на правомерность выводов судов первой и апелляционной инстанций в части наличия оснований для удовлетворения встречного иска о взыскании неустойки, начисляемой заказчиком с момента наступления установленного в договорах срока выполнения работ до момента их фактического выполнения, за трехлетний период, предшествующий дате подачи иска в суд. При этом заявитель указывает, что поскольку встречные требования заявлены им о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ, которые сданы субподрядчиком значительно позже согласованных в договорах сроков, то такое допущенное субподрядчиком нарушение условий договоров имеет длящийся характер, предусмотренная договорами неустойка представляет собой «текущую» меру ответственности, подлежащую начислению за каждый день просрочки исполнения обязательства. Поэтому срок исковой давности взыскания неустойки должен

выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам, просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Заявитель кассационной жалобы полагает ошибочным вывод судов первой и апелляционной инстанций о пропуске им срока исковой давности при обращении с настоящим исковым заявлением, поскольку при расчете течения срока исковой давности необходимо было исходить не из даты обращения с претензией (26.04.2012), а от дат совершенных правонарушений, которые носят не единичный, а длящийся характер. При этом общество «Геотерм» отмечает, что не весь перечень спорных договоров был предметом рассмотрения судов в рамках дел № А70-7372/2012, № А70-899/2013 и № А70-678/2013. Истец не согласен с выводом судов первой и апелляционной инстанции о повторном привлечении ответчика к гражданско-правовой ответственности за незаконное использование фирменного наименования. Так, истец отмечает, что в рамках иных дел, которые указаны в обжалуемых судебных актах, ответчик был привлечен к имущественной ответственности в

должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Делая вывод о том, что обществом не пропущен срок исковой давности на момент обращения с настоящим исковым заявлением (08.04.2019), суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующих обстоятельств: допущенное департаментом нарушение исключительных прав общества носит длящийся характер, моментом его прекращения является деинсталляция программы, доказательств проведения которой ранее мая 2018 года не представлено; принятие 06.10.2016 Арбитражным судом Владимирской области по делу № А11-3654/2016 решения об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании стоимости неисключительного права использования спорного программного продукта на основании заключенного государственного контракта; возврат департаментом лицензии 20.10.2017 (письмом № ДСЗН-481-05-08) без подписанного акта о приеме лицензии; направление претензий о расторжении договора департаментом в адрес общества 31.08.2016 (в ответ на письма от 07.09.2015 и 14.12.2016). Ссылка департамента на то, что общество знало о нарушении его прав ранее 06.10.2016 и срок исковой

2 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение исключительным правом на фирменное наименование (в том числе путем его отчуждения или предоставления другому лицу права использования фирменного наименования) не допускается. Таким образом, право на фирменное наименование является нематериальным благом, в связи с чем, нарушение прав на фирменное наименование является длящимся. При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности по требованию о запрете использования фирменного наименования, исходя из длящегося правонарушения, в рассматриваемом случае, истцом не пропущен. Кроме того, факт заключения договора между сторонами, а также публикации в специальных изданиях сведений об истце и ответчике не свидетельствует о том, что истец узнал о нарушении своего права ранее рассмотрения Федеральной службой по интеллектуальной собственности возражений ООО «Меркатор-Холдинг» против предоставления правовой охраны товарному знаку по свидетельству № 342537, поскольку в рассматриваемом случае имеет значение не только факт использования части фирменного наименование, но и факт осуществления аналогичных видов

(info@batima.ru) направлялись ответчиком неоднократно, на протяжении длительного времени истец не направлял в адрес ответчика какие- либо уведомления о том, где находится оборудование, также не выражал свою волю на его получение. Все направленные в адрес истца уведомления были оставлены без ответа, за получением товара истец не обращался, требований об исполнении договора другим способом доставки истец не заявлял. Истец, возражая против заявления ответчика об истечении срока исковой давности по заявленному требованию, указывает на то, что заключенный между сторонами договор поставки № 2947-ТОВ/К/Г носил длящийся характер, поскольку пунктом 1.2.договора было предусмотрено, что по настоящему договору может быть осуществлена как одна, так и несколько поставок товара, в отношении каждой отдельной поставки оформляется соответствующая спецификация и поскольку ни истец, ни ответчик в течение длительного периода времени не заявили о его расторжении, правоотношения по договору являются длящимися. Также, по мнению истца, заявить о расторжении такого договора возможно в любой момент, чем воспользовался истец, заявив о расторжении

в ФИО3 по гражданским ФИО5, связанным с разрешением ФИО15 об исполнении кредитных обязательств, указал, что если в процессе будет установлено, что истек срок исковой давности, а истец уплатил эту комиссию досрочно несмотря на то, что договор предполагал ее уплату периодическими выплатами, в удовлетворении заявленных требований ФИО12 должен отказывать. При этом срок исковой давности должен исчисляться не ФИО6 по каждому платежу в счет комиссии, а непосредственно с момента внесения первого платежа. Пропуск срока исковой давности по длящемуся договору не лишает заемщика права прекратить платежи, поскольку такое условие недействительно с момента его включения в кредитный договор, пропуск срока исковой давности означает лишь невозможность возврата уже уплаченных денежных средств (а также процентов за пользование денежными средствами) и не делает условие кредитного договора об этой комиссии действительным. Поскольку при таких обстоятельствах у ФИО12 отсутствуют основания для удовлетворения иска в части применения последствий недействительности (ничтожности) условия п.2.8 договора и взыскания комиссии за расчетное обслуживание

с досрочным перечислением П. Х.А. оставшейся суммы по кредиту. Таким образом, по мнению судебной коллегии, если в процессе будет установлено, что истек срок исковой давности, а истец уплатил эту комиссию досрочно несмотря на то, что договор предполагал ее уплату периодическими выплатами, в удовлетворении заявленных требований суд должен отказывать. При этом срок исковой давности должен исчисляться не отдельно по каждому платежу в счет комиссии, а непосредственно с момента внесения первого платежа. Пропуск срока исковой давности по длящемуся договору не лишает заемщика права прекратить платежи, поскольку такое условие недействительно с момента его включения в кредитный договор, пропуск срока исковой давности означает лишь невозможность возврата уже уплаченных денежных средств, а также процентов за пользование денежными средствами и не делает условие кредитного договора об этой комиссии действительным. С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям о признании недействительными условий кредитного договора, применении

на судебную защиту (ч.1 ст. 3 ГПК РФ). Другие сособственники участвуют в деле в качестве третьих лиц. Отношения сторон в данном случае - длящиеся. И нарушение прав истца ФИО1 - длящееся. В связи с этим нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности (ст.ст. 196, 199, 200 ГК РФ), на которые ссылается ответчик ФИО4, неприменимы. Исковая давность могла бы быть применена судом, если бы ФИО1 были заявлены требования о взыскании арендной платы в денежном или натуральном выражении за весь период действия договоров аренды, субаренды. Но поскольку отношения сторон длящиеся, на требование о досрочном расторжении договора аренды, признании прекратившими действие договоров, производных от договора аренды (полный перечень договоров с указанием их реквизитов дан в первоначальном исковом заявлении), исковая давность не распространяется и нормы cm. 196 ГК РФ не применяются. Данный вывод следует из сложившейся судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (копии определений приложены к настоящим пояснениям). В различных ситуациях, при рассмотрении

что нарушение его прав носит длящейся характер, в связи с чем к ним не подлежит применению положения о сроке исковой давности. Пунктом 56 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора . По смыслу приведенных разъяснений, для признания длящимся нарушения работодателем трудовых прав работника необходимо наличие определенного условия – заработная